Автор :
Жанр : фэнтази

Дэвид ВЕБЕР и Джон РИНГО

ИМПЕРИЯ ЧЕЛОВЕКА I

ИМПЕРСКИЙ ВОЯЖ

Анонс

С юных лет наследник имперского престола Роджер Макклинток пытался понять, почему никто, даже собственная мать, не воспринимает его всерьез и не считает возможным доверить ему хоть сколько-нибудь серьезное дело. Вот и на этот раз его императорскому высочеству предстояло выполнить весьма скромную миссию...

Однако в результате диверсии, устроенной на борту корабля врагами Империи, и нападения космических бандитов Роджер и его команда оказываются на далекой планете Мардук, где принцу наконец представляется возможность доказать, что он достоин занять имперский трон.

Глава 1

- Его королевское высочество, принц Роджер Рамиус Сергей Александр Чанг Макклинток! - возвестил голос.

Дверь распахнулась. Принц Роджер, со скучающей улыбкой на холеном лице, прошествовал на середину комнаты. Оглядевшись, он с удовлетворением отметил, как ярко блеснули манжеты на рукавах его платья, неторопливо поправил галстук. Было ясно, что он вполне доволен собой. И платье, и галстук были изготовлены из тончайшего, блестящего, самого прочного и изысканного шелка во всей Галактике. И самого дорогого. Прочность ткани достигалась за счет вкрапления паутинных нитей, сплетенных гигантскими пауками-ткачами.

Амос Стивенс, так помпезно представивший принца, всем своим видом выражал полнейшее равнодушие к молодому щеголю. Юный отпрыск служил истинным наказанием для благородной фамилии. Вызывающий галстук, узорчатый парчовый жакет - все это скорее годилось для какого-нибудь низкосортного борделя, но только не для рандеву с императрицей, его матерью. А волосы! Перед зачислением в Королевский корпус Стивенс двадцать лет отслужил в императорской морской пехоте, и единственное изменение, которое претерпели его всегда аккуратно и коротко остриженные волосы, касалось их цвета: иссиня-черные кудри посеребрила седина. При одном же взгляде на нелепую рыжую копну юного франта, младшего сына императрицы Александры, старому дворецкому становилось не по себе.

Небольшая приемная императрицы выглядела скромно, но была обставлена со вкусом: широкий недлинный стол, обычный для управляющего средней руки; удобные, продуманной формы кресла, обтянутые прекрасными гобеленами. Большинство висевших на стенах картин - оригиналы старых известных мастеров, за исключением, пожалуй, одной, самой знаменитой, называвшейся "Прием императрицы". Искусное полотно художника Трейслера, изображавшее сцену из жизни Миранды Макклинток времен Кинжальных войн. Открытые глаза Миранды улыбались, весь ее образ являл саму невинность и в то же время решительность - странное сочетание. Если же ненароком удержать взгляд на картине чуть подольше, то озноб пробегал по коже: глаза Миранды неожиданно преображались, и женщина превращалась в коварную хищницу.

Едва удостоив взглядом картину, Роджер отвернулся. Давно умершая Миранда, прародительница его рода, словно тень незримо сопутствовала всем делам Макклинтоков. Сам же принц, похоже, умудрился вобрать в себя все мыслимые пороки представителей своего генеалогического древа.

Императрица Александра VII прищурившись взглянула на своего "младшенького". Очевидная ирония, прозвучавшая в голосе дворецкого, совершенно не смутила принца.

В отличие от своего расфуфыренного сына, Александра была одета в изящный голубой костюм, стоимость которого, пожалуй, была сравнима со стоимостью небольшой ракетной установки. Задумчиво откинувшись в кресле и подперев ладонью щеку, Александра, наверное, уже в сотый раз обдумывала принятое ею решение, и хотя тысяча других, не менее важных дел ожидала ее санкции, главная проблема не выходила у нее из головы.

- Мама, - слегка поклонившись, беззаботно начал Роджер, бросив взгляд на сидевшего рядом брата. - По какой такой причине я уже второй раз за этот месяц удостаиваюсь чести видеть Вас? - продолжал он с равнодушной самодовольной улыбкой на лице.

Вяло улыбнувшись, Джон Макклинток кивнул брату. Известный всей Галактике дипломат носил неброский голубой шерстяной костюм. Из рукава торчал парчовый носовой платок. Хотя с первого взгляда Джон производил впечатление этакого туповатого банкира, за неподвижными чертами лица и маленькими сонными глазками скрывался довольно проницательный ум. Возможно, он мог бы даже стать профессиональным игроком в гольф, несмотря на свой внушительный животик, но работа отнимала все время. Как-никак, прямой наследник престола.

Императрица резко выпрямилась и пристально посмотрела на вошедшего.

- Роджер, мы решили отправить тебя в межпланетное путешествие с дипломатической миссией.

Недоуменно поморгав глазами, Роджер машинально пригладил волосы.

- Планета Левиатан через два месяца проводит Межгалактическую ярмарку.

- Но боже мой, мама! - возопил Роджер, прервав императрицу на полуслове. - Ты, должно быть, шутишь?!

- Мы вовсе не шутим, Роджер, - серьезно сказала Александра.

- Конечно, богатой эту планету не назовешь: кроме исконного грамблского масла левиатанцы вряд ли что-то еще экспортируют, но не стоит забывать, что Левиатан расположен в самом центре созвездия Стрельца и уже около двадцати лет там не было ни одного представителя нашей семьи. С тех пор как я рассталась с твоим отцом, контакты с планетой полностью прекратились.

- Но мама! А запах?! - протестующе воскликнул принц и покачал головой, стряхивая спутанные космы с глаз.

Роджер был нытиком и страшно ненавидел себя за это, но перспектива дышать испарениями грамблского масла в течение нескольких недель его явно не прельщала. Ведь даже по возвращении ему пришлось бы еще столько же времени пробыть на Костасе, пока не выветрится запах.

Из масла изготавливали мускусную основу, применявшуюся, например, в производстве одеколона, которым часто пользовался принц. Но, взятое в сыром виде, масло было весьма ядовито.

- Запах нас не касается, Роджер, - отрезала императрица, - тебя это также не должно волновать! Просто мы обязаны продемонстрировать нашим подданным, что крайне заинтересованы в подтверждении их присоединения к Империи, для чего и посылаем одного из своих детей. Тебе все понятно?

Юноша выпрямился в полный рост, который составлял ни много ни мало сто девяносто пять сантиметров, и попытался собрать остатки своего достоинства.

- Ну хорошо, ваше императорское величество. Я, конечно, выполню ваше поручение, если это так необходимо. Ведь это прежде всего мой долг? Обязанность дворянина и все такое? - Его аристократические ноздри дрожали от еле сдерживаемого гнева. - Что ж, пойду прослежу, чтобы все необходимое было собрано. С вашего разрешения...

Одарив принца не терпящим возражений взглядом, Александра указала пальцами на дверь.

- Иди, иди. Удачи тебе.

Роджер еще раз еле заметно поклонился, не торопясь повернулся и прошествовал вон из комнаты.

- Не нужно было так резко, мама, - прошептал Джон, едва лишь закрылась дверь.

- Да, наверное, - вздохнула Александра. - Но, черт возьми, он так напоминает своего отца!

- И все же он не его отец, мама, - спокойно сказал Джон. - Пока ты его таким не сделала. Или не послала в Ново-Мадридский лагерь.

- Помолчи лучше, яйца курицу не учат, - заметила она. Затем глубоко вздохнула и покачала головой. - Извини, Джон. Ты прав, конечно. Ты всегда прав. - Она с грустью посмотрела на старшего сына. - Наверное, я в чем-то виновата.

- Да нет же, ты всегда была нам прекрасной матерью, - промолвил Джон. - Просто Роджер временами невыносим. Я думаю, пора ограничить его свободу.

- Нет! Только не сейчас!

- А мне кажется, что пора. Что-то за последние несколько лет он совсем разболтался. Мы с Алексом всегда ощущали твою любовь к нам. Роджер же вечно сомневался.

Александра покачала головой.

- Не теперь, - повторила она, немного успокоившись. - Когда он вернется, если кризис пройдет, я попробую...

- Исправить допущенные ошибки? - Голос Джона звучал убедительно, глаза излучали спокойную уверенность.

- Тогда объясни ему, - резко продолжала мать. - Расскажи ему все как есть, без утайки. Может, все же стоит мне это сделать? Наверное, так было бы лучше. - Она помолчала, нахмурившись. - А если он все еще в Ново-Мадридском лагере, что ж, подождем, пока он оттуда вернется.

- А пока? - Спокойные глаза Джона встретились с печальным, слегка рассерженным взглядом матери. - Будем продолжать бороться? А его как можно дольше не допускать к линии огня?

"И по возможности не допускать его к власти", - не сказала, но подумала Александра.

Глава 2

"По крайней мере, фигура у него крепкая, - решила про себя старший сержант Ева Косутик, наблюдая за тем, как принц вышел из свободного падения и плюхнулся на упругую площадку. По долгу службы Еве частенько доводилось наблюдать за маневрами опытных астронавтов. - Что ж, бывает и хуже. Ему надо было просто вовремя выпрямиться".

Первый взвод батальона Браво, или Бронзового, как чаще его называли, построили во фрунт, четкими шеренгами в командном отсеке ракеты. Экипаж снарядили по последнему слову техники, лучше всех в морской пехоте. Бронзовый, возможно, был самым малочисленным батальоном императрицы, но здесь служили представители элиты, лучшие телохранители известной части вселенной. Лучшие - значило сочетающие отвагу с наблюдательностью. Тридцатиминутная готовность проводилась, как всегда, крайне тщательно. С поминутной точностью проверялся каждый сантиметр оборудования, придирчиво осматривалось обмундирование членов экипажа. На протяжении последних пяти месяцев, пока Ева в ранге старшего сержанта командовала батальоном Браво, полковнику Панеру ни разу не удавалось после ее досмотра отыскать где-либо какой-либо изъян. Он, может, и заметил бы что-нибудь, укажи ему на это сама Ева.

Пробиться в полк было архитрудно. Перед зачислением кандидаты подвергались жестокому отбору. Пятинедельный так называемый дисциплинарный режим в действии, или ДРД предназначался исключительно для того, чтобы отсеять львиную долю желающих. ДРД сочетал в себе тяжелейшие, изматывающие тренировки личного состава с дотошным осмотром обмундирования и материальной части. "Отбракованные", отосланные обратно в родную часть, долго помнили "прелести" ДРД. Было ясно, что отбирали лучших, самых лучших. Пережившие ДРД могли уже сами выбирать себе вполне достойное место службы. Большинство выпускников зачисляли в Бронзовый батальон, где они имели "удовольствие" сопровождать всякого рода гомосексуалистов и прочую подобную публику, смотревшую на них, мягко говоря, свысока. Новички по инерции продолжали думать, что это еще один тест на прочность. Продержавшиеся в таких условиях восемнадцать месяцев и проявившие несгибаемую выдержку и профессионализм могли рассчитывать на дальнейшее повышение в звании и либо уже надолго оставались в Бронзовом, либо соперничали за право попасть в Стальной батальон, защищающий лично принцессу Александру.

Что же касается самой Евы Косутик, то она, напротив, на протяжении ста пятидесяти трех дней учений только и помышляла о том, когда же наконец принц сгинет с ее глаз долой.

Едва стихли звуки императорского гимна, капитан вышел вперед и отдал честь.

- Ваше королевское высочество, капитан Вил Красницкий к вашим услугам. Для нас большая честь видеть вас на борту "Чарльза Деглопера"!

Вяло махнув в ответ рукой, принц огляделся. Изящная брюнетка, поднимавшаяся следом, опередила его и, подойдя к капитану, с едва заметным волнением протянула ему руку:

- Элеонора О'Кейси, капитан. Я очень рада, что попала на ваше прекрасное судно.

Недавняя наставница и руководитель Роджера крепко пожала капитану руку и посмотрела ему в глаза, пытаясь загладить неловкость, вызванную мрачным настроением принца.

- Мы тут пришли к выводу, что у вас, капитан, замечательный экипаж, все как на подбор.

- Благодарю вас. Мне очень приятно, - ответил капитан, бросив мимолетный взгляд на недовольную физиономию принца.

- Вы выигрывали Таравское соревнование два года подряд. Это высочайшая оценка в глазах любого. - О'Кейси одарила капитана ослепительной улыбкой, незаметно толкнув Роджера локтем. Принц с бессмысленной кислой миной посмотрел на Красницкого. Ободренный вниманием его высочества, капитан облегченно вздохнул: вероятно, его высочество остался доволен, и, значит, его карьере королевская немилость пока не грозит.

- Позвольте представить вам моих офицеров. - Красницкий обернулся к стоящей по стойке смирно шеренге. - Если его высочеству угодно, можно произвести осмотр.

- Попозже, я думаю, - поспешила заметить Элеонора. - Я полагаю, что его высочество предпочитает пройти в свою каюту.

Она еще раз улыбнулась капитану, размышляя, как объяснить ему потом странное поведение принца: "Скажу, что его высочеству стало нехорошо после тренировки". Конечно, отговорка довольно слабая, но все же намек на "пространствофобию" принца выглядел уважительнее, чем признание в том, что Роджер нарочно "дурит".

- Разумеется, - капитан понимающе кивнул. - Смена окружающей обстановки сильно влияет... Могу я приступить к своим обязанностям?

- Разумеется, капитан, спасибо. - Элеонора продолжала улыбаться.

"Да, полет без Роджера стоил бы мне гораздо меньшей крови, - подумала она серьезно. - Но что толку, все равно уже ничего не изменишь!"

- Мать моя женщина! Мышонок, ты ли это? Из-под немыслимого вороха чемоданов, рюкзаков и прочих тюков показалась голова карлика-лакея Костаса Мацуги.

Багажный отсек довольно быстро заполнялся Бронзовыми варварами... Судя по методичности, с какой они перекладывали свои вещи в рундуки, во всем царил определенный установленный порядок.

- И какой во всем этом смысл? - спросил копошащийся коротышка.

- Эй, Мышонок, не вали ты все в одну кучу, - произнес один из долговязых дядей "при исполнении". - На таких кораблях, как наш, достаточно свободного места. А то навалил тут вперемешку снаряжение и мешки с едой... Всем привет, - еще громче продолжал "дядя", чтоб пробиться сквозь гул болтовни и щелканье чемоданов. - В отсеке есть мыши. Старайтесь не оставлять мусор на скамейках.

Мимо лакея проплыла женщина в форме капрала и стала переодеваться.

- Мышки? Я их обожаю. Это мое любимое лакомство.

- Покусали мою кошку, расцарапали мне ножку, - весело горланили новобранцы.

Мацуга презрительно фыркнул и пошел распаковывать личный багаж принца. Его высочество привык обедать самым изысканным образом.

- Черт возьми, не буду я обедать за общим столом, - горячился Роджер, пощипывая свои волосы. Он понимал, что ведет себя как капризное дитя, но от этого заводился еще больше. Похоже, ситуация нарочно складывается так, чтобы свести его с ума, размышлял принц. Он сидел, крепко сцепив руки, отчего костяшки пальцев побелели. - Не буду, - повторял он упрямо.

Элеонора по своему опыту уже знала, что спорить с принцем - гиблое дело. Чтобы вывести его из депрессии, можно было попробовать сыграть на его слабостях. Но это удавалось крайне редко.

- Роджер, - начала она спокойно, - если вы откажетесь от обеда в первый же вечер, то оскорбите капитана и его офицеров.

- Ни за что, - вскричал он, сдерживаясь из последних сил. Все его тело дрожало, даже маленькая каюта, казалось, уже не выдерживала нарастающего приступа бешенства. Каюта была капитанская, лучшая на корабле, но в сравнении с дворцовыми хоромами или на худой конец каютами королевских кораблей морской пехоты, в которых привык путешествовать принц, эта келья своими размерами напоминала клозет.

Постепенно принц все же успокоился, глубоко вздохнул и пожал плечами.

- Ладно, я, конечно, осел. Но есть все равно не буду. Извинись там за меня. - Он по-детски осклабился. - У тебя это хорошо получается.

Элеонора недовольно покачала головой, но заставила себя улыбнуться в ответ. Временами Роджер бывал обезоруживающе очарователен.

- Договорились, ваше высочество. Увидимся завтра утром.

Выйдя из каюты, она буквально наткнулась на Костаса Мацугу, несшего кучу тюков.

- Добрый вечер, госпожа, - пролепетал слуга и прижался к стене, стараясь освободить проход. Ему пришлось посторониться еще раз, чтобы не задеть стоящего с другой стороны охранника, но лицо пехотинца осталось невозмутимым.

Карикатурные шараханья маленького несуразного лакея уморили бы кого угодно, но железная дисциплина на корабле предписывала бесстрастность. Состоявшие на службе у императрицы славились своим умением сохранять каменное выражение лица, что бы ни происходило вокруг. Иногда охранники даже щеголяли этим друг перед другом, выясняя, кто из них самый терпеливый и невозмутимый. Например, бывший старший сержант Золотого батальона установил рекорд выносливости, умудрившись простоять на посту девяносто три часа без еды и питья. При этом он не спал ни минуты и не мылся. Последнее, как он потом признался, оказалось самым трудным. В итоге он потерял сознание от обезвоживания и интоксикации организма.

- Добрый вечер, Мацуга, - ответила Элеонора, поймав себя на том, что тоже не прочь улыбнуться. Удержаться было нелегко: суетливый маленький лакей был под завязку увешан всяческим барахлом, так что его самого можно было и не заметить среди этой груды.

- Принц попросил извиниться за него: он не придет обедать в общую столовую. Так что ему вряд ли понадобится все это, - она кивнула на тюки с одеждой.

- Что? Почему? - откуда-то из середины кучи пропищал Мацуга. - О, не беспокойтесь. Тут разная одежда - все равно пригодится. - Он повращал своей круглой лысеющей головой и покраснел, как мухомор. - Но это же ужасно стыдно. Я специально подобрал его любимый костюм цвета охры.

- Кто знает, может, вы и успокоите его этими нарядами, - согласилась Элеонора.

- Его можно понять, - снова резко выкрикнул слуга. - Послать человека в тьмутаракань, можно сказать на окраину Галактики, с какой-то идиотской миссией - это само по себе неприятно, принудить же самого принца покинуть на какой-то барже свое кровное королевство - можно представить, что он сейчас испытывает.

Элеонора сжала губы и наморщила брови.

- Не стоит преувеличивать, Мацуга. Рано или поздно Роджер должен взяться за ум, осознать весь груз своей ответственности как члена королевской фамилии. Подчас приходится чем-то жертвовать.

"Ведь приходится же жертвовать почти всем своим временем, чтобы воспитать у команды дух повиновения, чтобы она шла за командиром в огонь и в воду", - подумала Элеонора про себя.

- Принц не должен поддаваться своему мрачному настроению, - добавила она вслух.

- Вы по-своему заботитесь о нем, мисс О'Кейси, у меня же свое мнение на этот счет, - огрызнулся лакей. - Третируйте ребенка, помыкайте им, оскорбляйте, выгоните из дома его отца - и что же, по-вашему, должно получиться?

- Роджер уже давно не ребенок, - раздраженно возразила Элеонора. - По-вашему, мы должны продолжать баловать его, купать, одевать, может, еще с ложечки кормить?

- Нет, конечно. Но следует предоставить ему побольше свободы, самостоятельности. Мы можем послужить ему примером для подражания. Может, в конце концов он станет таким же, как мы.

- Примером для подражания? Я не ослышалась? Ты имеешь в виду образец навьюченной лошади, - недвусмысленно намекнула О'Кейси. Казалось, этот последний, правда несколько "бородатый", аргумент должен был испепелить лакея.

Но Мацуга взглянул в глаза Элеоноре, как бесстрашный мышонок на кошку.

- В отличие от некоторых людей, - сопя, Мацуга разглядывал костюм Элеоноры, - его высочество способен оценить прекрасное в жизни, увидеть нечто гораздо более совершенное, чем "навьюченная лошадь". Пока же вы будете учить его всяким гадостям, вы и будете получать то, что есть.

Он пронзительно глядел на нее еще несколько мгновений, затем толкнул локтем засов люка и вошел в каюту.

Роджер лежал на спине с закрытыми глазами и занимался своим любимым делом - самомучением: "Мне двадцать два года. Я принц Империи. Но я не заплачу! Нет! Однако мать меня просто бесит..." Он услышал, как с шумом открылась и снова захлопнулась дверь, и сразу же почувствовал, кто вошел. Запах мацуговского одеколона моментально распространился по всей каюте.

- Добрый вечер, Костас, - радушно приветствовал лакея принц. Одно появление слуги уже действовало успокаивающе. Костас как никто другой умел по выражению лица Роджера точно определять его настроение.

- Добрый вечер, ваше высочество, - ответил Костас, доставая один из любимых хлопчатобумажных костюмов принца - легкий, серебряного цвета. - Не желаете ли помыть голову сегодня вечером?

- Нет, благодарю, - сказал принц с непроизвольной учтивостью. - Я полагаю, ты уже в курсе, что я сегодня не обедаю в столовой.

- Да, я знаю, ваше высочество, - отвечал лакей, как только Роджер с кислой миной уселся на кровати. - Жаль, конечно. Я приготовил прекрасный костюм. Его сиеновый цвет весьма подходит к вашим волосам.

Принц еле заметно улыбнулся:

- Прекрасный ход, Костас, но нет. Я слишком устал, чтобы быть вежливым за столом. - Роджер с чувством прижал ладони к вискам. - Я, конечно, могу понять: Левиатан, Межгалактическая ярмарка, грамблское масло и тому подобное. Но я никак не возьму в толк: почему, зачем? Неужели только для того, чтобы послать свои регалии, матери пришло в голову остановиться именно на мне и засадить меня в этот богом проклятый бродяжий фрахтовщик?

- Это не бродяжий фрахтовщик, ваше высочество, и вам это хорошо известно. Телохранителям требуются каюты. Если бы мы отказались от этого транспорта, то... Вы только представьте себе, какого громадного размера получился бы корабль. Конечно, я согласен, что он несколько... пообносился.

- Пообносился, - принц издевательски засмеялся. - Теперь это так называется? Я поражаюсь, что он вообще держит атмосферу в норме. Посудина такая древняя, что готов держать пари: ее корпус уже не раз сваривали! И, кстати, не удивлюсь, если корабль работает на двигателе внутреннего сгорания или вообще на паровом! Возможно, Джон бы выбрал эту посудину. Александра, может быть, тоже. Но только не Роджер!

Мацуга закончил раскладывать многочисленные наряды, еле разместив их в крохотном пространстве каюты, и покорно ждал.

- Может быть, принести ванну для вашего высочества? - спросил он язвительно.

Роджер уловил издевку и сжал зубы.

- Ясно, прекращаю ныть и беру себя в руки.

Лакей только слабо улыбнулся в ответ. Роджер качнул головой.

- Я слишком раздражен, Костас. - Он оглядел свою каюту площадью в три квадратных метра и снова покачал головой. - Мне необходимо место для работы. Найдется ли в этой бочке какое-нибудь помещение, где я смог бы в тишине спокойно собраться с мыслями?

- Есть тренировочная площадка, примыкающая к казарме штурмовиков, ваше высочество.

- Я же сказал - в тишине, - холодно произнес Роджер. Он предпочитал по возможности держаться от военных подальше. Фактически он не участвовал в делах батальона, хотя и числился командующим офицером. За четыре года пребывания в академии принц постоянно ловил на себе недоуменные и откровенно издевательские взгляды своих подчиненных. Терпеть то же самое опять, только уже от собственных телохранителей, было выше его сил.

- Все уже собрались в столовой, ваше высочество, - напомнил Мацуга. - Может быть, договориться о гимнастическом зале для вас?

- Да, Мацуга. Организуй, пожалуй.

Когда с десертом было покончено, капитан Красницкий многозначительно посмотрел на лейтенанта Гуху. Из-за стола, густо покраснев, поднялась молодая женщина с бокалом вина в руке.

- Леди и джентльмены, - стараясь говорить четко, начала она, - ее величество императрица, если бы она присутствовала...

Капитан оборвал Гуху на полуслове.

- Я извиняюсь, но его высочество нездоровы, - улыбнулся он, поглядев в сторону капитана Панера. - Можем мы чем-то помочь? Сила тяжести, температура, давление воздуха в его каюте приближены к земным показателям, по крайней мере если верить нашему главному инженеру.

Поставив на стол почти нетронутый бокал вина, Панер согласно кивнул:

- Я уверен, его высочество поправится. - Его, конечно, так и подмывало сказать нечто совсем иное, но он сдержался.

Панера в случае успешного выполнения миссии повышали в звании, и в итоге он рассчитывал покинуть "Деглопер" и перебраться на другой корабль, очень похожий на этот, только большего размера. Во всех императорских подразделениях изначально существовала практика продвижения по службе, и Панер не был исключением. Он уже фигурировал в списках на повышение и должен был стать командиром второго батальона 502-го особого полка. Поскольку 502-й был основным наземным боевым подразделением, без которого не обходилась ни одна заварушка со святошами, то капитан, естественно, планировал участвовать в регулярных боевых операциях. В принципе, войну он не любил, и все же только битва, с ее азартом и накалом страстей, служившая лучшей проверкой "на вшивость", определяла, достоин ты носить гордое звание морского пехотинца или нет.

Красницкий, выдержав паузу и убедившись, что немногословный Панер вряд ли что-либо добавит, повернулся к Элеоноре.

- Миссис О'Кейси, полагаю, кто-то из вашей команды уже вылетел к Левиатану, чтобы подготовить встречу принца?

Изрядно отхлебнув вина и вызвав тем самым удивление присутствующих, Элеонора взглянула на Панера.

- Получается так, что я одна этим занимаюсь, - ответила она холодно, из чего выходило, что эшелона с посыльными не было. И из чего также следовало, что, прилетев на Левиатан, она, оставив на время своего "осла", сама собиралась уладить все вопросы и все организовать без помощи команды, командиром которой Элеонора являлась, этой таинственной, мистической команды, которую никто никогда не видел.

Только теперь до капитана дошло, по какому минному полю его направили. Улыбнувшись и немного глотнув из бокала, он обернулся к сидящему слева от него инженеру. Эта затянувшаяся легкомысленная беседа начинала его раздражать, и он решил привлечь к разговору человека, непосредственно приближенного к императорскому двору.

Отпив еще немного вина, Панер посмотрел на старшего сержанта Косутик, тихо беседовавшую с корабельным боцманом. Поймав обращенный на нее взгляд, та невинно приподняла брови, словно интересуясь: "Ну, и что вы от меня хотите?" В ответ Панер еле заметно пожал плечами и перевел взгляд на ее соседа лейтенанта.

"Интересно все же, что каждый из них думает по этому поводу?"

Глава 3

Панер швырнул электронный блокнот на стол.

- Я думаю, мы все верно спланировали. Конечно, если ничего экстренного не произойдет.

Косутик философски пожала плечами.

- Однако на пограничных планетах полно всякого сброда, шеф. Попадаются убийцы и террористы.

- Верно, - согласился Панер. - Но вы также не забывайте, что совсем скоро мы попадем в зону, где активно действуют мародеры-зимники и святоши.

Косутик кивнула. Она не любила задавать много вопросов, предпочитая доходить до всего собственным умом. В задумчивости потрогав серьги - два матовых висящих черепа с перекрещенными костями, - она взглянула на наручные часы.

- Пойду сделаю обход. Выясню, сколько людей дрыхнет на посту.

Панер улыбнулся. Он уже дважды путешествовал в составе полка, но застать на посту спящего или даже просто стоящего в небрежной позе не довелось ни разу. Дисциплинированные телохранители всегда находились в повышенной боевой готовности.

- Желаю удачи.

Лейтенант Гуха, подклеив наконец свои ботинки, оглядела каюту. Все было в полном порядке. Поставив рундук на пол, она отодвинула задвижку и открыла люк. Откуда-то из глубины сознания до нее донесся странный скрипучий смех. Но вокруг все было тихо.

Взвалив рундук на плечи, Гуха вышла из кабины и свернула направо. Рундук оказался на удивление тяжелым. Его содержимое, как, впрочем, содержимое любого багажа, проверялось корабельным отделом безопасности. Надо сказать, что стандартной процедуре проверки подвергался, в принципе, каждый член императорской семьи, отправлявшийся в путешествие. Значит, чемодан точно смотрели и... ничего особенного там не нашли. Штурмовой корабль, как ему и положено, брал на борт полный комплект необходимого вооружения, боеприпасов и взрывчатых веществ. Среди них находились, например, шесть сверхплотных плазменных брусков, мощь которых невозможно было переоценить. Гуха была в восторге. Как офицер, отвечающий за материальную часть, она имела полный доступ ко всему этому богатству.

Каюта Гухи, как и большинство остальных кают, прилегала к внешней обшивке корабля. Путь до технического отсека был неблизким. Счастье переполняло Гуху: такой интересный полет. Только вот этот непонятный голос внутри...

Быстро шагая по коридору, она приветливо улыбалась каждому, кто попадался ей на пути. Но редкого полуночника встретишь в такой поздний час. И никто не лез к ней с вопросами. Эти ночные прогулки, совершаемые довольно регулярно, объяснялись бессонницей, которая порой изматывала ее. Но не только и не столько бессонница побудила ее прогуляться в эту особенную ночь...

Извилистыми проходами она пробиралась внутри гигантской сферы. Где пешком, где на лифте, все ниже спускаясь к заветному отсеку. Такой длинный маршрут был выбран не случайно: хотелось остаться незамеченной и обойти всех постовых, рассредоточенных по стратегически важным точкам корабля. Хотя напиханные везде датчики вряд ли среагировали бы на ее перемещения - разве только она подошла бы к ним совсем вплотную, - но они легко обнаружили бы заряженный на всю обойму револьвер, лежащий в пресловутом рундучке.

Проходы по мере продвижения к центру громадного шара становились все уже. Наконец она спустилась в последнем лифте.

Нижний, на удивление прямой коридор упирался в огнеупорный люк. У этой двери, усыпанной многочисленными кнопками и рычагами, стоял на посту пехотинец в темно-свинцовой форме, обычной для телохранителей дома Макклинтоков.

Дверь лифта открылась, и рука рядового Хайджези автоматически потянулась к револьверу. Но, увидев офицера, он успокоился и практически сразу же принял прежнюю позу. Он припомнил, что не раз замечал Гуху прогуливающейся по кораблю, однако у этого отсека видел ее впервые.

"Может, ей стало скучно? - подумал он. - Или это мне счастье привалило?" В любом случае он знал, что делать.

- Сударыня, - проговорил он, не сводя с нее глаз, - это охраняемая зона. Прошу удалиться.

Когда дверь лифта сравнялась с металлической решеткой, Гуха еле заметно улыбнулась. Выхватив из приоткрытого чемодана пистолет, она в упор разрядила всю обойму. Пятимиллиметровые, изготовленные из твердого стекла и покрытые тонким стальным слоем пули вылетали с немыслимым ускорением, достигаемым системой специальных электромагнитов, встроенных в ствол. Жуткая отдача произошла лишь после вылета пятой пули. Руку резко отбросило назад.

Хайджези среагировал мгновенно. Тренировки не прошли даром. Но лишь не более одной восьмой секунды было в его распоряжении с момента, как он инстинктивно почуял опасность, и до попадания в грудь первой пули.

Верхней прокладкой его громоздкой униформы служила синтетика, чем-то напоминавшая шерсть буйвола, очень прочная и почти непробиваемая. Следующий слой реагировал на кинетику. Проникающая пуля активизировала немедленную реакцию специальных полимеров. Под воздействием сообщенной энергии химические связи рушились, и ткань из мягкой и гибкой мгновенно становилась твердой как сталь. У этой брони, конечно, имелись и свои недостатки, например чувствительность к порезам, но пробить ее небольшим ручным огнестрельным оружием считалось маловероятным.

Впрочем, у любого материала есть свой предел прочности. В данном случае этот предел был достаточно высок, но не бесконечен. Первая пуля, ударившая в грудь, разлетелась на крохотные, как горошины, стеклянные и металлические кусочки, вонзившиеся в подбородок Хайджези. В эту же самую долю секунды рядовой, выхватив пистолет, резко присел, пытаясь изготовиться к стрельбе с колена. Вторая пуля попала ему несколькими сантиметрами выше и также раздробилась, но ее добавочная энергия уже запустила механизм расщепления молекулярных связей материала. Коварная третья пуля довершила дело. Вонзившись чуть ниже второй, она разбила, как стекло, кинетическую броню Хайджези, сделав охранника совершенно беззащитным.

Вытерев кровь на пульте, Гуха занялась дверью. Войти в отсек штатным образом она не могла: пароль не был ей известен, а информация о ее внешности в компьютере отсутствовала. Но любую систему можно обмануть, и эта не являлась исключением. Гуха знала, что температурный сканер, вмонтированный в дверь, проверял не внешность как таковую, а исходящее от каждого инфракрасное излучение. Например, главному инженеру корабля достаточно было просто приблизиться вплотную к двери - и "ларчик" открывался, поскольку спектр инфракрасных параметров инженера находился в памяти компьютера. Специально для такого случая Гуха и взяла с собой так называемый инфракрасный имитатор, прибор, генерирующий требуемое излучение. Остальное было просто... Открыв огнеупорный люк, Гуха вошла и огляделась, с удовлетворением отметив, что людей в отсеке нет. Впрочем, ее это не удивило.

Гигантское помещение, отведенное под хранение аппаратуры, составляло, наверное, треть всего внутреннего объема корабля. Туннельные провода и питающие их конденсаторы занимали основную часть пространства; их монотонное жужжание и чавканье разносилось по всему отсеку. Казалось, они сосут энергию, словно телята молоко матери. Эйнштейновская теория относительности разбивалась в пух и прах. Выходило, что скорость света вполне преодолима, только это требует колоссальных затрат энергии, за которую и приходилось платить километрами туннельной проводки.

Мощность электромагнитного поля, индуцировавшегося в этой туннельной системе, практически не менялась и, что главное, совершенно не зависела от общей массы корабля. Последнее обстоятельство как раз и позволяло создавать гигантские корабли-исполины для императорских и республиканских флотилий, бороздящие просторы вселенной и участвующие в бесчисленных звездных войнах. И все же мощность была предметом неусыпной заботы. Громадная, с трудом контролируемая мощность...

Лейтенант Гуха свернула налево, пробираясь по дугообразному проходу под монотонный аккомпанемент жужжащего туннеля.

Подойдя к люку, ведущему на складскую палубу, Косутик кивнула вахтеру. Дежурный, один из новобранцев первого взвода, потребовал назвать ее личный секретный код и произвести сличение внешности температурным сканером. Это был необходимый ритуал, которому обязаны были подвергаться все, независимо от чина и звания. Новичок явно старался, рассчитывая, очевидно, на знак одобрения со стороны старшего по званию. Но Косутик вместо этого попросила дежурного найти ей взводного сержанта Маргарет Лэй, чтобы обсудить с ней кое-какие вопросы. Новоиспеченный вахтер, сообразив наконец, кто перед ним, моментально расслабился и уже готов был, забыв обо всем, выполнять приказ. И вот уже в который раз ей пришлось читать юноше наставления, объяснять, что никому на слово верить нельзя. Конечно, со стороны это выглядело полным абсурдом, бредом параноика, но другого, более надежного способа охраны объектов не существовало.

С момента появления первого компьютера прошло уже не менее тысячи лет. Изобретение вживляемого чипа произошло относительно недавно. Внедрение микрокомпьютера в тело человека далеко не сразу сделалось обыденной, привычной процедурой. Встроенные датчики полностью совмещались с нервной системой человека и функционировали без побочных эффектов. Эти постоянно совершенствовавшиеся импланты были сущим непрекращающимся кошмаром для разработчиков систем безопасности. Запрограммированные надлежащим образом чипы могли полностью подчинить себе организм индивидуума. Когда это случалось, несчастная жертва утрачивала способность управлять собственными действиями. Пехотинцы называли таких людей "зомби".

Некоторые фирмы разрабатывали, к примеру, даже специальные чипы, позволявшие контролировать отбывающих наказание преступников. В большинстве же сообществ, включая Империю, применение подобных средств считалось незаконным и практиковалось только в сугубо военных целях. Сами пехотинцы "на полную катушку" использовали импланты как помощников в бою, повышающих силу, выносливость и реакцию. Но и они относились к чипам с осторожностью.

Наибольшую опасность представляли хакеры, постоянно изобретавшие хитроумнейшие средства для зомбирования своих жертв. Если в чип жертвы удавалось вживить специально запрограммированный "вирус", то с "завирусованным" зомби можно было сделать все, что угодно. Не далее как два года назад некто, внедрив вирус в чип одного высокопоставленного официального лица, умудрился с его помощью организовать покушение на убийство премьер-министра Альпанской империи. Хакера, разумеется, не нашли. Чипами управляли по радио, передавая им информацию в виде логических цифровых пакетов. Ясно, что достаточно было расшифровать структуру данных, а все остальное уже дело техники, причем до смешного несложной. В описываемом случае официальному представителю в частной беседе под видом сувенира вручили карманные часы, внутрь которых вмонтировали небольшой передатчик. Ни о чем не подозревавшая жертва с часами не расставалась, нося их с собой словно демона зла, спрятанного в древнем ящике Пандоры.

С тех пор члены правительства и весь обслуживающий персонал императорской фамилии периодически подвергались специальной процедуре, корректирующей протоколы безопасности их личных имплантов. Косутик все это знала, но ей также было очень хорошо известно, что такой вещи, как надежная, стопроцентная защита, просто не существует.

Отдав приказание найти Ганни Лэй по ее личному чипу, Косутик улыбнулась про себя, заметив, насколько двусмысленно все это звучит. Интересно, что сама она давно уже предрекала появление имплантов, еще до их изготовления. А в результате словно по злой иронии судьбы оказалась связана с ними как никто другой. Теперь-то она понимала, какая величайшая угроза исходит от них.

Подойдя к лифту, Косутик внимательно изучила расписание дежурства. Напротив Хайджези стояло: "Технический сектор". Неплохая подобралась команда. Но уж больно все молодые. Да, черт возьми, чересчур молодые. Но, с другой стороны, восемнадцать месяцев подготовки вполне приличный срок, тем более что в основном всех отправили в Стальной батальон, здесь же остались избранные, лучшие из лучших.

Лужа крови впечатляла, но нащупывать пульс было уже бесполезно, к тому же это отдавало бы неуместной театральностью. Остаться живым, потеряв столько крови, еще никому не удавалось. Она лихорадочно соображала, затем передала по рации:

- Караульный старший сержант Косутик. В техническом отсеке ЧП. Личный состав не извещать! - и выключила передатчик.

Охрана свяжется с Панером, и к убийце никаких сигналов не поступит, так как передатчики пехотинцев будут сразу заблокированы. Если этого не сделать, то злоумышленника кто-нибудь сможет предупредить.

Вытащив из-за пояса убитого сенсорный щуп, Ева просканировала им поверхность люка. Явные следы не регистрировались. Набрав секретный код и пройдя сквозь открывшуюся дверцу, она быстро и бесшумно устремилась вперед. Тело еще не успело остыть, и кровь только начинала свертываться. "Наверное, он не мог далеко уйти", - размышляла она. Однако не была бы Ева старшим сержантом, если бы хоть на секунду засомневалась в этом "наверное".

- Внимание! Говорит старший сержант Косутик, - она вновь включила передатчик. - Повторяю еще раз: сигналов тревоги не передавать! В техническом отсеке диверсия. Ваш охранник мертв.

Она поводила щупом в разные стороны. Признаки следов фиксировались во всех направлениях, но большинство сигналов шло прямо по курсу. За исключением, пожалуй, одного. Самый свежий след прощупывался где-то слева.

- Что? - Настороженный голос прозвучал недоверчиво. - Где?

- Похоже, в квадрате четыре, - моментально отрапортовала она. - Подойдите к вашим экранам. Просканируйте сами.

На мгновение Гуха остановилась и огляделась. Затем, свернув направо, подошла к искомой корабельной перегородке. Открыв рундук, извлекла взрывчатку. Содрав с основания килограммовой мины пластиковую прокладку, стала приклеивать взрывчатку к переборке. Когда клей схватился, подергала мину в разные стороны и убедилась, что та сидит как влитая. После установки переключателя в положение "1" замигала красная лампочка, затем потухла, сигнализируя, что бомба приведена в боевую готовность. Осталось установить еще три такие же штуковины.

Капитан Панер наглухо застегивал свой хамелеоновского цвета костюм и, натягивая на голову шлем, проверял его герметичность. Лифт, щелкнув, остановился. Сержант артиллерии Джин, уже полностью экипированный, стоял рядом, перекинув через плечо косутиковский костюм и держа в руке ее шлем. Эта экипировка своими характеристиками уступала стандартному боевому скафандру морского пехотинца, но времени на облачение в такой костюм уже не было. Одеться по команде тревоги всего за несколько минут было обычным делом для капитана, иначе не звали бы его капитаном Армандом Панером.

- Ева, - проговорил он в микрофон. - Доложите обстановку.

- Пока три мины. Все они находятся прямо над плазменными кабелями. В каждой есть противоударное устройство. Мне знаком этот запах.

- Капитан Красницкий! С вами говорит капитан Панер. - "И какому идиоту взбрело все это в голову?" - подумал он про себя, а вслух приказал: - Необходимо обесточить кабели!

- Это невозможно, - выпалил Красницкий. - Вы не можете просто взять и отключить туннельный ток. Если вы попытаетесь это сделать, корабль окажется в совершенно непредсказуемой точке сферы радиусом в девять световых лет. К тому же придется замедлить плазменный ток, а это неминуемо приведет к взрыву... Мы потеряем все.

- А если мы наткнемся на врага и он откроет огонь? - парировал Панер. - Что тогда делать?

- Здесь фазовый ток огромного напряжения. Последствия непредсказуемы.

- Черт, - еле слышно прошипел Панер. (Пожалуй, никому еще не доводилось слышать, как Панер ругается.) - Старший сержант, немедленно выходите отсюда.

- Что-то я не вижу таймеров.

- Они должны там быть.

- Возможно. Если бы только найти этого стрелка... Таймер должен быть рядом с экстренным переключателем, - стиснув зубы, жестко ответил Панер. - Это приказ, старший сержант Косутик. Немедленно покиньте помещение.

- Я сейчас гораздо ближе к убийце, чем к выходу, - мягко произнесла Ева.

Панер разглядывал первую мину. Косутик оказалась права: таймера видно не было, и запах... действительно, так пахнет противоударное устройство. Он обернулся к караульному сержанту. Лицо Билали из первого взвода казалось невозмутимым. Он с потрясающим хладнокровием взирал на торчащую всего в нескольких футах от него мину, готовую рвануть в любой момент. Стоящая за Билали девушка была далеко не так бесстрастна. Глядя в спину сержанта, она старалась дышать глубоко и размеренно - испытанный способ преодолеть стресс. Вопросительно подняв брови, Панер взглянул на Билали.

Если диверсант дал им время, они могут попытаться взорвать мины прямо на месте - переборки, закрытые плотной броней, должны выдержать. Конечно, затем придется вызывать аварийную бригаду, иначе им вряд ли удастся отсюда выбраться.

- Прошу всех сохранять самообладание, - прошептал Панер, напряженно размышляя.

- Извините?

- Можно ли вызвать кого-то в помощь старшему сержанту?

- Да, сэр, - ответил Билали. - Одна группа готова выйти навстречу с противоположного конца. Кроме того, есть люди в самом техническом отсеке.

- Итак, никто не сомневается, что здесь собрались настоящие храбрецы. Но, я надеюсь, не безумцы. Следует немедленно выбираться отсюда и перекрыть этот проход.

- Вас понял, сэр. - Ни один мускул не дрогнул на почерневшем лице Билали. Он протянул руку к коммутатору: - Внимание! Охрана! Приказываю всем, за исключением групп с особым поручением, покинуть проход. Необходимо закрыть его с двух концов.

Упомянутый проход по существу представлял собой замкнутое кольцо внутри корпуса корабля. К нему вели еще несколько побочных коридоров, но дверные люки, ведущие к ним, были большей частью закрыты за ненадобностью. Оставались открытыми лишь люки центральных проходов и огнеупорные люки. Скверная ситуация...

- Капитан Красницкий, - сказал Панер, - что произойдет, если мы закроем все двери и все мины взорвутся?

- Ничего хорошего, - раздался отчетливый женский голос, - говорит лейтенант Фертванглер, главный инженер. Прежде всего, огнеупорные люки не рассчитаны на многократную детонацию и не смогут спасти технический отсек от затопления плазмой. Но даже если они удержат плазму и мы останемся живы, тоннельному двигателю придет конец. С такими повреждениями нам вряд ли удастся снова запустить механизм, а если и удастся, мы сильно потеряем в скорости. Одному богу известно, чем все это закончится. В общем, скверно, - закончила она.

Ева, обладавшая неплохой зрительной памятью, заметив шестой по счету огнеупорный люк, мгновенно устремилась к месту установки очередной мины.

Неожиданно Гуха выстрелила. Пули пронзительно просвистели над Евиной головой. Мощнейшая отдача отбросила револьвер назад. Ева спряталась так стремительно, что у Гухи не было времени снова прицелиться.

Косутик, справедливо считавшаяся ветераном службы, которой довелось уже поучаствовать в доброй сотне перестрелок, чтобы не терять навыка, продолжала практиковаться, разряжая по мишеням до тысячи пуль в неделю. Опыт не прошел даром, и, хотя рукой Гухи управляла неплохая хакерская программа, Еве потребовался всего один ответный выстрел... пуля попала Гухе в горло.

Двадцатисантиметровый ствол пистолета придавал шаровидной пуле огромное ускорение, позволявшее достигать скорости до четырех километров в секунду. Поразив шею Гухи на сантиметр левее трахеи, шарик разлетелся на сотни мельчайших осколков. Сильный удар оторвал голову Гухи от тела и отбросил ее в сторону; из вскрывшейся сонной артерии фонтаном забила кровь.

Не дожидаясь падения обезглавленного тела на пол, Ева уже мчалась вперед. Она молилась, чтобы установленные мины оказались как можно дальше от нее. Помнила Ева и о том, с какой тщательностью разрабатываются подобные диверсии. Для каждой бомбы наверняка предусматривалось дополнительное устройство, инициирующее детонацию в критических ситуациях. Простейшим из известных устройств был, конечно, обычный таймер, но мог быть также и специальный триггер, дистанционно управляемый от чипа убийцы. В момент смерти зомби, когда активность его мозга падала до нуля, чип посылал сигнал, и бомба взрывалась. Оттого и стреляла Ева в шею, а не в голову диверсантки, так как знала, что и после смерти мозг еще какое-то время работает, а это даст Еве хоть какой-то запас времени.

- Опасность в отсеке! Немедленно закрывайте все огнеупорные люки! - прокричала Ева в передатчик и, перешагнув через окровавленное месиво, еще несколько секунд назад называвшееся лейтенантом Гухой, стремительно понеслась прочь.

Капитан Панер едва успел открыть рот, чтобы повторить приказ старшего сержанта, как прокатившаяся волна мощнейших взрывов буквально оглушила его.

Глава 4

Роджер так и не сообразил, что разбудило его в первую очередь: общий сигнал боевой тревоги еще звенел в ушах, когда руки испуганных пехотинцев настойчиво затрясли его, пытаясь привести в чувство. Взволнованные лица снующих туда-сюда людей, мигающие в темноте красные лампочки... Роджер вскочил как ошпаренный. В имплант принца, как члена императорской фамилии, был добавлен целый спектр особых программных функций. Достаточно сказать, например, про изящно выполненный модуль для ведения рукопашного боя или про специальную программу "для убийцы", обладавшую весьма интересными возможностями. Принц, как уже говорилось, был настоящим атлетом, обладателем черного пояса по трем "суровым" видам военного искусства. Не стоило бы, наверное, и говорить, что его сенсеем был один из лучших мастеров во всей Империи.

Но, несмотря на все это, Роджер не принадлежал к числу тех, кто мог бы вскочить вот так вдруг, с бухты-барахты, без предупреждения, в полнейшей темноте, хотя у некоторых членов экипажа могло бы сложиться такое впечатление. Разбуженный таким бесцеремонным образом, принц, однако, изловчился и умудрился пнуть кого-то коленом. Принимая во внимание ошарашенный вид и полусонное состояние Роджера, это был, конечно, героический выпад, не имевший, правда, никаких последствий.

Хотя окружающие и подивились его реакции, Роджер, в свою очередь, поразился не в меньшей степени. Во-первых, пришлось признать, что импланты пристававших вряд ли уступали его собственному чипу. А во-вторых, сразу стало ясно, что телохранители преуспели в боевых искусствах не меньше его. Так или иначе, принца довольно быстро скрутили, и в довершение он получил ощутимый удар в солнечное сплетение.

Казалось, два пехотинца из батальона Браво, с оружием наперевес, совершенно не обращали никакого внимания на стенания и затрудненное дыхание зажатого принца, довольно ловко натягивая на него аварийный вакуумный костюм. Покончив с костюмом, они уселись на Роджера, придавив его к полу, и стали надевать шлем.

Один из этих амбалов-кретинов сидел на груди принца, мешая тому дотянуться до кнопок управления, расположенных на костюме. Коммутатор был в исходном положении "Выкл.", и принц не мог вызвать Панера, который бы приказал головорезам оставить его в покое. Хотя формально принц и был их начальником, парни игнорировали его крики, гремевшие даже через шлемофон. Осознав бессмысленность сопротивления, Роджер оставил свои попытки. "Что взять с болванов?" - с тоской подумал он.

Казалось, экзекуции не будет конца, но одевание продолжалось от силы минут десять-пятнадцать. Внезапно люк каюты отворился, впустив двух одетых по форме пехотинцев. Сидевшие на принце охранники вскочили, один даже подал Роджеру руку, помогая встать. Засим они ретировались. Два новых охранника, чьи лица совершенно скрывались за масками шлемофонов, уселись на кровать по обе стороны от принца и выставили оружие перед собой. На этот раз в руках телохранителей оказались тяжелое четырехствольное ружье и плазменная пушка, нацеленные, соответственно, в направлении к двери и в сторону соседней каюты. Если бы злоумышленники попытались как-нибудь просочиться через стену, их ждал неприятный сюрприз.

Наконец-то Роджер смог спокойно обследовать свой вакуумный костюм, с большим удивлением обнаружив, что диапазон коммутатора ограничивался лишь аварийной "караульной" частотой. Использовать эту частоту как-то иначе, в ситуации, не вызванной экстренной необходимостью, считалось непростительным грехом. Этот для него весьма небезболезненный, но очень важный урок он получил во время своего принудительного пребывания в академии. Поскольку сидящие с ним охранники явно не представляли никакой угрозы, а, напротив, пытались его защитить, то ситуация в разряд экстренных не попадала, а значит, на коммутаторе можно было смело поставить крест.

Принцу ничего другого не оставалось, как сидеть и соображать, что же собственно произошло. Воздух в каюте был, но аварийные лампочки тревожно мигали. Он потянулся было к защелке на своем костюме, чтобы отстегнуть шлемофон, но один их бронированных охранников стукнул его по пальцам. Совершенно естественно среагировав, пехотинец не рисковал показаться невежливым, но удар, вызванный искусственными псевдомускулами костюма, получился довольно ощутимым.

Потирая ушибленные пальцы, Роджер наклонился, придвинув свой шлемофон к маске одного из мучителей.

- Вы не объясните мне, в конце концов, что здесь, черт возьми, происходит?

- Капитан Панер приказал подождать его прибытия, ваше высочество, - ответил слегка искаженный женский голос.

Роджер кивнул, откинулся к притолоке и повращал головой внутри шлема, пытаясь смахнуть с глаз прядь волос. Итак, значит, одно из двух: либо все прекрасно и обстоятельства сложились удачно, а Панер просто еще не освободился; либо произошло что-то из ряда вон выходящее, и Панер собирает факты, готовя для него исчерпывающий рапорт, но при этом опасается, что принца успеют как-нибудь неверно информировать.

Допустим, второй вариант. Ну и бог с ним. Он успокоится и разберется, что к чему. Если же имеет место первый сценарий... Он поглядел на вооруженного пехотинца, наставившего пушку на дверь. Однако это шанс. Он мог бы сейчас, например, выхватить это оружие из рук пехотинца и прикончить Панера. Однако в случае первого варианта его раздавят как блоху. Мысленно, шаг за шагом, прикидывал Роджер, что же все-таки это могло быть. Внезапно он заметил, что пол перестал вибрировать. Фоновый шум, генерируемый работой двигателя и другими узлами корабля, стал уже настолько привычным, что никто давно не обращал на него внимания. Сейчас же отсутствие жужжания стало очевидным. Если все системы вышли из строя, значит, что-то наверняка случилось и ни о какой удаче не могло быть и речи.

Затем он подумал о здоровяках, выдернувших его из кровати. После того как они одели принца и уселись на нем, прошло минут десять, пока не явились эти... Однако у тех, первых, никаких скафандров не было. Если бы в каюте исчез воздух, они бы мгновенно погибли. Их смерть была бы ужасной. Значит, им, по крайней мере, нужно было успеть сохранить жизнь ему. Эта мысль опять же противоречила первому сценарию развертывания событий.

Телохранители, безусловно, рисковали своей жизнью, спасая его. Пожертвовать жизнью ради члена императорской фамилии - почетный долг и обязанность воинов. Но Роджер никогда еще не попадал в ситуации, когда его телохранителям угрожала смертельная опасность. Он припомнил, правда, один неприятный инцидент. Это было во время каникул. Но тогда охраннику никто, собственно, не угрожал - опасность исходила от некой молодой леди...

В данном же случае двое, чьих имен он даже не знал, спасали его жизнь, рискуя погибнуть ужасной смертью.

Прошло около двух часов, прежде чем появился Панер в сопровождении капитана Красницкого. Панер был одет в хамелеоновский костюм, капитан корабля был в кожаном кителе со шлемофоном, болтавшимся за плечом.

Панер кивнул охранникам, и те вышли из каюты, закрыв за собой люк. Роджер приветливо взглянул на Красницкого, предложив сесть. Пока капитан в изнеможении опускался на стационарный стул, прикрученный к полу рядом с небольшим письменным столом, Панер проверил дверную щеколду и обернулся к принцу. - У нас проблемы, ваше высочество.

- О неужели, капитан? Я не заметил. - Сквозь шлемофон голос принца доносился довольно приглушенно. Роджер отстегнул на шее защелку и наконец-то снял шлем. - Кстати, - продолжал он с кислой миной, - неужели на всем корабле не нашлось костюма моего размера?

- К сожалению, ваше высочество. - Панер стоически сохранял хладнокровие. - Я проверял, это наш недосмотр. Как недосмотрели и еще кое-что, - он покосился на несчастного капитана. - Что ж, продолжайте, капитан Красницкий.

Капитан вытер лицо и устало вздохнул.

- У нас диверсия. Все крайне скверно, ваше высочество.

- Диверсия? - принц с подозрением взглянул на капитана. - Что это значит?

- Пока это тайна за семью печатями, ваше высочество, - выговорил Панер. - На данный момент известен лишь непосредственный исполнитель. Это лейтенант Аманда Гуха, отвечавшая за материально-техническое снабжение корабля.

- Что? - Роджер заморгал.- Зачем она это сделала?

Красницкий открыл было рот, чтобы ответить, взглянул на Панера, нерешительно пожавшего плечами, и продолжал:

- Мы, конечно, не совсем уверены, но полагаем, что она была зомбирована.

- Через чип? - глаза Роджера расширились. - Но, может, еще кто-то?.. - Принц тряхнул головой, осознав глупость своего последнего вопроса. - Ах, ну да, вы же не знаете.

- Нет, ваше высочество, мы не знаем, - Панер отвечал с поразительным самообладанием. - Однако по некоторым признакам нам кажется, что она единственная зомби. Весьма маловероятно, чтобы еще кто-нибудь из команды так рисковал. В отношении каждого, вступающего с вами в контакт, проводят регулярную "зачистку", своевременно обновляя протоколы безопасности. Кроме того, буквально каждый из корабельной команды был "зачищен" перед стартом. Кроме лейтенанта Гухи. Правда, мы нашли некое устройство в ее каюте.

- О черт, - выругался Роджер.

- Я могу, в принципе, изложить около двадцати разных версий, как-то объясняющих произошедшее, - продолжал Панер. - Но суть не в этом.

- Ваше высочество, - Красницкий решил закруглиться и благодарно кивнул Панеру. - Капитан Панер совершенно прав. Не столь важно, каким образом эти устройства попали к Гухе. Гораздо важнее другое - то, что она натворила. Это кошмар какой-то. Ей удалось подсоединить мины к нескольким туннельным кабелям, по которым течет плазма. Когда мины взорвались, мы из-за утечки большей части плазмы практически полностью потеряли технический отсек. Когда в плазме обнаружилась брешь, управляющие системы были вынуждены отключить поток дейтерия. Но последней каплей стала вирусная подпрограмма, которую Гухе удалось загрузить в управляющие системы. В общем, плазма продолжает поступать...

Сделав паузу, капитан вытер вспотевшее лицо, пытаясь подобрать нужные слова, чтобы поточнее обрисовать границы нанесенного ущерба, но Панер сделал это за него:

- Мы потеряли все, кроме моря расплавленной плазмы, ваше высочество. Туннельный двигатель недоступен. Фазовый двигатель также выведен из строя. Наш главный инженер вручную попыталась остановить поток, но взрыв плазмы навечно похоронил ее там. Это невосполнимая потеря...

- Итак, налицо физическая и кибернетическая атака, - произнес Роджер. Он стоял словно оглушенный. - Против члена императорской фамилии?

- Да, ваше высочество, - лицо Панера скривила вымученная улыбка профессионала, неожиданно севшего в лужу. - Прелестно, не правда ли? В результате у нас завирусованные программы во всех основных подсистемах: в навигации, в системе ведения огня...

- В системе общецелевых задач тоже, - покачав головой, оборвал его Красницкий. - Я абсолютно уверен, что до полета все было вылизано. Однако такая катастрофа в техническом отсеке и...

- Я тоже был "абсолютно уверен", что до начала полета ничего такого на борту не было, - раздраженно парировал Панер. - Нам следует быть более внимательными. К чему теперь ваше "абсолютно уверен", капитан?

- Согласен. - Красницкий выпрямился по стойке смирно. - Ваше высочество, с вашего разрешения, мне нужно вернуться к своим обязанностям. Я надеюсь, что в наших силах произвести необходимый ремонт, чтобы добраться до какой-нибудь обитаемой планеты. Хотя, - он обернулся и снова посмотрел на невозмутимое лицо Панера, - система, которую мы должны для этого соорудить...

Он умолк и пожал плечами. Роджер, все еще совершенно ошарашенный, кивнул головой.

- Конечно, капитан. Возвращайтесь. Удачи вам. Сообщите мне, если вам что-нибудь понадобится.

Принц вдруг почувствовал полный идиотизм последней фразы, слетевшей с его губ. Что такого особенного он может совершить, чего не в состоянии сделать натренированные и опытные члены экипажа? Приготовить пищу? Слава богу, что вконец измотанный капитан, по-видимому, пропустил мимо ушей его последнее замечание. Красницкий скромно поклонился и вышел из каюты. Едва за ним захлопнулся люк, лицо Панера вновь скривилось в улыбке.

- Капитан забыл упомянуть одну вещь, ваше высочество. Он не сказал, куда теперь направляется корабль.

- Ну, и куда же? - осторожно поинтересовался Роджер.

- На Мардук, ваше высочество.

Покопавшись в своей памяти, принц обнаружил, что это название ему ни о чем не говорит. Мгновенная сверка с заложенной в имплант базой данных выдала эту планету, но та просто значилась в общем списке как имперская планета третьего класса. Чип был буквально напичкан разнородными сведениями, но почему-то большая часть данных относилась к протоколам взаимодействия. Остальная информация отбиралась с учетом пожеланий самого Роджера. Калейдоскоп из фрагментов, представленных в виде различных цифр и изображений, замелькал перед мысленным взором принца. Нахмурив брови, Роджер напряженно сканировал чип. На планете имелся имперский космопорт. Говорилось о крайне скудных возможностях для посадки. Планета не являлась даже членом ассоциации - это было просто место, на котором Империя когда-то установила свой флаг.

- Одна из наших, - резюмировал принц.

- Нереально, ваше высочество. Совершенно нереально, - сморщился Панер. - Порт имеется, но чинить корабли такого типа, как наш, они не умеют, да и соответствующего оборудования у них нет. Там, правда, есть автоматическая газовая заправка - гигантский комплекс, вроде бы принадлежащий компании "ТексАэмПи", но и он под управлением местных властей. В общем, одному богу известно, как все это дело повернется. Панер мысленно обратился к своему собственному чипу и впал в полное уныние.

- Есть одна существенная деталь: в этом регионе весьма активны святоши, известные головорезы. С другой стороны, ваше высочество, в пограничных с планетой районах действуют команды спецподразделений, единственное занятие которых - выслеживание и вынюхивание всего и вся. Вы не успеете и глазом моргнуть, как им все уже будет известно. - Он слабо улыбнулся. - Впрочем, я уверен, что то же самое они думают про нас.

Панер полистал свой электронный блокнот и расстроился еще больше.

- Местные аборигены примитивны и воинственны, фауна оставляет желать лучшего, средняя температура воздуха - тридцать три градуса по Цельсию, а дождь идет пять раз на дню. Регион пользуется дурной репутацией: там полно контрабандистов и пиратов всех мастей. Если откровенно, ваше высочество, на душе у меня кошки скребут: мы вляпались в такое дерьмо! Это как если бы лет триста назад теплой августовской субботней ночью я взял бы вас с собой прогуляться вниз вдоль Четырнадцатой авеню, а из наших карманов торчали бы пачки тысячедолларовых купюр.

Четырнадцатая авеню действительно существовала. Это было в те дни, когда главный имперский город, бывшая столица Соединенных Штатов, находился в Колумбии, и подобный ночной променад мог закончиться весьма плачевно. Последнее замечание Панера окончательно добило Роджера, принц тяжело вздохнул и вытер лоб.

- Еще какие-нибудь хорошие новости имеются? - вопрос прозвучал довольно жалобно, но принц вдруг смутился и со всего размаху вмазал сам себе за проявленное малодушие. Любой другой от такого удара моментально бы загнулся.

Панер напрягся.

- Вы изувечите себя так, ваше высочество. Не надо падать духом. Молитесь, чтобы капитану удалось приземлиться на Мардуке. Все-таки у нас военный корабль, и я думаю, что рацию починят и пошлют сигнал, что такое-то судно, потерявшее управление, движется в таком-то направлении. Ремонт, правда, займет неделю, а то и больше, но я уверен, что экипаж под руководством столь опытного капитана успешно справится с задачей. - Хорошо хоть, что главный инженер оказалась в полночь именно в том отсеке и, проявив чудеса скорости и личного мужества, попыталась остановить термоядерную реакцию. Хорошо также, что мы все же на военном корабле, что отклонились от курса не более чем на шесть-семь световых лет и что вблизи есть населенная планета. Неплохо также, что мы все еще не пали духом. Итак, вроде больше хороших новостей нет. Или я что-то упустил?

Роджер кивнул головой:

- Интересное у вас представление о хороших новостях, капитан. Но ваша позиция мне понятна. И все же, чем я мог бы помочь? - Принц постарался, чтобы его голос не дрожал и прозвучал как можно естественнее.

- Вы меня, конечно, извините, ваше высочество, но самое лучшее, что вы могли бы сделать, - это оставаться в каюте и ни во что не вмешиваться. Ваше присутствие... ну, вы понимаете... в общем, создало бы излишнюю нервозность, отвлекало бы людей, они потребляли бы больше кислорода. Так что я был бы вам крайне признателен, если бы вы оставались здесь. Еду вам будут приносить.

- А как насчет гимнастического зала? - немного оживился Роджер.

- В такой ситуации, пока не приведем все в более-менее божеский вид... вы же понимаете, ваше высочество. Однако я хотел бы откланяться. Очень много работы.

Не дожидаясь согласия, Панер вставил в щель замка ключ, открыл люк и вышел, оставив Роджера одного в его миниатюрной каюте-клетке, показавшейся принцу теперь еще большей конурой, чем прежде.

Глава 5

От вынужденного безделья принц уже готов был лезть на стенку. Туннельный двигатель кое-как залатали и запустили, фазовый тоже удалось подключить, но с тех пор прошла уже добрая половина дня. С момента аварии минуло, наверное, недели три. И все это время экипаж работал в поте лица, реанимируя то, что можно было оживить, а кое-где просто затыкал дыры. А Роджер, исправно исполняя роль пай-мальчика, торчал в своей маленькой тюрьме, периодически потея в дурацком, не по размеру, вакуумном костюме, в то время как изувеченный корабль под аккомпанемент гудящего и периодически вибрирующего двигателя тихо ковылял по направлению к Мардуку. Миленькая ситуация...

В принципе, ТД (туннельный двигатель) работал довольно ровно, но авральный ремонт давал о себе знать, и временами внутри агрегата что-то начинало визжать, скрипеть, и казалось, что корабль вот-вот разлетится на куски. Панер с Красницким старались наведываться к принцу пореже, придумывая каждый раз в свое оправдание какой-нибудь благовидный предлог. Но эти уловки, по словам Мацуги, не стоили и выеденного яйца.

Впрочем, кошмарное путешествие близилось к завершению, и основная цель заключалась в удачном приземлении на Мардук. Затем планировалось погрузиться в первый же подвернувшийся имперский корабль и... обратно на Землю. Получалось при таком раскладе, что на Левиатан Роджер и вовсе не попадет.

Итак, с главной проблемой было покончено, кризис миновал, непосредственной опасности не существовало. Так не пора ли ему, Роджеру, принцу дома Макклинтоков, выйти из гнусного заточения, из этого вонючего курятника?

Пригладив кое-как свои торчащие во все стороны волосы, принц вставил электронный ключ в дверцу и вышел в коридор. В полутемном проходе воняло еще почище, чем в каюте, и принц даже решился напялить на голову шлем. Надевая его, он суетился, толком ничего не застегнул, и вышло неудобно. Разозлившись на себя и сдернув в итоге шлем, Роджер собрался было выругаться, но, не желая показаться смешным перед охранниками, сдержался.

Его явно тянуло на подвиги. Сбежав наконец из своего каземата, он вкушал запах свободы.

- Проводите меня на капитанский мостик, - приказал он, обратившись к одному из охранников. В его голосе прозвучали привычные властные нотки.

Сержант Нимашет Диспреукс уставилась на принца сквозь мерцающую маску шлемофона. У стороннего наблюдателя, пытающегося разглядеть лицо человека сквозь его шлем, всегда возникало ощущение, что глаза несколько смещены. Этот эффект не был случайным, а предусматривался специально разработанной конструкцией шлема, задуманной для маскировки. Впрочем, целям камуфляжа отвечали и все остальные детали хамелеоновского костюма. Единственное неудобство этого эффекта проявлялось в том, что сквозь маску невозможно было определить выражение лица.

Слегка помедлив, Нимашет настроилась на канал Панера и решительно отрапортовала:

- Капитан Панер, говорит сержант Диспреукс, его высочество направляется к капитанскому мостику. Принц Роджер, - уточнила она.

Петляя извилистыми коридорами, отворяя бесчисленные герметичные люки газово-шлюзовой системы, Роджер, сопровождаемый охранниками, наконец-то добрался до капитанского мостика и огляделся.

Реально стоять на боевом мостике ему еще не доводилось. Военизированные транспортные корабли таких гигантских размеров, как "Деглопер", составляли костяк флота, доставляя людей и вооружение в любую точку обозримой вселенной. Однако выпускники академии после окончания учебы предпочитали непосредственно участвовать в боевых операциях и служить в линейных войсках или войсках особого назначения. Там и продвижение по служебной лестнице шло намного успешнее. Редко кто соглашался длительное время кантоваться на транспортных посудинах, перевозящих всякий хлам.

Однако их "мусорщику" все же удалось достойно выйти из кризиса, что свидетельствовало о том, что и на такой "шаланде" может оказаться отличный капитан и прекрасная команда. И тут совсем уже не важно, учились они в академии или нет.

Следы диверсии отразились и на капитанском мостике. Пожар коснулся коммуникационного стенда и выжег большую часть управляющих панелей.

При строительстве корабля кабели, подводимые к стенду управления, прокладывались вдоль обшивки корпуса. С их помощью осуществлялся непрерывный контроль работоспособности важнейших узлов. Но поскольку в бою именно обшивка страдала в первую очередь, то предусматривались временные вспомогательные средства. В спешном порядке прямо по полу пехотинцы протягивали провода (за неимением оных подчас использовалась обычная проволока), соединяя их различными реле и переключателями. Прямо под ногами змеились, переплетаясь, гудящие оптоволоконные артерии.

Осторожно переступая через провода, Роджер подошел к капитану, оживленно обсуждавшему с Панером показания приборов. На экране дисплея причудливо пульсировала и изгибалась голограмма системы управления. Уцелевшие бортовые компьютеры напряженно боролись, пытаясь Удержать систему в состоянии равновесия.

- Как дела? - спросил принц.

- Нормально, - Красницкий отвечал хмуро, без тени улыбки на лице. - У нас все в порядке, ваше высочество.

Вдруг раздался звук сирены. Уже в который раз.

- Что случилось? - Роджер заговорил громче, пытаясь пробиться сквозь вой. В ответ Панер нахмурился и покачал головой.

- Система зафиксировала неопознанный военный корабль, ваше высочество. И хотя до встречи с ним как минимум сутки, у нас нет полной уверенности, что поблизости не притаился еще кто-нибудь.

- Что? - ошеломленно взвизгнул Роджер. - Как? Но... - он сделал паузу, приходя в себя. - Опять диверсанты? Может, они поджидают нас? Кто они вообще? Не наши? Не имперские?

- Капитан? - Панер обернулся к командиру корабля.

- На данный момент не известно, кто они, ваше высочество.

Красницкий, разумеется, расстроился при неожиданном появлении члена королевской фамилии. Стычка с неприятельским кораблем была неминуема и занимала все мысли капитана. Все эти три недели, устраняя последствия ужасных взрывов и произошедшего на судне пожара, Красницкий ни на минуту не выпускал из головы главный вопрос.

- Наши датчики повреждены. Есть и другие неполадки. Точно известно только то, что у них фазовый двигатель. Сказать что-то более определенное пока не представляется возможным. Капитан нахмурил брови, собираясь с мыслями.

- Я сомневаюсь, ваше высочество, что этот корабль имеет какое-либо отношение к диверсии. Когда наш ТД был поврежден, мы слишком отклонились от маршрута. Я не думаю, что заговорщики, кто бы они ни были, рассчитывали, что после случившегося мы сможем выжить.

В противном случае они бы как-нибудь подстраховались и не дали бы нам возможности так сильно сбиться с пути. Мардук находится в стороне от нашего базового курса, примерно на расстоянии семи световых лет. Маловероятно, чтобы кто-нибудь специально ожидал нас именно здесь.

- Я с вами согласен и тоже не верю, что этот корабль поджидает нас, но отсюда не следует, что от встречи с ним следует ждать чего-то хорошего. Тип их двигателя и характер эмиссии заставляет предположить, что это, скорее всего, бродяжий крейсер святош.

- Очень может быть, что они и захватили корабль, - пробурчал Панер.

Красницкий еле заметно улыбнулся и вздохнул, ткнув пальцем в угол подрагивающего экрана.

- Да, очень похоже.

- Получается, что планета под контролем врага? - не выдержал Роджер.

- Возможно, ваше высочество, - согласился Красницкий. - Да, вероятно... по крайней мере, орбита планеты. Но про порт ничего не известно.

- Итак, капитан, - заключил Панер. - Необходим совет. У нас есть время?

- О да. Кто бы это ни был, они пока не запускают свой фазовый двигатель, очевидно, пытаясь выяснить наши намерения. Мне кажется, что они принимают нас за торговое судно, а не за военный корабль. Наша скорость после аварии значительно уменьшилась, характер эмиссии изменился. Даже если мы полетим к Мардуку на пределе возможного и их корабль погонится за нами, то все равно в нашем распоряжении есть еще несколько часов, чтобы определиться и принять решение.

- Какие у нас шансы? - спросил Роджер. Мерцающий на экране красный значок крейсера словно магнитом притягивал его взгляд. Красницкий слабо улыбнулся.

- Шансов немного, ваше высочество. Избежать встречи мы не в состоянии...

- ... Так что придется драться, - констатировал Красницкий.

В кают-компании уже все собрались. Кроме Красницкого присутствовали старпом, исполняющий обязанности главного инженера и офицер по тактическим вопросам. Экипаж батальона Браво представляли принц Роджер, Элеонора О'Кейси и капитан Панер, прихвативший с собой еще двух лейтенантов. Вообще, по Библии, число семь является оптимальным, но найти такое количество лейтенантов было совершенно нереально. В имперских войсках, где статус офицерского состава значительно превосходил средний уровень, это тем более не представлялось возможным.

В принципе, для капитана Красницкого вполне достаточно было присутствия старпома и Панера. Взводный сержант, как правило посещавший все собрания, был занят, выполняя команды командира, штурман находился на капитанском мостике, непрерывно следя за приближавшимся крейсером.

- Я думаю, что нет смысла объяснять, зачем мы здесь собрались, - начал Красницкий. - Мы можем победить, но можем и проиграть. Будь у нас все в порядке, я бы сказал, что мы разобьем крейсер. У нас на борту больше ракет, и они мощнее. У нас более совершенная система лучевого наведения. - Он сделал паузу. - Мы имеем все преимущества корабля с туннельным двигателем. У нас нет ограничений на вес корабля. Для двигателя имеет значение лишь объем корабля, так что мы можем позволить себе соорудить, если захотим, хромированную броню. Это очень важно, так как означает, что мы в состоянии уцелеть после попадания вражеских ракет. В то время как наши ракеты для противника весьма болезненны. Кроме того, внутри "Деглопера" гораздо больше свободного пространства, что облегчит процесс устранения возможных повреждений.

Оборотная сторона медали - это скверное положение, в котором мы все оказались. Во-первых, мы едва ли вообще сможем ускоряться, наши датчики и системы наведения, мягко говоря, в плачевном состоянии. К тому же мы представляем для них весьма удобную огромную мишень, которую они, конечно же, не пропустят. То, что мы понесем потери, никаких сомнений не вызывает. Даже если мы и выиграем сражение, нашему кораблю изрядно достанется.

Он сделал паузу и оглядел собравшихся. Присутствовавшие ветераны-пехотинцы, успевшие хлебнуть в жизни лиха, сидели хмурые, но настроены были решительно. В сравнении с ними его собственные люди, не нюхавшие еще, как говорится, пороха, выглядели довольно невинно, но тоже внимали с серьезными минами. Ставленник принца, командир экипажа, всем своим видом демонстрировал, что он точно знает, как все произойдет. А сам принц весь обратился в слух. Во время его пребывания в академии в программу учений не входила какая-либо имитация боевых действий. Здесь же шутить не собирались и самым подробным образом обсуждали такие детали, что глаза Роджера округлялись, словно блюдца...

- Используем шаттлы? - Панер оперся подбородком о кулак. Он разговаривал с таким бесстрастным выражением лица, что можно было подумать, будто обсуждаемая проблема его ни капельки не волнует. Красницкому на протяжении его карьеры не раз доводилось иметь дело с "крутыми" пехотинцами, командир же телохранителей относился, по всей видимости, к тем редким людям, которые ведут себя тем спокойнее, чем больше несчастий сваливается им на голову.

- Предлагаю, по крайней мере, подготовить их к пуску, - сказал старпом Талкот. - Для принца их броня послужит дополнительной защитой от вражеских ударов.

- Приходили ли какие-нибудь сигналы с корабля? - поинтересовалась Элеонора.

- Еще нет, - ответил Красницкий. - Обычная задержка. Мы ожидаем прихода информации не раньше чем через полчаса, примерно в это же время они получат и наше послание. Скажем им, что у нас торговое судно под названием "Подарок Беовульфа", что вылетело, скажем, из Олмстеда. В пути вышел из строя туннельный двигатель, и мы подыскиваем порт для ремонта.

- Так они и поверили, - фыркнул лейтенант Гиляс, командир второго взвода.

- Собственно, так же, как и мы им, - заметил Талкот.

- С другой стороны, у них нет особых причин не доверять нам, - вступил опять Красницкий.

- Неисправность ТД не дает нам возможности ускоряться, а значит, позволяет скрыть потенциальные ресурсы корабля. Откровенно говоря, издалека мы вполне напоминаем потерпевшее аварию торговое судно, а чтобы заметить разницу, нужно подробно осмотреть корпус.

- Через какое время, - привстал младший лейтенант Сегедин, - мы приблизимся к кораблю на расстояние, достаточное для ведения огня? - Тактический офицер явно рвался в бой. Он был возбужден, но полон решимости, как скаковая лошадь перед стартом. - Неплохо было бы знать, когда они собираются открыть огонь. Если поверят, что мы торговцы, то прикажут нам либо остановиться, либо следовать за ними на Мардук. Мы, конечно, им подыграем, но скорость сбавлять не станем. Чем ближе мы окажемся к планете, тем лучше.

- У нас недостает одной ракеты, - заметил Талкот. - Локальный сервер разбило мощной ударной волной. Осталось семь ракет. Все лазеры в норме. Система управления ведением огня работает... нестабильно. Но на недолгую перестрелку, я думаю, сгодится.

- Итак, мы откроем огонь по крейсеру, - наконец не выдержал принц, наматывая волосы на палец. - А что потом? Как мы попадем обратно на Землю?

- В порту нам что-нибудь предложат, в противном случае мы заставим их это сделать, сбросив несколько бомб, ваше высочество. - Панер говорил решительно. - Ну и потом уже будем готовиться в дорогу домой.

- А если корабль оклемается? - Принц даже поразился тому, как спокойно прозвучал его голос. Взглянув на свой обмотанный волосами палец, он, словно удивившись, высвободил его и разгладил космы.

Панер с Красницким обменялись взглядами.

- Я верю, ваше высочество, что все закончится благополучно, - ответил Панер. - Правда... - он взглянул на Сегедина, - нет ли в поле зрения других кораблей? Каких-нибудь крейсеров или эсминцев?

- Пока ничего не обнаружено, - ответил тактик. - Впрочем, если крейсер отключит двигатель, мы можем потерять его из виду. Собственно, это означает, что поблизости запросто может кантоваться какой-нибудь корабль, а то и сотня небольших истребителей, - в общем, одному богу известно.

- Ладно, я думаю, все обойдется. - Панер обернулся к лейтенантам, что-то помечающим в своих электронных блокнотах. Хотя все, что происходило на собрании, записывалось на магнитофон и с помощью специальных электронных приспособлений вся речь при желании легко преобразовывалась в текст для прочтения, все же сверяться с электронным блокнотом, где фиксировалось главное, было намного удобнее. - Подготовьте штурмовые челноки со всем необходимым. Когда выйдем на орбиту, нужно быть готовыми к немедленному приземлению в районе порта.

- Предлагаю обсудить подробности предстоящего сражения, - заявил старший лейтенант Савато. Как командир первого взвода, Савато фактически выполнял на корабле функции офицера-оперативника.

- Нет, - Панер покачал головой. - Мы предложим им сдаться. Согласятся - обрушимся на них, как снежный ком на голову, откажутся - закидаем бомбами, а затем обрушимся... Примерно так. Сам приказ выпустим, я думаю, через пару часов.

- Неужели это так необходимо? - Элеонора не могла скрыть удивления. - Я считала, что вы - Бронзовый батальон, а не орда захватчиков. По-моему, ваша обязанность - защищать принца, а не отвоевывать планеты у святош. Пока мы на орбите, может быть, стоит дождаться подкрепления, а затем уж принимать конкретные решения?

Панер на секунду остолбенел.

- Да, сударыня. Мы могли бы, конечно... - нашелся он наконец. - Но, мне кажется, если серьезней на все это взглянуть... Представьте себе, что вы - военная база и перед вами маячит этакая неизвестная махина вроде нашего корабля. В таких случаях обычно бывает - кто кого. Короче, я предпочел бы уничтожить базу.

- Чтобы оставить крейсер без подкрепления? - спросил Роджер.

- Да, ваше высочество. Кстати, вполне возможно, что какой-нибудь корабль его уже прикрывает... просто нам он пока не виден, - заметил Панер.

- Ваше высочество собирается принять участие в атаке? - вкрадчиво прозвучал голос Красницкого.

- Да! - мгновенно выпалил Роджер, словно ожидал вопроса. Он весь сиял при мысли, что наконец-то вырвется с корабля.

- Нет, - с чувством отреагировали Панер и О'Кейси, причем было неясно, чей голос прозвучал более выразительно. Посмотрев друг на друга, они уставились на принца, словно львы, охраняющие ворота. Элеонора даже привстала из-за стола, пытаясь поймать взгляд Роджера, с решительным видом глядевшего на Красницкого.

- Нет, - решительно повторила она.

- Но почему? - От собственного лепечущего голоса принца даже передернуло внутри. - Уж я сам за себя решу.

- Это слишком опасно, - резко оборвала его О'Кейси. - Сама мысль нелепа!

- Мои люди не смогут при этом оберегать вас, ваше высочество. - Панер выразительно повел рукой.

- Мои люди, - обиженно произнес принц. Его коробило от собственного тона, но он не знал, как выразиться иначе. - Это мои люди, капитан. Я командир батальона, и вы у меня в подчинении. - Нервничая, Роджер пытался разгладить свои экзотические, непослушные кудри. Ирония, смешанная с изрядной долей сарказма, исказила лицо Панера. Сцепив пальцы и демонстративно откинувшись на спинку стула, он бесстрастно рассматривал шевелюру Роджера.

- Какие будут приказания?

Горячась, Роджер уже готов был выразить протест против ущемления его законных прав, но неожиданная реплика Панера застала его врасплох, и Роджер так и застыл с открытым ртом. Какие он должен отдавать приказы и хочет ли он вообще что-либо приказывать - об этом Роджер, естественно, даже не задумывался. Он просто хотел, чтобы с ним советовались, чтобы обращались как со взрослым, как, черт возьми, с командиром батальона, а не с каким-то придатком, с этакой важной, но никому не нужной персоной, которую следует охранять. Неожиданно перед мысленным взором принца предстал образ пехотинца, одного из тех двух телохранителей; пехотинца без скафандра, сидящего на его груди и натягивающего на него вакуумный костюм, чтобы спасти ему жизнь. И Роджер почувствовал, что таким дурацким поведением сам загнал себя в угол. Но вдруг его осенило: он вспомнил, что в критической ситуации на помощь всегда может прийти собственный чип, тем более с таким суперпроцессором, как у него...

Собравшись с мыслями, Роджер продолжал уже спокойно:

- Хорошо, капитан. Я полагаю, что пора приступить к составлению приказа, пока экипаж готовит шаттлы. Для начала следует составить список тех, кто примет участие в операции.

Мельком взглянув на Элеонору, принц заметил, как та недоуменно переглянулась с офицерами.

- У вас что-нибудь еще, капитан Красницкий?

- Нет, ваше высочество. Пожалуй, это все.

- Прекрасно. Что ж, приступим?

Красницкий взглянул на Панера, тот согласно кивнул в ответ.

Глава 6

"Принц Роджер, вас просят пройти на капитанский мостик. Принц Роджер, вас просят..."

Сообщение, пришедшее по селектору и продублированное сигналом в чип, застало Роджера в самый неподходящий момент. Он примерял защитный костюм, а дело не клеилось.

Решение, принятое в результате горячей дискуссии, состояло в следующем: хотя Роджеру и не дозволялось быть в первом эшелоне и "брать на абордаж" портовые укрепления, предполагалось, что он, вместе со средствами технической поддержки, прибудет попозже. Конечно, принц считал, что одержал этим лишь половину победы, но, по крайней мере, ему льстило уже одно то, что в него, может быть, будут стрелять враги. Вот почему Панер и распорядился подобрать принцу соответствующее снаряжение. Роджер догадывался, что главным стремлением капитана было обеспечить столь важной персоне максимально возможную безопасность.

Однако доспехи, которые примерял принц, явно не предполагали наличие у их владельца такой экстравагантной шевелюры. И вот, здрасьте вам, примерку приходилось, по-видимому, прервать: чувствуя себя не в своей тарелке, Роджер поглядывал на стоящего рядом оружейника, что-то бурчащего в селектор.

Найти хорошего оружейника-костюмера всегда было значительно сложнее, чем отыскать, скажем, хорошего охранника, так как поведение первых подчинялось известному принципу: "ничего не вижу, ничего не хочу знать". Оружейники отбирались с гораздо меньшим пристрастием, чем телохранители, так как главным и единственным критерием отбора являлась их компетентность, желательно исчерпывающая. Поскольку добровольцами эта братия не славилась, наиболее мастеровитых зачисляли в добровольцы по принуждению. Это и приводило порой к появлению того сорта людей, с которыми Роджер, если мягко сказать, общался с огромным трудом, а если грубо - на дух не переносил.

- И что я должен с этим делать? - Принц с раздражением рассматривал свою застывшую в неестественной позе руку с громоздкой рукавицей-латой на конце.

По-видимому, в механизме что-то сломалось, и оружейник ломал голову, что же это могло быть.

- Сию минуту, ваше высочество, - тонким голоском проговорил мастер, на бирке которого значилось имя - Поертена. - Сейчас мы принесем "долбаный" консервный нож и вырежем вас оттуда.

Смуглый, худощавый сержант Поертена говорил с малознакомым пинопанским акцентом, так что в первое мгновение Роджеру пришлось поднапрячься, чтобы уяснить, о чем, собственно, тот вещает. Пинопа - страна сплошных архипелагов и тропических озер. И озера, и архипелаги - все это создавалось эмигрантами и дезертирами, не пожелавшими участвовать в Драконовских войнах в первую волну колонизации Юго-Восточной Азии. Хотя официальным языком планеты давно уже являлся классический английский, пинопанец вырос, очевидно, не в английской семье. Несмотря на акцент, Роджеру показалось, что он правильно перевел слово "долбаный", правда относительно остальной части фразы подумал, что ослышался.

- Может, позвонить им и сказать, что я занят? - спросил Роджер, не представляя себе, как его вытащат из ломаных доспехов за такой короткий отрезок времени. В исправном состоянии костюм, скрепленный изрядным количеством швов, распахивался довольно быстро - достаточно было найти нужную кнопочку. Так как броня, по-видимому, была испорчена основательно, оружейник заблокировал или просто отключил большую часть ручек управления. Оставалась, правда, альтернатива: либо вырубить ток в несколько сотен ампер, либо до умопомрачения долбить броню кулаком. Но почему-то ни одна из этих возможностей Поертену не воодушевляла. Получалось, что, для того чтобы освободить принца, следовало снова честно и аккуратно подсоединить все контакты.

- Минуточку, ваше высочество. Сейчас я вас освобожу. Скажите им, что будете минут через десять. И добавьте, что эти "долбаные" скафандры годятся разве что в металлолом. - При этих словах мастер повернулся и стал копошиться в груде висевших у стены доспехов, добрая половина которых требовала починки.

Оружейник прошел в другой конец помещения и достал из ящика для инструментов громадный гаечный ключ, чуть ли не с метр длиной. Подтащив тяжеленную железяку к обездвиженному, закованному в броню принцу, мастер заглянул тому прямо в глаза.

- Сейчас, ваше высочество, - Поертена нервно оскалился. - Потерпите чуть-чуть.

Оружейник сделал многообещающий замах и, хрюкнув от натуги, словно кузнец молотом, со всего размаху жахнул ключом по левому верхнему бицепсу скафандра. Роджер внутренне сжался, ожидая неизбежного, но, к его удивлению, единственным результатом сокрушительного удара, вызвавшего не очень приятную вибрацию, явилось то, что соединение бронированной руки с плечом скафандра ослабло. Самой хромированной броне было хоть бы что; чего нельзя было сказать о Поертене: с трудом удержав падающий "молот", он долго потом тряс руками.

- Чертова вибрация.

С удовлетворением посмотрев на содеянное, оружейнике принялся подтаскивать ключ с другой стороны.

Под аккомпанемент такого же хрюканья и закладывающего уши лязга отсоединился правый бицепс.

- Мой кузен был прав. Он всегда мне говорил: "Раймон, пользуйся гаечным ключом", туды его в качель.

Отбросив "молот", Поертена встал на цыпочки, пытаясь добраться до образовавшейся дыры.

Просунув в брешь худую руку почти до самого плеча, мастер что-то там нащупал, отстегнул, и натяжение от шва, идущего вдоль спины, наконец ослабло. К несчастью, плечи скафандра при этом перекосились, зажав руку в щели.

- Мать твою... Принц, не могли бы вы, вот дьявол, сжать немного плечи?

Стоя в одной фуфайке посреди разбросанных на полу кусков скафандра, Роджер хихикал:

- Однако...

Дверь в оружейную комнату с визгом отворилась, и вошла женщина-сержант в хамелеоновском костюме. У женщины были длинные каштановые волосы, завязанные в пучок на затылке. Невозмутимое лицо и высокие, славянского типа скулы выдавали в ней решительную натуру. Костюм совершенно скрадывал формы тела; и только стремительная походка и ловкие движения вошедшей намекали на ее спортивную фигуру. Из приличия она даже не взглянула на полураздетого принца.

- Ваше высочество, капитан Панер просит вас пройти на капитанский мостик.

- Свяжитесь с капитаном и сообщите, что я скоро буду, - раздраженно ответил Роджер. - Вы же видите, осталось совсем чуть-чуть.

- Хорошо, ваше высочество,-учтиво сказала сержант и нажала на кнопочку своего передатчика. В это время принц стал облачаться в костюм, который терпеливо подбирал в течение последних часов. Вначале он решил было надеть военную форму, но потом сообразил, что в ней будет слишком неудобно, и остановился на цветном спортивном костюме из хлопка. Костюм, разумеется, не предназначался для военных баталий, но настраивал на романтический лад, вызывая гораздо более приятные эмоции, чем какая бы то ни было униформа. Одеваясь, Роджер присматривался к женщине. Заметив, что ее челюсти непрерывно движутся, принц решил, что она, по-видимому, вынимает остатки пищи из зубов, но затем сообразил, что та просто еле слышно с кем-то дискутирует, - ее головной микрофон был едва различим на фоне длинной смуглой шеи.

Смахнув мнимую пылинку с плеча, принц наконец-то был готов.

Сержант открыла люк и пропустила принца вперед: в проходе его уже ожидал эскорт из двух охранников. Когда дверь захлопнулась, женщина резко обернулась к оружейнику, колдовавшему над висевшими доспехами.

- Поертена, ты колотил принца этой штуковиной? - строго спросила она.

- И в мыслях не было, - нервно среагировал мастер. - Я больше такими вещами не занимаюсь.

- А почему гаечный ключ валяется на полу?

- Ах, это... Так я и использовал его как ключ, а не как молот.

- Поертена, ты позволил себе грубо обойтись с его высочеством. Панер тебе шею намылит.

- Чертов Панер, - взъярился Поертена. - Взгляните на все это, - оружейник повел рукой. - Вы видите, висит шесть комплектов. А когда я их, по-вашему, починю? Может, Панер мне поможет? Или, может быть, вы?..

- Если вам нужна помощь, надо было об этом сказать! - Голубые глаза сержанта сверкнули. Сцепив пальцы, она неодобрительно рассматривала жалкую фигуру мастера. - Мы только что закончили с погрузкой шлюпок. У меня там две команды сидят, не зная, чем себя занять. Так я их мигом сюда пришлю.

- Нет уж, увольте. Ваша артель неуклюжих клоунов мне не нужна, - с вызовом парировал Поертена. - Каждый раз, когда мне нужна помощь, вы присылаете мне каких-то болванов, которые только все портят, а не чинят.

- Ладно, - женщина уже начала выходить из себя. - Вот что я скажу. Сейчас я пришлю вам в помощь сержанта Джулиана.

- О не-е-ет, - завопил Поертена, уже кляня себя за нытье. - Только не Джулиана!

- Всем здравия желаю! - Войдя в оружейный отсек, Джулиан направился к стоящей ближе других девушке. Похлопав ее по плечу, он крепко пожал ей руку. - Молодец. Ловко научились, - сержант кивнул головой на плазменное ружье, которое девушка уже готовилась разобрать. - Вам помочь с этим плазменным, ну, как его там?..

Шестикилограммовое плазменное ружье относилось к классу линейного автоматического оружия. К нему прилагались аккумуляторные батареи, по два килограмма каждая, позволявшие производить от трех до двенадцати выстрелов. В штатный комплект стрелка входили двенадцать таких аккумуляторов. Поскольку в походном рюкзаке умещалось до тридцати батарей, их распределяли между моряками. Пожалуй, единственная вещь, вызывавшая раздражение пехотинцев, - это нехватка боеприпасов.

Умение собирать или разбирать оружие на составные части приходило не сразу. А чтобы делать это еще и быстро, тренировались месяцами. Хитроумная конструкция плазменного ружья включала бездну мелких деталей. В оружейной комнате было шумно - шло обучение новичков из первого взвода. Сержант любил наведываться в "оружейку": поболтать, покрасоваться, поучить юнцов уму-разуму.

- Не соглашайся, - пошутил капрал Андрас. Стоявшие рядом ребята заулыбались.

- Что? - Сержант прикинулся обиженным. - Считаешь меня ни на что не годным? Думаешь, справлюсь хуже этой первоклассницы?

Насина Боем попала в Бронзовый батальон не случайно, проучаствовав в так называемой Хьюзеновской операции около шести месяцев и хлебнув сполна прелестей военной жизни. Задетая за живое, Насина уже открыла было рот, чтобы отомстить за "первоклассницу", но вмешался командир.

- О, конечно справитесь... - пробормотал он.

- За семь секунд, - Джулиан не скрывал улыбки.

Насина вытаращила глаза.

- Не получится.

Ружье М-96 состояло более чем из сорока составных частей, и разобрать его за шесть секунд было, по мнению Андраса, совершенно нереально. Даже для прославленного Джулиана.

Джулиан извлек из нагрудного кармана монетку.

- Предлагаю пари: один к десяти, что я справлюсь за семь секунд.

- Невозможно! - вскрикнула Боем, совершенно позабыв об уязвленном самолюбии. Никому еще на ее глазах не удавалось разобрать ружье быстрее, чем за минуту, а уж за семь секунд...

- Деньги на бочку, - проговорил, ухмыльнувшись, Джулиан и бросил монету на стол.

- Я поставлю немного? - раздался голос какого-то гренадера. К столу протиснулся сержант Коберда, чтобы следить за банком. Против пары монет Джулиана уже образовались две денежные кучки, превышающие стоимость монет в пять и десять раз соответственно.

- Так, ну и кто ставит на Джулиана?

- Я, - обреченно произнес Андрас. - Он постоянно выигрывает у меня деньги.

- Можно начинать? - руки Джулиана зависли в готовности номер один.

- Ну, держись, сейчас начнется, - сказал один из стрелков, напяливая на голову шлемофон.

- Порядок, - добавил он, опустив пуленепробиваемую маску на лицо.

- Может, еще передумаете? - сержант Коберда весь сморщился и прикрыл голову руками. Окружившие стол стрелки предусмотрительно сделали то же самое.

- Что... - начала было Боем, но Коберда уже включил внутренний таймер своего личного чипа. - Раз, два, три!

Три десятых секунды ушло на то, чтобы отсоединить центральную защелку, дальше дело пошло гораздо живее. Словно завороженные, следили бойцы за мелькавшими руками: вот, чуть не попав девушке в голову, отлетел в сторону первый диск. Сразу же вслед за ним полетели во все стороны остальные части. Насина уже собралась крикнуть, чтобы Джулиан прекратил безобразие, но как раз в этот момент последний кусок того, что только что было ружьем, спланировал на пол.

- Готово! - Джулиан торжествующе поднял руки.

- Шесть минут, четыре целых и тридцать восемь сотых секунды, - печально известил Коберда.

- Благодарю, спасибо за участие, леди и джентльмены. - С этими словами Джулиан разделил банк на две равные части, одну из которых забрал себе, а другую подвинул Андрасу.

- Спасибо за доставленное удовольствие, - добавил он и с гордым видом прошествовал в соседний отсек.

Насина Боем озиралась вокруг в поисках разлетевшихся частей.

- И часто он так? - озабоченно поинтересовалась она.

- Всегда, когда мы даем ему этот шанс, - сказал Андрас. Подняв валявшийся диск, он бросил его девушке. - Но помяните мое слово - рано или поздно он проиграет.

- Сержанта Джулиана - в отсек снаряжения, - раздалось в коммутаторе.

- Бог мой, - ухмыльнулся Коберда. - Когда собираются вместе Диспреукс, Поертена и Джулиан - это нечто. Лучше я пойду на капитанский мостик!

Одернув полы своего спортивного костюма и смахнув с плеча несуществующую пылинку, принц отдал приказ караульным открыть люк. Отворив дверцу, телохранители вежливо пропустили Роджера вперед. Невозмутимо кивнув Панеру с Красницким, принц, скрестив руки за спиной и расставив ноги на ширину плеч, сосредоточенно уставился на мерцающий экран. Неожиданно от его хладнокровия не осталось и следа.

- Смотрите! Это же... - принц заметил на голограмме красную фигурку.

- Да, мы в курсе, ваше высочество. Еще один крейсер, - холодно заметил Панер.

- В настоящий момент не движется. По-видимому, ждет, пока мы приблизимся. - Красницкий вздохнул. - Старпом уже принял от него сигнал - они хотят, чтобы мы начали торможение и приступили к стыковке. Утверждают, что являются имперским крейсером, но что-то не похоже. Скорее всего, грузовое судно, да и у их капитана каравазанский акцент.

- Святоши. - Роджер ощутил сухость во рту.

- Да, ваше высочество. - Панер решил не комментировать, почему он так в этом уверен.

- Весьма вероятно. Но кто бы они ни были, лучше готовиться к худшему.

- Так, капитан, - принц взглянул на Красницкого. - Какие у нас шансы одолеть этот корабль?

Не желая обсуждать такой важный вопрос публично, Красницкий предложил Роджеру пройти в комнату для брифинга. Дождавшись, когда люк за принцем закроется, он продолжал:

- Шансов никаких, ваше высочество. Выиграть битву против двух крейсеров немыслимо. Мы не являемся полноценным боевым кораблем, мы всего лишь тяжелое бронированное транспортное судно. Не случись у нас эта авария, все, вероятно, было бы иначе. А так шансов нет.

- И что же нам делать? Полагаю, следует сдаться - так?

Панер тяжело вздохнул.

- Это не вариант, ваше высочество.

- Почему бы и нет? Я считаю... - принц взглянул на непреклонное лицо офицера. - Вы что же, предпочитаете умереть?

Панер, сжав зубы, собирался уже резко ответить, но Красницкий опередил его:

- Да, ваше высочество, именно так.

- Но почему? - Глаза принца округлились от удивления. - Конечно, сдаваться не хочется. Но ведь, насколько я понял, выбора нет. Мы не можем ни убежать, ни победить. Так что... почему бы и нет?

- Капитан отвечает за ваше высочество головой, вы же знаете, - бросил наконец Панер.

- Но... - начал было Роджер. Разволновавшись, он, как всегда, стал теребить свою шевелюру. - Почему нет? Какой смысл им вредить мне? Я бы еще понял, если бы вместо меня была моя мать, или Джон, или Алекс, наконец. Я не знаю никаких дворцовых тайн, да и вообще не стремлюсь к трону, - добавил он с горькой иронией. - Вот и отдайте им меня.

Убежденный взгляд принца говорил сам за себя.

- Капитан, я настаиваю на капитуляции. Точнее, я вам это приказываю. Конечно, гордость, чувство собственного достоинства - все это замечательно, но когда они граничат с глупостью... - Он вздохнул. - Я им сдамся, не теряя чувства собственного достоинства. Я дам им понять, кто такой Макклинток.

Напыщенная речь принца, к сожалению, совершенно не вязалась с тоном, каким он ее произносил: его голос постыдно дрожал.

- К счастью, ваше высочество, я непосредственно вам не подчиняюсь, - Красницкий криво улыбнулся. - Капитан Панер, если что, я готов изменить план. Если хотите, объясните это ему. - И, кивнув принцу, он вышел.

- Что? - Изумлению принца не было границ. - Эй! Я же приказал вам!

- Он вам ответил, ваше высочество, что не находится лично в вашем подчинении, - Панер покачал головой. - Вы, напротив, должны оценить его самопожертвование.

- Но ведь отказ от капитуляции выглядит просто глупо!

Панера аж передернуло.

- Вы отдаете отчет, что они могут с вами сделать? - угрюмо произнес Панер.

- Ну... - задумался Роджер. - Если они выяснят, кто я такой, - война неизбежна, в противном случае отпустят с богом. Я полагаю, можно как-то договориться.

- А что, если они не сразу это определят, а с течением времени?

- Хм-м-м-м...

- В ваш чип, конечно, им не влезть. Им не известны протоколы обмена. Но они могут напичкать вас наркотиками, - Панер приподнял бровь. - И что тогда?

- Тогда я начну беситься или лаять как собака, - развеселился Роджер. Наркотики давно уже находились под официальным запретом; как исключение разрешалось употреблять их в развлекательных клубах для поднятия настроения.

- Нет, ваше высочество. Утверждать я, конечно, ничего не буду. Но я почти уверен, что они постараются выколотить из вашего высочества все секреты.

- Но в том-то и дело, капитан, - ситуация принца явно забавляла, - что я не знаю абсолютно никаких секретов.

- Этого не может быть, ваше высочество. Вы наверняка осведомлены насчет военных планов в отношении Райден-Винтерхау.

- Капитан, - начал осторожно принц. - О чем вы говорите? По-моему, всем известно, что с Райден-Винтерхау у нас мирные отношения. Флот у них ничуть не уступает нашему, и даже говорить о том, что мы собираемся с ними воевать, по меньшей мере глупо.

- Ладно, - улыбнулся Панер, - а что вы скажете насчет тайных намерений Империи порабощать все биологические виды, какие только попадутся на пути, а также колонизировать все планеты с уникальными флорой и фауной, которые по физическим параметрам напоминают нашу Землю?

- Боже, капитан, о чем вы? Я никогда не слышал ничего подобного. Это скорее напоминает проповеди святош...

- Или о том, что ваша мать на завтрак ест недоношенных младенцев, или...

- Я понял наконец! Вы хотите сказать, что, если я попаду к ним в лапы, они заставят меня произносить весь тот бред, которым сами уже все уши прожужжали.

- Да, причем хотите вы этого или нет, - кивнул Панер. - При этом жизнь остальных членов императорской фамилии подвергается смертельной опасности. Если святошам удастся их всех уничтожить, они сделают вас наследником престола.

- Парламент отвергнет мою кандидатуру, - с кислой усмешкой заметил Роджер. - Черт, да парламент отвергнет меня даже в том случае, если я не сделаюсь глашатаем святош. Кто решится поверить Роджеру, которого держат под надзором?

- Два против одного, что будет именно так, ваше высочество, - мрачно сказал капитан.

- Вы думаете, святошам удастся повлиять на треть парламента?

Роджер впервые ощутил себя человеком, с которого сорвали розовые очки. Да, он всегда был окружен телохранителями, но наверняка никто из них не задумывался всерьез о том, что принц может вдруг стать объектом тайных замыслов врага. По простоте душевной Роджер считал, что караул нужен скорее для показухи, ну и еще, может быть, для того, чтобы отгонять... слишком назойливых женщин. Теперь же он четко уяснил причину, по которой дюжие молодцы сели тогда ему на грудь, ожидая только сигнала, чтобы эвакуировать его в случае недостатка кислорода.

- Зачем? - повторил он сам себе вопрос. - Почему людям так необходимо оберегать его, человека, который сам на себя в зеркало смотрит с отвращением? Кому это нужно?

- Затем, - продолжал Панер, не вполне уяснив последнее восклицание, - святошам необходимо убедиться в отсутствии у землян намерения распространять свою экспансию и завоевывать еще никем не запятнанные, девственные миры. Они поступают в согласии со своей религией... - он сделал паузу, не зная, как закончить мысль. - Я полагал, что вы в курсе, ваше высочество.

Все сказанное было достаточно хорошо известно. Церковь Рибака держала целый ряд своих филиалов в столице. Прилично финансировавшиеся святошами, эти организации частенько освещались средствами массовой информации, о них упоминали даже на занятиях по истории. Странное недопонимание принца тем более удивляло Панера, поскольку мадам О'Кейси, являвшаяся многие годы учителем и наставником Роджера, имела по историческим наукам докторскую степень.

- Да нет же, я совсем другое имел в виду, совсем другое...

Поймав бесстрастный взгляд, Роджер почувствовал, что не ко времени затеял этот разговор. Даже если до Панера и дойдет суть вопроса, то кроме туманных и расплывчатых намеков принц вряд ли что получит в ответ - так было уже не раз.

- Я имею в виду, что... Что же нам теперь предстоит?

- Мы собираемся провернуть одну авантюру, ваше высочество, - Панер кивнул головой в знак того, что вопрос принца наконец-то не лишен смысла. Он ощущал, что принц чего-то недоговаривает, но, зная, что в голову этого ветреника может втемяшиться все, что угодно, не тянул с ответом. Предстояла серьезная операция, требовавшая основательной подготовки.

- Во-первых, шаттлы надо загружать заново. Атаковать порт, когда вблизи маячит крейсер, несерьезно. Поэтому мы разработали другой план: после того как окажемся на суше, будем двигаться к порту пешком. Операция должна проходить скрытно, поэтому, чтобы не вызвать подозрений, приземляться будем на противоположной стороне планеты. Как известно, Мардук никогда серьезно Империю не интересовал. Планета почти не исследована, спутниковой связи там нет и в помине, значит, пока мы не приблизимся к порту вплотную, обнаружить нас будет невозможно. Ну а захватив порт, зафрахтуем корабль - и домой...

- Итак, я правильно понял? Высаживаемся на обратной стороне планеты, затем садимся в эти, ну, как их там, черт, слово забыл: в общем, в ракеты, которые летят очень близко к поверхности, так, что их невозможно засечь?

- Нет, ваше высочество? - угрюмо ответил Панер. - К сожалению, так не выйдет. Имейте в виду, что до планеты нам около пяти световых минут лету. На борту четырех штурмовых шаттлов разместится экипаж из трех взводов и нескольких ремонтников. Остальное пространство ракет будет отведено под топливо, необходимое для торможения. Если после приземления останется еще достаточно топлива, то нам повезет. Но это крайне маловероятно.

- И как же мы будем добираться до порта? - осторожно поинтересовался Роджер, опасаясь услышать очевидный ответ.

- Ножками, - улыбнулся капитан.

Глава 7

- Здесь говорится, что на планете Мардук средний уровень гравитации, слегка превышающий земную, и погода меняется мало, - сказал сержант Джулиан, заглянув в свой блокнот.

Послав Поертену за двумя дополнительными костюмами, он, выполняя приказ, руководил разгрузкой шаттлов. Восседая на серебристом крыле одной из штурмовых ракет, сержант наблюдал, как вытаскивают последние вещи. Крылья ракеты "Воздух-Земля" обладали строго выверенной геометрией, позволяя поддерживать весьма широкий диапазон скоростей: от минимальных, порядка сотни километров в час, до максимальных - сверхзвуковых. Вдобавок для маневрирования в пространстве имелся водородный корректирующий двигатель. Подобно некоторым наземным судам, бортовые орудия шаттлов, включая центральную четырехствольную пушку, были достаточно легкими, позволяя использовать высвобожденное пространство для экипажа и дополнительного оборудования.

- ... Со средней температурой тридцать три градуса и влажностью девяносто три процента, - продолжал Джулиан. На этом сведения сержанта о планете исчерпывались. Правда, у одного из капралов второго взвода имелся файл, представлявший собой Фодорское руководство по Балдарскому сектору, но и оно содержало весьма скудную информацию, усугублявшую и без того безрадостную ситуацию. - Бог мой, да там же страшная жара!

- Черт знает что такое, - выругался капрал Мосеев, выволакивая ящик с боеприпасами. - Еще три недели - и меня перевели бы в Стальной батальон!

- Уровень развития местной культуры невысокий, налажено производство примитивного стрелкового оружия. Политически мардуканцы... О, да тут рисунок есть!

У изображенного в полный рост двуногого мардуканца было четыре руки. Для сравнения рядом нарисовали фигуру человека. Своими размерами абориген напоминал медведя гризли: длинные, мощные, согнутые назад ноги оканчивались внушительными широкими ступнями. Верхние и нижние руки были примерно одинаковой длины, верхние плечи шире нижних, а нижние, в свою очередь, шире бедер. Кисти верхней пары рук завершались тремя красивыми длинными пальцами, причем большой палец торчал под углом к остальным двум. Трехпальцевые кисти нижних рук выглядели менее изящно: пухлый большой палец смотрел вбок, а два других имели разную форму. Лицо по сравнению с человеческим было более широким и плоским, с массивным носом и глубоко посаженными глазами. Голову венчали два длинных, загнутых назад рога, по всей видимости, служившие средством самозащиты: их внутренние дуги выглядели острыми как бритва. Резиноподобная кожа, покрытая зеленоватыми пятнами, блестела.

- Что это? - удивился Мосеев. - Почему она блестит?

- Кто же его знает, - Джулиан ткнул курсором в грудь туземца и увеличил экранное изображение, - Кожа мардуканца покрыта... чешуйками, предохраняющими его от случайных порезов и ядовитой плесени, встречающейся в их родных джунглях, - прочел он, - однако...

- Он покрыт слизью, - засмеялся Мосеев. - Слизистый!

- Пенистый! - В комнату стремительно вошла старший сержант Косутик. - А я-то думала, вы тут делом занимаетесь, Джулиан!

- Мы прорабатываем боевую задачу, старший сержант, - Джулиан вытянулся по стойке смирно. - Я информировал личный состав относительно повадок врага и условий его обитания!

- Кто враг - и так известно: либо мерзкие святоши, либо пираты, либо еще кто-нибудь, да мало ли кто в порту ошивается. - Косутик вплотную протиснулась к сержанту. - А всех этих пенистых, которые попадутся у нас на пути, мы прикончим. Сейчас же ваша основная задача - разгружать шлюпки, а не сидеть с умным видом без дела. Всем ясно?

- Ясно, старший сержант!

- За работу! У нас очень мало времени.

- Мосеев! - проворно крикнул Джулиан, обернувшись к экипажу. - Прикажите вашей команде разгружать эти боеприпасы. Гялски, а ваша группа пусть займется аккумуляторами...

- Аккумуляторы не трогать, - предупредила Косутик. - Напротив, придется добавить еще несколько штук. Хорошо хоть Влад распорядился не брать крупнокалиберные пушки.

- Старший сержант, - выбрал момент Джулиан. - Почему вы называете мардуканцев пенистыми? Откуда вы это услышали?

- Да мимо проходил кто-то и сказал, - Косутик потеребила мочку уха. - Неприятно звучит, правда?

- Неужто мы и вправду попремся пешком по этой чертовой планете? - с содроганием в голосе спросил Джулиан.

- Выбора нет, сержант, - проворчала Косутик. - Надо вам сказать, что с этой авантюрой вы влипли конкретно.

- Я понял, старший сержант, - Джулиан еще раз взглянул на "пенистого" - тот показался ему еще огромнее и безобразнее, но... выбора не было.

- Хорошо, итак, какие у нас варианты? - Панер оглядел собравшихся. - Прежде всего давайте окончательно уясним, в чем заключается наше задание.

На брифинге присутствовали лишь принц и его свита: Панер, О'Кейси и три лейтенанта. О'Кейси расстраивалась из-за явного недостатка информации по Мардуку.

Сам принц также неоднократно тормошил свой чип, но ничего нового там не обнаружил.

- Незаметно подобраться к порту и захватить его, - ответил лейтенант Савато, приглашая всех взглянуть на карту. Карта была мелкомасштабная и представляла собой вырезку из общего плана местности, исключая область, непосредственно прилегающую к порту. Схема, скопированная из Фодорского файла, практически не содержала никаких ценных деталей. - Приземляемся на северо-восточном побережье вот этого континента, пересекаем относительно небольшой океан, и затем марш-бросок по суше уже до самого порта.

- Раз плюнуть, - фыркнул лейтенант Гиляс. Он хотел было что-то добавить, но поднял руку Панер.

- Вы забываете одну важную деталь, лейтенант, - вкрадчиво произнес капитан, - обеспечение безопасности его высочества, принца Роджера.

Роджер открыл было рот, чтобы возмутиться, но О'Кейси толкнула его локтем. Принц уже привык к подобным одергиваниям и решил промолчать.

- Да, сэр, - обращаясь к Панеру, Савато кивнул Роджеру, - конечно, само собой разумеется.

- Итак, давайте прикинем, что нам может грозить, - Панер обернулся к лейтенанту Гилясу.

- Конал, вообще-то сейчас вам следовало бы сказать пару слов. Однако я тут поговорил с доктором О'Кейси - у нее свой взгляд на вещи. Итак, доктор?

- Благодарю, капитан, - официальным тоном начала О'Кейси. Ее пальцы застучали по клавиатуре, и на экране появилось изображение Мардука. - Я полагаю, сейчас все уже знают, насколько скуден запас сведений об этой планете и ее обитателях.

- Мардук классифицируется как планета третьего типа, - продолжала она, нажимая на клавиши. На сей раз монитор отобразил какую-то гигантских размеров тварь, стоявшую на шести толстых коротких лапах, с крупной головой и треугольной клыкастой мордой. Пририсованная сбоку от твари фигурка человека недвусмысленно давала понять, что монстр несколько превышает по размерам обычного носорога.

- По-видимому, Земля при схожем развитии технологии также могла бы попасть в разряд планет третьего типа. Но дело в том, что на Мардуке не только невыносимый климат. Вы, наверное, уже знаете, что там очень жарко и большая влажность. Помимо того что это само по себе неприятно и может неблагоприятно сказаться на работе нашей электроники, коренные мардуканцы крайне агрессивны, животные тоже не ангелы. Взять, к примеру, эту скотину с ласкающим ухо названием - чертова бестия. Удалось подстрелить несколько экземпляров данного вида. Климат на Мардуке настолько жаркий, что практически все представители животного мира холоднокровны. Короче говоря, свирепые хищники подстерегают на каждом шагу. Если земному млекопитающему со схожими параметрами требуется полмиллиона гектаров площади, то чертовой бестии этих гектаров нужно меньше сорока тысяч. - О'Кейси слабо улыбнулась и со вздохом добавила: - По поводу плотоядных хищников в бортовой базе данных отыскались сведения только о чертовой бестии.

- До парового двигателя мардуканцы еще не доросли, - продолжила она. - Разумеется, в техническом отношении различные области отличаются друг от друга. Известно, например, что туземцы изобрели порох, но, во-первых, это произошло далеко не везде, и уж во всяком случае ни о каком массовом производстве пороха, а тем более огнестрельного оружия не может быть и речи.

На экране монитора появились очертания каких-то примитивных орудий весьма необычного вида.

- Перед вами последние достижения мардуканцев в стрелковом оружии - аркебуза и бомбарда, - пояснила О'Кейси. - Подобные орудия когда-то очень давно применялись и на Земле, преимущественно в Европе. Правда, аркебузу достаточно быстро вытеснили кремниевые мушкеты, а затем винтовки. Бомбарду можно считать прабабушкой нашей гаубицы.

- Что касается социального устройства, то, если сравнивать с историей нашей цивилизации, обнаружится очень мало общего. Некую параллель, пожалуй, можно провести с ранним периодом развития Римской республики. Население, преимущественно состоящее из варваров, сосредоточено в отдельных городах-государствах и небольших империях, расположенных, как правило, в плодородных речных долинах. Хотя у некоторых, как я уже говорила, есть простейшие пороховые ружья, варвары привыкли полагаться в основном на копья и дротики. Сказать определеннее об устройстве их племен, к сожалению, невозможно.

- Почему невозможно? - удивился Гиляс.

- Ну, наверное, потому, что исследователей сожрали туземцы, - О'Кейси попыталась произнести это бесстрастным тоном, с трудом подавив улыбку. - А может, никто это никогда и не изучал. Так или иначе, в моей базе данных об этом ничего нет. Кстати, по поводу варваров: мало того что они друг другу готовы глотку перегрызть - я говорю о жителях какого-нибудь города, - но и сами княжества постоянно воюют друг с другом. Если и наступает где-то мир, то это скорее временное перемирие, затишье перед очередной стычкой. Достаточно искры - и война разгорается с новой силой. - О'Кейси мрачно улыбнулась и пожала плечами. - В основном у меня все. Детальный рапорт я представлю всем желающим после собрания.

- Благодарим вас, доктор, - грустно вымолвил Панер. - Прекрасное выступление. Не знаю, говорили ли вы, что с местной пищей дела обстоят не так уж плохо, и ее, в принципе, даже можно есть. Ее биохимический состав, конечно, весьма далек от земных стандартов, но надеюсь, что мы не отравимся. И все же кое-какие продукты придется тащить с собой: я имею в виду витамины С и Е и некоторые аминокислоты. Надеюсь, все понимают, что без этого никак?

- Да, мы уже думали об этом, - согласился лейтенант Савато. - Вообще, у нас возникло много серьезных вопросов, на которые хотелось бы получить внятные ответы. - Старпом покачал головой. - Мы обнаружили массу проблем.

- Понимаю, - Панер откинулся назад в кресле. - Спрашивайте.

- Прежде всего хотелось бы знать, сколько по времени займет наше путешествие?

- Достаточно долго. Я полагаю, несколько месяцев. - Возникла продолжительная пауза. Первоначальный блиц-план - обрушиться на порт и захватить корабль - отметался. Психологически все уже давно это осознали. И все же мысль о неизбежном марш-броске по неизведанной, враждебной планете заставляла замереть даже самые отчаянные сердца.

- Все ясно, - нарушил затянувшееся молчание лейтенант Яско.

- Это нереально, сэр, - слово взял командир первого взвода, ответственный за снабжение, довольно высокий, коренастый мужчина. - Продуктов хватит, дай бог, недели на две. А аккумуляторы вообще истощатся уже через неделю, - командир покачал своей львиноподобной головой. - Придется добывать пищу на суше. Но если придется воевать, то с провизией наверняка будут проблемы. Техника, как я уже сказал, без питания недолго протянет. В общем, принимая в расчет невозможность иного решения и не боясь показаться паникером, я считаю, сэр, что задание выполнить невозможно.

- Понятно, - Панер кивнул. - Ваша точка зрения ясна. Есть еще какие-нибудь предложения?

- Можно снять с корабля резервные источники питания, - заметил Гиляс.

- Шаттлы нельзя слишком перегружать, - Яско покачал головой.

- Можно устроить тайники! - воскликнул Гиляс. - Мы посылаем вперед команду, которая подготавливает тайник. Часть команды остается его охранять, остальные возвращаются за новой порцией припасов.

- Так мы подвергаемся слишком большому риску, - возразил Савато.

- К тому же придется сделать не менее шести ходок - это несерьезно! - отрезал Яско.

- Можно взять бронированные костюмы, - робко предложил Роджер, поглядев на собравшихся. Яско от изумления поморгал глазами и, откинувшись в кресле, скрестил руки. Гиляс и Савато не решались встретиться с принцем взглядом. - Это бы сэкономило энергию...

- Гм, - начал Яско. - Ваше высочество, при всем уважении...

- Не забывайте, - раздраженно оборвал его Роджер, - что у меня есть воинское звание, так что обращайтесь по форме.

Яско бросил быстрый взгляд на Панера, но, увидев неизменно бесстрастное лицо капитана, неожиданно вспомнил один академический тест, учивший, как надо себя вести, если сразу не знаешь, что ответить.

- Так точно, полковник. Но я уже как-то говорил, что каждый такой костюм весит четыреста килограммов, - Яско сопроводил ответ не очень приветливым смешком.

- О-о, - разочарованно воскликнул Роджер, - я... о-а...

- На самом деле, - спокойно заметил Панер, - именно эта мысль только что пришла мне на ум, - поглядев на ошеломленных лейтенантов, он мягко улыбнулся. - Леди и джентльмены! Я полагаю, что учеба в академии и тренировки не прошли для вас даром. "Бей их крепко, бей их точно. Мяч отняв, держись с ним прочно", так?

Лейтенанты улыбнулись, услышав слова застольной песенки, хорошо известной в академии. Хотя большинство из присутствовавших поступили на службу не так давно, включая и самого Панера (который, правда, умудрился сделать такую быструю карьеру), эта песня была весьма популярна в офицерских кругах.

- Так я надеюсь, что мы побьем этих "пенистых" крепко и точно, если они попадутся нам на пути. Но, поскольку выяснилось, что с источниками энергии у нас слабовато, поступим хитрее: будем драться лишь в самом крайнем случае и попытаемся идти на компромисс, где это только возможно.

- Каждому взводу по очереди, - продолжал он, - вменяется в обязанность в течение дня таскать бронированную амуницию. С нами пойдет второе отделение третьего взвода - на сегодняшний день там больше всего опытных ветеранов. - Панер взглянул на Роджера, очевидно взвешивая "за" и "против", и кивнул. - А также группа телохранителей принца, для сопровождения и обеспечения его безопасности.

- Не следует забывать, что поход - только половина проблемы. Главная цель - ворваться в порт и захватить корабль. Для выполнения этой задачи мы будем нуждаться в защитной амуниции даже больше, чем во время марша по суше. Поначалу, пока не освоимся на планете, доспехи придется одевать попеременно. В дальнейшем, накопив определенный опыт, мы, возможно, откажемся от брони и для экономии энергии оденемся в обычную униформу.

- На первых порах ружья нам будут необходимы, в том числе и плазменные. Не стоит забывать, что мардуканцы также могут быть вооружены. Но я думаю, что после нескольких стычек с ними мы заполучим их оружие, опробуем его сами, потренируемся.

Панер снова посмотрел на лейтенантов. У Яско был такой вид, будто у него крыша поехала. Остальные двое явно старались придать своим лицам осмысленное выражение. Лишь Роджер - надо отдать ему должное - не скрывал своего смятения. Панер отметил про себя, что размышления пойдут лейтенанту лишь на пользу; опустившись с неба на землю, они более трезво оценят ситуацию. Что же касается принца... Капитан заметил, что на смену недавнему раздражению пришло состояние полной растерянности - это явилось для Панера еще одним сюрпризом.

Панер привык уважать начальство или, как принято говорить, старших по званию. Но сейчас капитан вдруг осознал, что в лице Роджера он видит лишь страшно сконфуженного зеленого лейтенанта. А поскольку "железный капитан" солидную часть своей жизни потратил на обучение таких вот еще не оперившихся юнцов, Панер неожиданно почувствовал, что принц из небольшой помехи становится серьезным препятствием. Капитан впервые видел лейтенанта, для которого вероятность стать приличным офицером почти равнялась нулю. И именно упрямство принца грозило стать непреодолимой преградой.

- Потренируемся с оружием "пенистых", сэр? - Яско обвел взглядом остальных офицеров. - Что мы будем с ним делать?

- Мы будем применять его наряду с нашим оружием, отражать налеты мардуканцев и их враждебной фауны. Когда же запас энергии окажется исчерпанным, атаковать порт придется, я думаю, с использованием исключительно их оружия.

- Вы не шутите, сэр? - недоверчиво вставил Савато. - Вы уверены? Но ведь это оружие... оно... не очень хорошее.

- Разумеется, лейтенант, плохое. Но нам необходимо научиться им пользоваться. Защитные свойства наших хамелеоновских костюмов имеют свой предел, вы это прекрасно знаете. Против огня их аркебуз мы будем прекрасно защищены. Что же касается копий, дротиков, мечей и тому подобного - вот тут и придется проявить навыки. Так, ладно, - продолжал капитан. - Помимо вопросов, касающихся оружия и амуниции, какие еще есть проблемы?

- Связь, - сказал Гиляс. - Если мы собираемся вести переговоры, заключать какие-либо сделки, нам необходимы средства связи. Ядром мардуканского языка мы владеем, но это лишь один из диалектов. В разных районах могут быть разные диалекты, и наши чипы не смогут перевести ни слова.

- Я могу поработать над этим, - сказала О'Кейси. - У меня есть прекрасная эвристическая языковая программа, которую я использовала при антропологических раскопках. При встрече с первыми несколькими группами туземцев у меня будут, естественно, определенные трудности, но программа поможет вычленить языковый базис так, что даже на первый взгляд серьезные модификации диалектов не изменят сути. Я смогу создать базисные подпрограммы для всех чипов.

- Ладно, с этим разобрались, - улыбнулся Панер. - Но имейте в виду, что вероятность ошибок желательно свести к нулю.

- Да, это может стать большой проблемой, - согласилась она. - Мне необходим мощный имплант. Вообще-то у меня есть один, специально разработанный для подобных задач, но нужен продвинутый процессор и достаточный объем памяти, иначе программа будет работать как черепаха.

- Я готов предоставить свой чип, - спокойно произнес принц, - он неплох. - Все непроизвольно улыбнулись, кто-то захихикал. Сказать "неплох" - значило ничего не сказать. О возможностях имплантатов императорской фамилии ходили легенды.

- Замечательно, - сказал Панер. - Еще что?

- Продовольствие, - вспомнил Яско. - Продуктов для путешествия недостаточно. Мы не в состоянии одновременно добывать пищу, переносить амуницию и оберегать принца. - В почтительном тоне его голоса явно звучали тревожные нотки.

- Справедливо, - холодно признал Панер. - И как же мы поступим?

- Будем торговать, - нашлась О'Кейси. - Я думаю, нам есть чем удивить мардуканцев. И это не обязательно должно быть из металла. В древности, например, североафриканские негры продавали обычную соль. Так что в первом же попавшемся городке мы этим и займемся.

- Точно, - Панер уверенно кивнул. - И что же, к примеру, мы им предложим?

- Зажигалки, - выпалил Яско. - На прошлой неделе на складе я видел их целый ящик. - Он стал сверяться с блокнотом. - Вот список - я могу переслать всем, кто хочет.

Положив блокнот на стол, он приступил к передаче данных. Роджер по обыкновению замешкался и, когда О'Кейси и лейтенанты, приняв информацию, уже изучали ее, он только настраивал свой компьютер.

- Лейтенант, - высокомерно проговорил принц, - вас не затруднит повторить?

Яско удивленно встрепенулся:

- О, извините, ваше высочество, - и переслал список принцу.

- Благодарю, лейтенант. И снова напоминаю: мое звание - полковник.

- Да, конечно... полковник, извините.

- Так, ну и что у нас там? - поинтересовался Панер, никак не отреагировав на эту сценку.

Роджер переслал полученные данные в память своего чипа и убрал блокнот. В принципе, загрузить информацию в имплант можно было и напрямую, непосредственно с лейтенантского ноутбука, но чип содержал такое количество протоколов безопасности, что второй вариант оказывался проще и быстрее.

- Если покопаться - здесь много чего можно отыскать, - О'Кейси внимательно просматривала список. - Одеяла, маскировочную ткань, емкости для воды...

- Не забудьте, что шаттлы не резиновые и по массе тоже есть ограничения, - заметил Панер.

- Приземление произойдет довольно далеко отсюда. Кроме того, чтобы нас не заметили, мы вынуждены двигаться с небольшой скоростью по длинной-длинной спирали. Следовательно, нам потребуются дополнительные резервуары с водородом, а они довольно массивные. Все это тоже надо учесть.

- Хорошо, - продолжала О'Кейси. - Униформу не берем. Есть рюкзаки. Целых пять штук лишних. По-моему, уже неплохо. Так. Вот тут... мультиинструменты. Это что такое?

- Насколько я помню, это наборы различных инструментов из пластика, - ответил Савато. - В стандартный набор входят: лопата, топор, кирка и универсальный нож.

- Так, у нас их пятнадцать штук, - Яско пролистывал список. - И у каждого пехотинца еще как минимум по одному лишнему.

- Точно, причем у этих лишних есть... дополнительные установки, - хихикнул Гиляс.

- А, типа как у сержанта Джулиана, - улыбнулся Савато, - вместо звонка исполняется какая-то песенка под лютню.

- Я почему-то сразу вспомнил Поертенову присказку "pig pocking pag" , - фыркнул Гиляс.

- Я бы попросила... - О'Кейси обернулась к лейтенантам и прищурилась.

- Действительно, у оружейников есть специальный станок, где они выставляют любую конфигурацию, - сказал Панер и добавил извиняющимся голосом: - До Поертены оружейником был Джулиан - оба известные шутники.

- О-о, - наставница принца соображала несколько секунд, пытаясь перевести "pig pocking pag", затем рассмеялась: - Да, пожалуй, в данном случае точнее не скажешь.

Глава 8

- Привет, Джулиан, старый хрыч! - заорал Поертена. - Греби сюда!

- Бог мой, Поертена! - Джулиан попытался приподнять пластмассовый мешок. - Что ты там... блин, я хотел сказать: что за дрянь ты туда засунул?

- На каждую чертову дрянь найдется свой тюк, - ответил оружейник. - Ты же знаешь!

- Да что там, в конце концов? - Джулиан пытался заглянуть внутрь мешка - тот был чертовски тяжел.

- Подставляй свои чертовы руки - потащишь мою железяку.

- Постой, уж коль я тебе помогаю - я должен знать, что понесу... Поертена, мать твою! - Джулиан наконец-то разглядел содержимое. - Это же твой чертов гаечный ключ!

- Эй! - вскрикнул маленький пинопанец, даже подпрыгнув от негодования. - У тебя свои чертовы методы, а у меня свои! Ты вечно не можешь освободить человека, если с электричеством какие-то нелады. Не так, что ли? А эта штуковина действует наверняка. Долбанешь ей - и доспехи легко снимаются. А главное, ничего не повредишь. В общем, старый опытный служака точно знает, что кувалда - лучшее средство против любого чертова замка!

- Так вот как ты ремонтируешь на самом деле! - Джулиан в изумлении взмахнул руками.

- Эй! - на пороге отсека появилась Косутик и стремительно зашагала в сторону не в меру разошедшихся мужчин. - Я что, пасти вас обоих должна? - спросила она, глядя на Джулиана.

- Нет, старший сержант. Все под контролем. - Джулиан, конечно, понял, что она все слышала. Косутик, словно злой джин из бутылки, всегда умудрялась появляться в самый неподходящий момент.

- Так зарубите на носу: нам предстоит вынести тяжелое, серьезное испытание. Вам понятно? А вы здесь черт знает чем занимаетесь.

- Так точно, старший сержант!

- Поертена, - набросилась Косутик на пинопанца. - Первое, что вы должны были усвоить, - никогда не чертыхаться на людях. Иначе я вам шею намылю. Вам ясно?

- Да, старший сержант, - Поертена готов был провалиться сквозь землю.

- Второе. Вместо слова "черт" придумайте что-нибудь получше. Если я еще хоть раз услышу это от вас, то запихну вам в рот вашу нашивку и заставлю ее съесть. Вы служите при его высочестве, а не в каком-нибудь ковбойском борделе, откуда вы, возможно, пришли сюда. Так что прошу непристойных слов не употреблять. В особенности не произносить их, когда снаряжаете этого чертового принца. Я, черт возьми, ясно выражаюсь? - закончила она, постучав твердым, как гвоздь, указательным пальцем по груди капрала.

Поертена в испуге заморгал глазами.

- Ясно, старший сержант, - промямлил он, силясь представить себе, как он сможет обойтись без сальностей.

- Так, теперь... что в этом мешке? - прорычала Косутик.

- Мой черт... мои инструменты, старший сержант, - Поертена аж вспотел. - Без моих черт... без моих инструментов ничего не починишь!

- Сержант Джулиан! - Косутик обернулась к сержанту. Тот резко вытянулся, никак не ожидая, что нахлобучкой Поертене дело отнюдь не закончилось.

- Да, старший сержант?

- О чем тут у вас был сыр-бор? Или мне послышалось?

- Дело в том, что у нас есть ограничение на общий вес, старший сержант, - пролаял Джулиан. - Я как раз протестовал, не желая брать кое-какие инструменты капрала Поертены, поскольку не вижу в них необходимости.

- Поертена?

- Ему не понравился мой черт... мой гаечный ключ, старший сержант, - угрюмо отвечал капрал. Он чувствовал, что теперь ему ключа не видать как своих ушей.

Старший сержант кивнула и заглянула в мешок, затем снова обернулась к оружейнику и пристально посмотрела на него.

- Поертена.

- Да, старший сержант?

- Я полагаю, вам хорошо известно, что нам предстоит путешествие через всю планету, не так ли? - Косутик старалась говорить спокойно.

- Да, старший сержант. - Поертена стоял мрачнее тучи.

Косутик теребила мочку уха.

- Ввиду вашего привилегированного положения вас освобождают от переноски тяжестей. - Косутик огляделась вокруг. - Но я не позволю людям таскать ненужные вещи, - прорычала она.

- Но старший сержант...

- Разве я разрешала вам говорить? - рявкнула Косутик.

- Нет, старший сержант.

- Как я уже сказала, я не дам кому бы то ни было брать с собой предметы, в которых нет нужды, - продолжала она, окидывая пинопанца холодным взглядом. - Я, разумеется, не буду вам напоминать о том, что вы обязаны выполнять свою обычную работу, - это само собой. Я лишь хочу заметить, что никто из экипажа не собирается таскать лично ваши вещи. Я доступно изъясняюсь? - закончила она и снова ткнула пальцем в грудь капрала.

Поертена сглотнул и утвердительно кивнул головой.

- Так точно, старший сержант.

- Привыкли, что кто-то должен переть ваши вещи, вот и стали таким хилым и слабым. Запомните еще раз, - снова тычок в грудь, - если вам потребуется молот или гаечный ключ, или я уж там не знаю что, тащите это сами! Все понятно?

- Так точно, старший сержант, - от волнения Поертена говорил еле слышно. Стоявший за спиной Косутик Джулиан еле сдерживал смех. Удостоив бедного оружейника последним уничтожающим взглядом, Косутик резко, как кобра, обернулась к командиру отделения.

- Сержант Джулиан, - произнесла она ровным голосом, - у меня к вам разговор на пару минут. Выйдем в коридор.

Застыв от неожиданности с идиотской улыбкой на губах, Джулиан бросил прощальный горящий взгляд на пинопанца и последовал вслед за Косутик. Поертена же погрузился в мучительные раздумья: перед ним стояла нетривиальная задача: как затолкать инструменты в емкость, которая в двадцать раз меньше их по объему.

- Мы не можем взять это с собой - класть уже некуда, - лейтенант Яско старался говорить медленно, чтобы у Гиляса не оставалось сомнений. - Смотри сам. - На экране ноутбука мигала желтая надпись: "Обнаружен... перегруз".

В ответ Гиляс одарил Яско хитрой улыбкой и выжидательно посмотрел ему в глаза. Затем, видно решив, что этого недостаточно, он дружески похлопал командира взвода по плечу.

- Азиз! Ты же свой парень. Но время от времени ты ведешь себя как настоящее г... - Лица стоящих поодаль лейтенантов стали пунцовыми. - Ты в курсе, что нам надо торговать, - продолжал он. - Значит, нужны товары: амуниция, аккумуляторы и так далее. Если чего-то не хватит, мы просто все сдохнем!

- Послушай, вы и так раздели корабль дочиста. Вымели все, до последней таблетки! - резко оборвал его Яско, стряхивая руку товарища с плеча. - Нам не нужны твои дополнительные триста килограммов.

- Правильно, - согласился Гиляс, - нам нужно гораздо меньше - всего лишь двести тридцать килограммов ровно на шесть месяцев, если, разумеется, не произойдет чего-нибудь из ряда вон выходящего и если поход действительно продлится полгода. При благоприятных обстоятельствах мы, безусловно, не истратим всех запасов. Ну а представь, что часть продуктов испортится или обрастет какой-нибудь плесенью или грибком, - что тогда? Если у нас не окажется запасов, мы погибнем. По-моему, это просто как дважды два.

- У нас перегруз! Ты что, не видишь? - заорал Яско. - По-моему, это еще проще!

- Вам помочь, джентльмены? - Старший сержант Косутик явилась, как всегда, словно из-под земли. - Я потому спросила, что, вижу, остальным тоже крайне интересно.

Гиляс поглядел вокруг и обнаружил, что работа почти встала и моряки с любопытством наблюдают за их перепалкой. Он повернулся к Косутик.

- Да нет, по-моему, у нас никаких проблем. - Он взглянул на Яско. - Правда же, Азиз?

- Нет, неправда, - упрямо произнес молодой лейтенант. - Мы не в состоянии погрузить триста килограммов запасных вещей.

- И это все, что мы можем себе позволить? Но ведь этого явно недостаточно! Минуточку... - Косутик включила головной микрофон и настроила свой имплант таким образом, чтобы лейтенанты оказались в зоне приема. - Капитан Панер?

- Да? - послышалось рычание.

- Приоритет. Что важнее: дополнительные запасы или товары на продажу?

- Запасы, - последовал моментальный ответ. - Пока есть запасы, мы можем двигаться, вещи же для продажи нас не выручат, если иссякнут запасы. Приоритеты следующие: горючее, запчасти, продукты, костюмы для третьего взвода, аккумуляторы, амуниция, предметы на продажу. Каждый член экипажа имеет право на дополнительные десять килограммов личных вещей. Сколько весят запасы?

- Килограммов триста примерно, - ответила Косутик.

- Кошмар. Я рассчитывал на большее. Придется уменьшить суточный рацион членов команды. С момента посадки на шаттлы перейдем на урезанную дневную норму.

- Понятно, - Косутик многозначительно поглядела на лейтенантов. - Вам что-нибудь еще не ясно, господа?

- Все ясно, старший сержант, - ответил Яско. - И все же я не представляю, как это возможно.

- Сэр, можно сделать одно замечание? - спросила Косутик.

- Конечно, старший сержант, - стушевался Яско. Окончив академию, он уже успел покомандовать взводом, прослужив в общей сложности около четырех лет. Косутик же пришла на флот еще задолго до того, как Яско появился на свет. Так что Яско хоть и был упрям, но отнюдь не глуп.

- В ситуации типа нашей, сэр, всегда есть смысл предполагать наихудшее развитие событий и сообразно планировать свои действия. Я бы вам решительно не советовала грузить весь неприкосновенный запас на какую-нибудь одну лодку. То же относится к амуниции и к источникам энергии. Нужно все равномерно распределить по шаттлам.

Косутик кивнула и легкой походкой направилась к выходу. Яско застыл в нерешительности, покачивая головой и глядя на экран своего ноутбука.

- Как думаешь, видела она схему загрузки? - спросил он Гиляса.

- Вряд ли. А в чем дело?

- Да в том, что все продукты, всю амуницию и все блоки питания я разместил на четвертом шаттле, - рассерженно прошипел Яско, с шумом захлопнув ноутбук. - Вначале предполагалось, что в этом шаттле полетит взвод, обслуживающий орудия крупного калибра, потом передумали, и шаттл оказался пустой. Вот я, не долго думая, и... Какая идиотская ошибка! Черт побери! К дьяволу все! Придется все перелопачивать.

***

- Вот почему, ваше высочество, - Панер сделал жест в сторону экрана ноутбука, - вот почему я счел неразумным взять с собой три коробки ваших персональных вещей.

В кают-компании, кроме них, никого не осталось, правда вот-вот должна была подойти О'Кейси.

- И что же я, по-вашему, буду носить? - ошеломленно спросил принц. - Вы думаете, что я изо дня в день буду носить это... - он подергал за рукав своей хамелеоновской униформы. - Вы это серьезно?

- Ваше высочество, - мягко, словно ребенку, стал объяснять Панер. - Каждый член экипажа должен иметь при себе шесть пар носков, дополнительную униформу, персональный гигиенический пакет, пять килограммов протеинов и витаминов, суточные пайки, набор боеприпасов, блоки питания для личного оружия, а также дополнительную амуницию для оружия подразделения, рюкзак с емкостью на шесть литров воды и до десяти килограммов индивидуальных вещей. Общий вес должен составлять примерно пятьдесят-шестьдесят килограммов. К тому же предполагается, что экипаж по очереди будет перетаскивать бронированную одежду, товары для продажи, общую амуницию и силовые модули.

Панер выжидательно посмотрел принцу в глаза.

- Конечно, если вы прикажете людям кроме прочего нести ваши пижамы, утренние платья, вечерние туалеты, парадную униформу, они понесут. Но я нахожу это неразумным.

Принц ошарашенно посмотрел на Панера.

- Но кто же тогда понесет все это для меня?

- Ваше высочество, я уже отдал распоряжения относительно доктора О'Кейси и лакея Мацуги - пехотинцы понесут их скарб. Но из вашего вопроса следует, что аналогичные распоряжения я должен сделать относительно лично ваших вещей?

- Разумеется, должны, - как всегда не удосужившись даже задуматься, выпалил Роджер.

Заметив, как помрачнело лицо Панера, принц на мгновение струсил, но лишь на мгновение - тут же возобладало его обычное высокомерие, и он продолжал уже вполне уверенно:

- Я - принц, капитан. Не думаете же вы, что я потащу собственные чемоданы?

Панер положил ладони на стол и глубоко вздохнул.

- Очень хорошо, ваше высочество. Мне необходимо распорядиться. Я покидаю вас.

Показалось, что принц намеревался что-то ответить, но внутренняя борьба продолжалась недолго: лицо его скривилось, и он с отвращением махнул рукой. Выждав пару секунд, Панер встал, резко поклонился и быстро зашагал, огибая стол, к входу, оставив принца "праздновать победу".

Глава 9

Капитан Красницкий, облаченный в кожаный костюм, сидел в своем командирском кресле и разминал затекшие плечи.

Капитан не спал уже тридцать шесть часов. Непрекращавшаяся какофония звуков изрядно утомила его, но забраться в этот вонючий костюм вынудили две вещи: наркон и стимуляторы. Наркон поддерживал его в состоянии бодрости, не давая уснуть. Стимуляторы помогали мыслить яснее, но лишь наркон предохранял от сна.

Но сейчас даже эти сильнодействующие средства помогали мало, и голова туманилась, словно зажатая в тиски.

- Ждите до тех пор, пока они не откроют огонь, командир, - повторил он, как ему показалось, уже в тысячный раз. - Надо подпустить корабль как можно ближе.

- Да, сэр, - ответил Талкот.

Измотанному капитану монотонный голос на том конце показался излишне раздраженным. "Нервы", - успокоил себя Красницкий и криво улыбнулся. Однако лихорадочно работавший мозг вернул ход мыслей в прежнее русло.

"Деглопер" относился к штурмовым кораблям. На звание настоящего боевого военного корабля он никогда и не претендовал, представляя собой гигантский межгалактический транспортер, как минимум в сто раз превосходящий по размерам штатный военизированный крейсер. Недостаток маневренности и некоторая неуклюжесть восполнялись хромированной бронированной обшивкой. Сочетание колоссальной массы и мощнейшей брони приводило к тому, что повреждения "Деглопера" при огневой атаке вражеского крейсера были болезненными, но не смертельными; удары же аналогичной силы по врагу разнесли бы того в куски. Красницкий, правда, отдавал себе отчет, что в результате диверсии "Деглопер" сильно потерял в скорости, повреждены датчики, нарушена взаимосвязь некоторых центральных узлов... "Деглопер" напоминал слепого подвыпившего боксера-тяжеловеса, сцепившегося с шустрым, вполне зрячим, но имевшим гораздо более легкую весовую категорию противником. Тяжеловес все еще сохранял равновесие, но вряд ли вынес бы более одного апперкота.

План заключался в том, чтобы убедить вражеский крейсер, что по направлению к нему движется обычный грузовой корабль, попавший в переделку и потому стремящийся укрыться в тихой гавани, и чем быстрее, тем лучше. В конце концов "Деглопер" приступил к торможению. Крейсер не замедлил ответить тем же и снизил скорость до минимума. Проскочить вблизи крейсера со скоростью в три сотых от скорости света - такую цель преследовал Красницкий, точно рассчитавший, что при таком обоюдном соотношении скоростей вести огонь будет удобнее - каждый выстрел наверняка попадет в цель.

- Мы вошли в зону действия радара, капитан, - отрапортовал Талкот некоторое время спустя. - Просканировать их оболочку?

- Не надо. Будем изображать из себя торговое судно как можно дольше. Будем щупать их не раньше, чем они это сделают. Подойдем к ним на расстояние чувствительности наших антирадаров. Как только они начнут нас прощупывать - запускайте шаттлы.

- Есть, сэр, - ответил Талкот.

Принц Роджер напряженно всматривался в крохотный экран дисплея, пытаясь хоть что-нибудь там разобрать. Изображение на плоском экране мерцало и было сильно искажено.

- Ах, оставьте вы это, ваше высочество, - посоветовал Панер. Поведение принца его явно забавляло. - Мне раньше часто доводилось наблюдать на мониторе звездные баталии, но тогда аппаратура была исправна. А сейчас вы только зрение портите.

Шаттл нагрузили по самое некуда. Багажный отсек был забит до отказа, люди сидели как селедки в бочке: ноздря к ноздре - в четыре ряда. По одну сторону от центра пехотинцы располагались спина к спине, по другую - лицом друг к другу. Каждый член экипажа сидел в отдельной пластиковой кабинке, по форме напоминавшей кокон. Перегородки коконов были настолько тонки, что обитатели соседних рядов практически касались друг друга плечами. Личное оружие и рюкзаки приходилось держать на коленях. В верхней части кокона крепился шлемофон. Вытянуть ноги, не задев соседа, было практически невозможно. Привстать или просто повернуться составляло целую проблему. Был, правда, один плюс для владельцев хамелеоновских костюмов: им совершенно не нужно было беспокоиться о том, где и как можно умыться. Поскольку костюмы предполагалось носить в суровых походных условиях не день и не два, а, быть может, недели, а то и месяцы, не снимая, хитроумная конструкция костюма предусматривала все мыслимые удобства в нем самом.

Оставшееся свободное пространство грузового отсека было сплошь заставлено массивными цилиндрическими баллонами с водородом. Почти до потолка возвышались пирамиды из ярко-красных стальных баков. Закреплялись они с предельной тщательностью и надежностью: челнок мог разбиться, что-то могло взорваться, но цилиндры должны были уцелеть. Это было крайне важно. В отсутствие водорода реанимировать систему после аварии - нереальная задача.

Хоть принцу и не "посчастливилось" вкусить все прелести грузового отсека, крошечная каюта, в которой он соседствовал с Панером, была немногим лучше: не встать толком, не развернуться. Расположенная впереди грузового отсека каюта примыкала к правому борту шаттла. Выбор на нее пал не случайно: это была наиболее укрепленная часть корабля.

Перед каждым была установлена небольшая приборная доска. Немного впереди, почти рядом с их головами, свисали привязанные к дугообразной переборке вещевые мешки.

Роджер осторожно попробовал освободить из-под приборной доски колено и с тоской поглядел в спину Панеру.

- Ну, - вспылил принц, - и что нам теперь делать?

- Ждать, ваше высочество, - спокойно ответил Панер. Казалось, недавнее раздражение, вызванное отказом принца нести свои вещи, улеглось. - Ждать, как известно, труднее всего.

- Правда? - Принц, разумеется, и в страшном сне не мог себе представить, что когда-нибудь очутится в таком положении. В последнее время он много занимался спортом, ему нравилось ощущение соперничества. Почему он избрал именно спорт, он не знал - ничего другого ему просто не предлагали. Теперь же он оказался лицом к лицу с самым серьезнейшим испытанием - сама судьба бросала ему вызов... И любая ошибка не просто приводила к поражению на спортивной площадке, но могла стать последней в его жизни.

- Да, для некоторых самое трудное - ждать, - продолжал Панер, - а для других наихудшее - это последствия... подсчет убытков. - Он повернул кресло, чтобы взглянуть на принца. - На карту сейчас поставлено очень много, - Панер старался говорить ровным голосом. - Иногда так бывает. В любой войне всегда два противника, и каждый рвется к победе.

- Я старался никогда не проигрывать, - спокойно сказал Роджер. - С детства не люблю этого.

Качество динамика было отменным, но звук, словно эхо, еще вибрировал в маленькой каюте.

- Я тоже, ваше высочество, - признался Панер, - никогда этого не любил. В Империи не бывало проигравших. Да и во флоте их чертовски мало.

- Нас сканируют, сэр. - Голос Талкота был предельно собран. - Датчики подтверждают, что это локатор святош. 46-я модель. - Талкот оторвал взгляд от приборной Доски. - Типичный крейсер класса "Мюир".

- Вас понял, - сказал Красницкий. - Свою ошибку они обнаружат моментально. Будьте начеку. Открывайте огонь, как только запеленгуете их.

Младший лейтенант Сегедин завис над пультом, словно бегун перед стартом.

- Огонь! - проревело в наушниках, и рука мгновенно нажала на "пуск".

Крейсер святош впечатлял своей длиной, впрочем как и все корабли подобного класса. Но в сравнении с "Деглопером" он напоминал лилипута рядом с Гулливером. Для звездных кораблей-гигантов, к которым относился "Деглопер", мощь двигателей определялась исключительно габаритами и совершенно не зависела от массы корабля, поэтому корпус в две сотни метров и более был обычным явлением. Вес хромированной брони великана составлял порой до тридцати процентов от общей массы. Внушительный объем корпуса позволял брать на борт огромное количество боевых ракет и прочего оборудования. Помимо очевидных плюсов такой конструкции существовали и минусы: звездные гиганты развивали относительно небольшую скорость и уступали в маневренности.

По мере ввода в строй кораблей-исполинов широкое распространение получила довольно оригинальная практика. К гигантскому кораблю, подобно мелким рыбам-паразитам, прилеплялись разнообразные сателлиты. Это могли быть относительно небольшие крейсеры или истребители. Они постоянно сопровождали в полете свою "матку", выполняя роль своеобразных телохранителей. При обнаружении врага звездный гигант посылал на штурм своих высокоскоростных и маневренных помощников.

Один из таких крейсеров-сателлитов и оказался на пути "Деглопера". Старпом неприятельского крейсера моментально сообразил, что попал в западню. Реакция последовала незамедлительно: тут же выпустили ракету с прицелом в носовой отсек "Деглопера". Через несколько мгновений последовала еще серия залпов - и еще шесть снарядов помчалось к кораблю.

- Он стреляет с максимальной частотой, сэр, - доложил Сегедин. Красницкий кивнул. Около четырех с половиной минут требовалось ракетам, чтобы покрыть расстояние, разделявшее корабли. Это означало, что при таком темпе стрельбы святоши опустошат свои магазины еще до того, как первая ракета поразит цель.

Будь Красницкий на месте врага, он действовал бы точно так же, потому что единственный шанс, остававшийся в распоряжении у святош, заключался в том, чтобы вывести из строя "Деглопер", прежде чем тот приблизится на опасное расстояние.

К счастью, план врага провалился. Радар и оптический локатор жестко запеленговали сателлит, а бортовые компьютеры "Деглопера", почти на ладан дышащие после Гуховой диверсии, все же достойно справились с ситуацией, быстро и точно рассчитав сценарий ведения огня.

Враз заговорили восемь пусковых ракетных установок. Наверное, излишне говорить, что каждая вылетавшая ракета своей длиной и массой намного превосходила вражескую. Более половины ракет были самонаводящимися и снабжены специальными глушителями радиосигналов противника.

Со стороны это, наверное, напоминало избиение младенцев, но ни о каком честном бое не могло быть и речи, так как аппаратура "Деглопера" оставляла желать лучшего: во-первых, бортовой компьютер уже не мог с достаточной точностью управлять траекториями полета ракет, которым по этой причине приходилось действовать в автономном режиме; а во-вторых, резко упал оборонительный потенциал корабля.

Между тем вражеские ракеты настигли "Деглопер". Слышались глухие удары - это работала система защиты, пытавшаяся предотвратить или в крайнем случае ослабить разрушающее воздействие снарядов.

- Есть пробоины и самовозгорания. Несколько ракет отклонились от курса - сработали приманки!

- А некоторые нет! - прорычал Красницкий, не отводя глаз от экрана. Оповестите экипаж, что есть повреждения!

Действительно, несколько ракет было уничтожено еще на подлете: сработали лазеры и вовремя выпущенные антиракеты. Другие ракеты пролетели мимо, увязавшись за отвлекающими приманками. Так или иначе, первый залп святош был погашен полностью. Но без повреждений все же не обошлось: одна ракета из второго залпа и три из третьего пробили броню.

- Прямое попадание в пятую ракету, - не умолкал Талкот, - мы потеряли второй гамма-лазер, две антиракетные и двенадцать лазерных установок. Оторвав взгляд от мониторов, он взглянул на Красницкого. - Шаттлы уцелели, сэр!

- Слава богу, - прошептал капитан. - Однако мы сильно отклонились. Штурман! Сколько нужно времени, чтобы выровнять курс?

- Две минуты, - ответил штурман, ехидно ухмыльнувшись. В течение нескольких часов он с успехом "парил мозги" капитану святош, разыгрывая из себя насмерть перепуганного шкипера потерпевшего аварию торгового судна; при этом он уверенно "заливал" про свою жизнь, про то, где он учился, про всех своих родственников и тому подобное.

- Попадание, - раздался голос Сегедина. - Повреждена ракета, сэр...

- Понял, - ответил Красницкий. - Что там с компьютерами?

- Радости мало, сэр. Все ресурсы я переключил на систему защиты.

- Ясно. Ладно, скоро все закончится... так или иначе.

Глава 10

Шаттл тряхнуло так, что принц вцепился в ручки кресла.

- Однако... - шепотом произнес он.

- Хм-м-м, - уклончиво промямлил Панер. - Сэр, не желаете ли взглянуть, чем там занята команда?

Принц нажал на кнопку и переключился на камеру, установленную в экипажном отсеке. То, что он увидел на экранах мониторов, весьма удивило его: большинство людей спали, остальные развлекались как могли. Одна парочка, бодро щелкая по клавиатуре, с азартом играла в какую-то электронную игру. Кто-то просматривал файлы на экране ноутбука, несколько человек резались в карты. Один даже читал книгу в твердом переплете... подобная роскошь давным-давно уже сделалась анахронизмом. Судя по замасленным, потрепанным страницам, книга была довольно древняя. Внимательно вглядываясь в лица, Роджер обнаружил лишь три или четыре знакомые физиономии.

Широко открыв рот и откинув назад голову, беспробудно дрых Поертена.

Сержант артиллерии Джин, коренастый кореец, командовавший третьим взводом, листал какой-то текст на экране своего ноутбука. Решив сначала, что тот изучает что-то вроде руководства по ведению боевых действий, Роджер слегка увеличил масштаб изображения, присмотрелся... и обомлел: экран ноутбука пестрел откровенными порнографическими картинками, а чтиво представляло собой какую-то странную любовную историю с гомосексуальным уклоном. Принц фыркнул, но про себя отметил, что каждому свое.

Продолжая наблюдать, Роджер непроизвольно задержал взгляд на лице незнакомой девушки-сержанта и замер, словно загипнотизированный. Несмотря на бронированный костюм и шлемофон девушки, Роджеру почудилось, что перед ним сам ангел, сошедший с небес: высокие скулы, острый подбородок, чувственные, словно созданные для поцелуя губы. "Красавицей, конечно, не назовешь, но очень хорошенькая", - подумал принц. Совершенно не отдавая себе отчета, Роджер направил камеру на ее плечи. Скользнув объективом еще ниже, разглядел, что незнакомка что-то читает. Неожиданно для самого себя принц вдруг испытал невыразимое, непонятное ему самому облегчение: девушка читала... справочник по планете Мардук.

Остановив объектив на хамелеоновском костюме незнакомки, Роджер прочел на бирке: "Диспреукс". Какое приятное имя...

- Сержант Диспреукс, - сухо заметил Панер.

- Оказывается, я не знаю даже имен своих охранников, - поспешно произнес принц. Его голос немного дрожал, как у нашкодившего школьника; хорошо еще, что под шлемофоном капитан не мог видеть выражение его лица.

- Знать имена своих подчиненных - это похвально, - рассудительно заметил Панер. - Не менее интересно, правда, знать, как они к тебе относятся.

Внезапно раздался глухой удар - очередная вражеская ракета настигла "Деглопер".

- Итак, выведены из строя пятый и девятый гамма-лазеры и ракета под номером три. Мы лишились четвертой части ракетных установок. Пострадало также несколько лазеров, - отрапортовал Талкот. Он не стал добавлять, что броня корабля пробита в нескольких местах, поскольку все присутствовавшие и так давно уже заметили, насколько более разреженным стал воздух.

- Взорвался! - радостно воскликнул Сегедин.

От точных попаданий крейсер разлетелся на куски, так и не приблизившись к "Деглоперу" на расстояние ближнего боя.

- Скорректируйте курс - летим на Мардук, - скомандовал Красницкий рулевому. - Но радоваться рано - несколько вражеских ракет еще на подлете.

- Есть, сэр, - Сегедин сиял. - Все-таки мы его сделали!

- Сделать-то сделали, - еле слышно произнес Талкот, чтобы никто, кроме Красницкого, его не услышал. - Дай-то бог, чтобы не появился еще один.

Тактик перевел в пассивное состояние оставшиеся подготовленные к пуску ракеты и занялся системой защиты. Опытный Сегедин превосходно знал свое дело: последние долетевшие до "Деглопера" ракеты были мгновенно уничтожены.

- Вот так-то, ваше высочество, - подытожил Красницкий, оторвав взгляд от экрана ноутбука. За спиной капитана, облаченного в герметичный кожаный костюм, четко выделялась яркая оранжевая лампочка, сигнализировавшая об опасном содержании вакуума в отсеке. - В операции мы использовали менее половины наших ракет. Но расслабляться рано: второй крейсер покинул орбиту и с ускорением движется в нашем направлении. Не позже чем через два часа запустим шаттлы. Совершенно ясно, что за оставшееся время мы не успеем залатать все дыры и восстановить атмосферное давление на корабле. Так что, ваше высочество, я вам настоятельно советую оставаться на своем месте и никуда не выходить.

- Замечательно, капитан. - Роджера утешала мысль, что обращенный на него взгляд Красницкого при всем желании не смог бы ничего различить за затемненным забралом его шлемофона. Постепенно до принца начинало доходить, что "Деглопер" получил сильнейшие повреждения и собирается пожертвовать собой ради... Роджеру стало не по себе от очевидного ответа.

Команда Панера состояла исключительно из телохранителей, призванных оберегать членов императорской фамилии. В критической ситуации они не рассуждая должны были пожертвовать собой ради спасения своих подопечных. Экипаж любой ценой обязан постараться выжить, должна была уцелеть хотя бы часть людей, ответственных за его, Роджера, безопасность.

Принца грызло чувство вины. Несмотря на всю избалованность, Роджеру Макклинтоку было далеко не безразлично то, что произошло. И тон голоса Красницкого, и его отношение - все однозначно говорило за то, что команда приложит все мыслимые усилия, чтобы обезопасить его высочество. "Да, на месте капитана меня бы, наверное, часто посещала мысль о том, как было бы здорово, если бы с принцем что-нибудь случилось, - столько бы проблем сразу отпало. Если бы Роджер был мертв, не нужно было бы, спасая его, приносить в жертву жизни стольких людей", - размышлял принц. Сам факт, что Красницкому и его людям, казалось, и в голову не приходило столь очевидное избавление от всех затруднений, усугублял в душе принца чувство вины перед этими людьми.

- Надеюсь, что мы еще побеседуем перед расставанием, - печально произнес Роджер. - В любом случае желаю удачи.

- Благодарю вас, ваше высочество, - капитан еле заметно поклонился. - Вам также удачи! И всем вашим людям. Мы постараемся не запятнать гордое имя "Деглопера".

Экраны связных мониторов потухли. Роджер откинулся назад и обернулся к Панеру. Капитан расстегнул шлемофон и почесал голову.

- А кто такой этот Деглопер? - спросил принц, пытаясь нащупать кнопку на своем шлемофоне.

- Это было много лет назад. Деглопер служил тогда в армии Соединенных Штатов, ваше высочество. Снаружи кабины, в которой вы сейчас сидите, раньше висела табличка с полным перечнем его медалей и наград. Деглопер - один из немногих, кого удостоили главной награды - ордена Имперской Звезды. Когда мы вернемся на Землю, я покажу вам эту дощечку.

- О-о-о, - Роджеру наконец-то удалось расстегнуть шлемофон. Высвободив свои свалявшиеся космы, принц с наслаждением принялся чесать затылок. - В этом скафандре постоянно хочется почесаться. Интересно, отчего это?

- Психосоматический эффект, ваше высочество, - заулыбался Панер. - Между лопатками тоже частенько зудит.

- Ах-х-х, - заерзал, уморительно вращая плечами, Роджер, пытаясь почесать свою закрытую непробиваемой броней спину. - Что же вы сразу не сказали?

Панер улыбнулся.

- Ваше высочество, у меня к вам просьба.

- Да? - погруженный в себя, не сразу ответил принц.

- Примерно два часа мы будем предоставлены сами себе. Я бы хотел спуститься к экипажу и переговорить кое с кем.

- Я подумаю об этом, - неуверенно произнес Роджер. На душе у него было невесело.

Глава 11

Капеллан Панела скрестил руки за спиной и глубоко вздохнул:

- Похоже, лорду Артуру не повезло, - заметил он.

Капитан Имай Деленей, шкипер крейсера "Гринбелт", принадлежащего Каравазанской Империи, едва не выругался. Обычно капитана очень трудно было вывести из себя. Глядя на окружавших его офицеров, он очень остро ощущал их подавленность. Тяжело вздохнув, шкипер вытер вспотевшее лицо. Все были на грани срыва, и краткое капеллановское "не повезло" абсолютно не отражало драматизма случившегося.

В то же самое время капитан четко представлял себе, как все вышло.

До тех пор, пока два крейсера-сателлита торчали на базе, все было замечательно - ни у кого не могло возникнуть и тени подозрения, что где-то поблизости могут быть святоши. Основная работа крейсеров заключалась в сопровождении транспортных кораблей, появлявшихся на горизонте крайне редко, но зато строго по расписанию. Иногда разбавляли это скучное дело тем, что брали на абордаж какого-нибудь бродягу. И все же справедливости ради надо сказать, что обычным пиратством, в общепринятом значении этого слова, святоши не занимались: главная их задача сводилась к поддержке заранее намеченных тактических операций.

Это транспортное судно из разряда буксирных, - доложил офицер-тактик. - Причем довольно мощное. Они там все время пытались скрыть настоящий тип своего двигателя.

- Почему вообще земляне решили послать такой огромный бронированный корабль в одиночку? - допытывался капеллан. - И почему этот корабль так медленно ускоряется?

Тупость капеллана не знала границ - капитан начинал звереть. Готовый уже разораться, он еле сдержался. Ответы на оба вопроса были очевидны, но, если Деленей позволит себе сейчас грубую выходку, его обвинят в неуважении к чувствам и мнению капеллана. Словно капеллан, ни уха, ни рыла не смысливший в военных вопросах, вообще мог иметь здесь какое-то мнение!

Но не только Панела раздражал капитана. Как-то Деленею довелось побывать на борту имперского крейсера. Вступая на их капитанский мостик, он почувствовал себя словно в музее: окрашенные в неброские, успокаивающие тона стены и мебель, закругленные углы - все было продумано с большим вкусом. Здесь же, в его собственной рубке, все углы были острыми, необработанными. Считалось, что любые усовершенствования, приятная отделка - все это излишняя роскошь, требующая дополнительной энергии, а перерасход энергии в конечном счете якобы пагубно отражается на окружающей среде планеты, истощая ее ресурсы. В отличие, например, от флотов других цивилизаций, униформа его моряков шилась исключительно из натуральной ткани, без применения искусственных материалов.

Интересно, что эта идеология распространялась на весь корабль. Не на что было даже просто бросить взгляд. Все какое-то недоделанное, грубо сколоченное - топорное, одним словом. Но ладно бы только это - с этим еще можно было бы смириться. А взять взаимоотношения в коллективе: капитан этого чертового имперского крейсера чувствовал себя настоящим королем, единовластным правителем. Разумеется, он подчинялся какому-нибудь там адмиралу, но на собственном судне он был бог и царь в одном лице.

Здесь же Деленею все время приходилось унижаться. Церковь и ее доктрины пользовались у святош большим авторитетом и имели огромный вес, даже высокое звание капитана не освобождало от повинности чтить звание духовное. Вот и получалось, что на протяжении всей военной карьеры боевому капитану Деленею приходилось еще и постоянно враждовать с церковью.

Слава богу, что хоть сейчас не нужно было спорить.

- Я уверен, что корабль землян получил ощутимые повреждения, - произнес капитан, следя, чтобы тон голоса не выдал его настроение. - Этот кратковременный мощный всплеск их энергии был последним, так что, я думаю, фазовый двигатель у них практически сдох.

- Ну... хорошо. Возможно, вы правы, - с сомнением проговорил капеллан. - И что же нам теперь предпринять?

"Что предпринять? Что предпринять?! Уничтожить корабль, что же еще, - кипятился в душе Деленей. - Насколько было бы проще, если бы этот козлиный борец за чистоту окружающей среды свалил отсюда в свою молельню!"

- Судя по данным, полученным от "Зеленой Богини", у землян серьезные проблемы, - громко сказал капитан, задумчиво почесав бороду. - Маневрирование корабля крайне затруднено. Я уверен, что мощными ракетными ударами мы разнесем его в клочья. - Как бы соглашаясь с самим собой, Деленей кивнул головой: - Да, ему конец.

- А если они нанесут ответный удар и повредят наш крейсер? - занервничал капеллан.

- Вынужденный ремонт в любом случае приведет к неоправданному расходу ресурсов.

- А вы что же, хотите, чтобы эти стервятники - империалисты - превратили планету в колонию? - риторически поинтересовался Деленей. - На этом корабле полно пехотинцев, жаждущих заразить своей идеологией новые миры. Вы что же, предлагаете допустить такое развитие событий?

- Разумеется, нет, - жестко парировал капеллан, покачав головой. - Они должны быть уничтожены. Зараза должна быть вырвана с корнем. Мы не позволим человеческой расе осквернить наш прекрасный мир.

"Прекрасный мир, как же, - ухмыльнулся в душе капитан. - Зеленый Содом и Гоморра - вот что это. Убив пехотинцев, мы, наоборот, оказали бы им честь..."

Наставница принца мисс О'Кейси очнулась от мягкого похлопывания по плечу.

- Шлемофон можно отстегнуть, - сказала Косутик, снимая собственный шлем.

О'Кейси не заставила себя долго ждать.

- И что теперь? - удивилась она.

- Осталось ждать два часа. И дай-то бог, чтобы эти два часа не оказались для нас последними, - Косутик в задумчивости почесала шею. Затем, нагнувшись, извлекла из-под приборной доски какую-то странную длинную пластиковую трубку.

- Что это? - удивленно спросила О'Кейси.

- Это такой футлярчик для ремня безопасности. - Наклонив голову вперед, Косутик засунула шероховатую трубку себе за шиворот и принялась почесывать ею спину.

- О-о, - Элеонора почувствовала вдруг зуд в своей собственной спине. - А можно и мне воспользоваться?

- Посмотрите у себя под левой ногой. Я, конечно, могу одолжить, но у вас есть своя. Лучшей чесалки не придумаешь.

- О-о-о-о, - застонала от наслаждения Элеонора, проделав со своей трубкой то же, что и Косутик. - Какой кайф!

- А за то, что я раскрыла вам этот страшный секрет, известный лишь бывалым солдатам, вы должны мне кое-что сообщить.

- Что, например?

- Расскажите-ка мне, например, что гложет нашего принца.

- Хм-м-м, - задумалась Элеонора. - Это очень длинная история. Я не уверена, что вам все будет ясно. Вам что-нибудь известно про его отца?

- Только то, что он граф из Нового Мадрида. Что сейчас находится под надзором, то есть ему запрещено появляться на всех планетах Империи. Ну, и еще он... старше императрицы.

- Хорошо, но я не стану подробно объяснять, почему его прогнали со двора. Важнее другое: Роджер не только внешне похож на своего отца, но и всем своим поведением очень его напоминает. Его папаша слывет жутким франтом. Говорят, что он один из главных участников Великой игры.

- А-а, - кивнула Косутик. Времена царствования Эндрю, отца Александры, сопровождались непрерывными интригами. И хотя дело так и не дошло до гражданской войны, ситуация оставалось крайне опасной. - Неужели принца тоже подключили к Великой игре, - поинтересовалась она осторожно.

- Я... не уверена. Конечно, Роджер наверняка мог что-то слышать об этом. Я допускаю, что кто-нибудь из его товарищей по команде мог быть членом Ново-Мадридской клики. Может быть. Но я также знаю, что Роджер всеми фибрами души не переваривает политику. Так что я... не уверена.

- Но вы же должны знать.

- Наверное, должна. Но принц вряд ли доверил бы мне такую тайну. Меня ведь приставила к Роджеру его мать.

- Он что... что-то замышляет против императрицы? - еще осторожнее спросила Косутик.

- Сомневаюсь. Похоже, принц очень любит свою мать. Правда, он такой простофиля, что этим могли воспользоваться. Он ведь такой легкомысленный. Все его поступки лишены какого бы то ни было плана. Конечно, имея такого отца, все можно допустить. Может быть, принц как-то связан с графом Ново-Мадридским. Но вряд ли.

- Может, это просто хитрая маскировка, - предположила Косутик. - Вдруг он нарочно прикидывается?

Косутик чувствовала, что занимается бесплодными размышлениями, пытаясь отыскать лучик света в кромешной тьме. Но она твердо знала, что от Макклинтоков можно ждать всего, чего угодно, и не получилось бы так, что в один прекрасный день она вместе с остальными пехотинцами положит свою голову под нож гильотины, а врагом номер один неожиданно окажется всеми любимый и дорогой его высочество принц.

- Маловероятно. Роджер слишком бесхитростен для этого, - рассмеялась Элеонора. - А если откровенно, хитрый он или нет - я утверждать не берусь, но то, что все в семье считают его странным, - это точно. - Элеонора закрыла свой ноутбук и развернулась в кресле, оказавшись лицом к лицу со старшим сержантом.

- Временами Роджер бывает просто невыносим, как дурно воспитанный, избалованный ребенок. Но хочу вам сказать, что в этом нельзя винить его одного.

- Да? - отвлекшаяся было Косутик навострила уши. Несмотря на то, что Бронзовый батальон исключительно предназначался для охраны прямого наследника, и несмотря на, казалось бы, длительный срок, в течение которого телохранителям по долгу службы приходилось общаться с ним (правда, без особого взаимного восторга), вряд ли кто-нибудь из команды заявил бы, что хорошо знает Роджера. Но Кейси, очевидно, все же кое-что знала и не отказывалась делиться секретами, Косутик же словно губка впитывала каждое слово.

- Да нет, вы меня не так поняли, - спохватилась О' Кейси и, криво улыбнувшись, покачала головой. - Он - настоящий Макклинток, а каждый знает, что все Макклинтоки - смелые, честные, бесстрашные и вообще из ряда вон. Понятно, что на самом деле это не так, но ведь все верят, что так должно быть. То, что принц Джон вместе с Александрой живут по стереотипу, придерживаясь древних семейных традиций, наоборот, должно было пойти на пользу Роджеру. Коронованный принц - отменный дипломат, ему можно позавидовать, да и мать Роджера, Александру, смело можно назвать одним из выдающихся адмиралов во всем флоте. И тут этот Роджер. Значительно моложе остальных, все время не у дел, предоставленный сам себе, этакий... классический "плохиш", беда императорской фамилии. Совершенно неприспособленный к какому-нибудь серьезному делу, вспыльчивый, раздражительный, донельзя избалованный аристократ.

О'Кейси помолчала и взглянула на Косутик.

- Вы со мной согласны? - спросила она, странно улыбнувшись.

- Да, конечно, так оно и есть, - промолвила Косутик.

Конечно, если взять всех пехотинцев, в особенности служивших в Бронзовом батальоне, то никто из них ни при каких обстоятельствах не стал бы так легко верить на слово. Но Косутик согласилась.

- В конечном итоге все возможно. Если принять в расчет, что солнце его отца давно закатилось, к тому же абсолютно никому не известно, что у Роджера на уме на самом деле. Да и отношение Александры к принцу весьма двусмысленно, - О'Кейси тщательно подбирала слова. - Поэтому, рано или поздно, я думаю, он все равно встанет на этот путь. - Она печально вздохнула. - Мы с Костасом Мацугой частенько спорили, но я всегда соглашалась с ним, что за спиной Роджера стоит чья-то нечистая рука. Кстати, у нас с Мацугой много общего, просто мы родом из разных мест и занимаем сейчас разное положение. Вы знаете, что я не первый наставник принца. Просто провела с ним последние лет шесть. Так что увидеть вредного, избалованного малыша, по-своему протестующего против несправедливости жизни, мне не довелось. Мне больно за этого мальчика. Наверное, я недостаточно пыталась раскрыть ему глаза на суровую действительность. Я должна была объяснить, что жизнь - нечестная игра, и научить его играть в эту игру. Пора ему осознать, что он Макклинток, принц великой Империи... Но мне кажется, что я... плохо справляюсь со своей задачей.

- Да уж, - видно было, что Косутик тоже взвешивает каждое слово, - вам не позавидуешь. Я ведь тоже честно несла свой крест, натаскивая зеленых юнцов и делая из них настоящих солдат. Правда, мне предоставлено больше возможностей, чтобы успешно справиться с проблемами.

- Да, я с радостью позанималась бы дзюдо. Ваши тренировки с офицерами впечатляют. - О'Кейси задумалась. - Но не могу. Кстати, по-моему, Роджер - весьма способный ученик, у него большие задатки. Возможно, он не такой суперактивный, как его брат или сестра, но уж в упрямстве, этой главной черте всех Макклинтоков, ему не откажешь! - Она вдруг расхохоталась. - Вы когда-нибудь бывали в императорском военном музее?

- Конечно, неоднократно. А что?

- Тогда вы наверняка видели коллекцию Роджера Третьего.

Косутик озадаченно кивнула. Роджер Третий из всей династии Макклинтоков был, пожалуй, одним из самых оригинальных императоров. Странными пристрастиями, необузданными желаниями отличались, безусловно, и все его многочисленные родственники, но Роджер Третий превзошел их всех. Среди его разнообразных интересов на первом месте оказалась военная история, причем древняя история, период между двенадцатым и шестнадцатым веками.

Его находки в этой области поражали современников. Свою уникальнейшую коллекцию оружия и вооружения того периода он завещал императорскому военному музею, где она до сих пор по праву считается главной жемчужиной.

- С тех пор интерес к старинному оружию, - продолжала О'Кейси, - сделался фамильной традицией Макклинтоков. Императрица и коронованный принц могли, к примеру, часами рассказывать о специфических готических видах оружия или про каких-нибудь швейцарских копьеносцев, поражая слушателей знанием мельчайших подробностей.

- Но к Роджеру это совершенно не относится. Я сказала, что он упрям? Да, пожалуй. В том смысле, что все время противился и продолжает бороться против каких бы то ни было традиций. И хотя со стороны его протест кажется безобидным, он определенно... гнет свое. Мне кажется, наш принц чем-то похож на того старого Роджера. Роджер Третий при жизни не пользовался почетом у своих родственников, поскольку был фигурой слишком одиозной. Наш Роджер - тоже фигура довольно странная и, к глубочайшему сожалению, слишком далекая от реальности, особенно сейчас.

- Сейчас? - Косутик пристально взглянула на О'Кейси и неожиданно захохотала. - Вы правы. Конечно, было бы неплохо, если бы он хоть что-нибудь знал про Мардук.

- Да... - вздохнула О'Кейси. - Но в этом весь принц. Если есть вероятность сделать что-нибудь плохо - Роджер тут как тут.

Наблюдая за тем, как Панер прокладывает себе путь к головному отсеку, Роджер в сомнении покачал головой. Через весь отсек, над головами сидящих, шла длинная продольная балка. Иного способа протиснуться вперед, кроме как балансировать по этой балке, практически не существовало. Предусмотрительный капитан специально для этого случая надел относительно легкий и довольно удобный кожаный костюм. Роджеру же, идущему следом, облаченному в тяжеловесный хромированный скафандр, приходилось, мягко говоря, несладко. Осторожно ступая по этой узкой тропинке, принц чувствовал себя канатоходцем, на плечи которому посадили слона.

- Ну, как вы там, ваше высочество? - участливо спросил Панер, спрыгнув на пол.

- Это что-то, - произнес, еле дыша, Роджер, многозначительно ткнув пальцем в свою броню.

Поглядев на стальные доспехи, Панер понимающе кивнул.

- Снимите скафандр. Сейчас такая суматоха начнется.

- Где снять? Тут же даже специальной комнаты нет.

- Да вот, прямо здесь, - Панер показал на крошечный незанятый кусочек палубы. Стоящая рядом лестница вела отсюда наверх, на небольшую площадку с двумя люками, один из которых служил входом в командное отделение, а другой - на капитанский мостик. Был, правда, еще один пневматический люк с выходом наружу.

- Прямо тут? - Роджер, крутя шлемофон в руках, оценивающе оглядывался. Многие охранники уже суетились - каждый был чем-то занят. Большинство направилось в багажный отсек в задней части шаттла. - Переодеваться... на публике?..

- Можно найти вашего слугу, - слегка улыбнулся Панер. - Он вон там.

- Мацуга? - лицо Роджера просветлело. - Это было бы замечательно, конечно, позовите его, капитан.

- Позвать? Это будет непросто, - капитан опять нахмурился и похлопал по плечу спящего впереди бойца. - Передайте, чтоб позвали Мацугу. - Боец зевнул, толкнул в свою очередь кого-то впереди и мгновенно уснул снова.

Через некоторое время среди вороха рюкзаков нарисовалась миниатюрная фигурка лакея. Бросив напоследок пару слов стоящему рядом пехотинцу, слуга вскарабкался на балку и отважно направился в сторону Роджера. От балки до самого потолка через каждые два метра тянулись вертикальные опорные стойки. Не будь Мацуга достаточно проворным, результат его путешествия мог закончиться плачевно. Происходило все довольно занимательно: дойдя до очередной стойки, слуга обхватывал ее руками, потом, как бы собираясь с духом, разжимал руки и, балансируя, совершал несколько быстрых осторожных шагов до следующей стойки - и так далее.

- Добрый... - слуга сделал паузу, сверившись с часами своего чипа, - вечер, ваше высочество, - Мацуга улыбался. - Вы неплохо выглядите.

- Благодарю вас, камердинер Костас Мацуга, - высокопарно выговорил принц, скорее для проформы, понимая, что вокруг слишком много ушей. - Как дела?

- Все хорошо, ваше высочество. Благодарю вас, - Мацуга показал рукой в сторону задней части отсека. - У сержанта Диспреукс море полезной информации.

- Диспреукс? - словно ослышался принц и, бросив взгляд поверх снующих голов, на мгновение поймал желанный профиль.

- Командует отделением третьего взвода, ваше высочество. Очень славная молодая девушка.

- Ах, оставьте, - улыбнулся Роджер. - Если бы вы ознакомились с биографией любой из этих юных леди, вы вряд ли назвали бы ее славной.

- Как скажете, ваше высочество, - отреагировал улыбающийся Мацуга. - Чем могу служить?

- Я хотел бы избавиться от этой холобуды и одеться во что-либо более пристойное.

Мацуга смутился.

- Извините, ваше высочество, я, конечно, должен был предусмотреть. Позвольте мне сходить за ранцем. - И слуга стал опять вскарабкиваться на балку.

- Подожди! - приказал Роджер. - Моя униформа в командном отделении. Я хочу лишь, чтобы ты помог мне снять скафандр.

- А, другое дело. - Мацуга стал сползать обратно. - Капитан Панер, вы не могли бы дать руку? Я, конечно, не сильно разбираюсь в бронекостюмах, но, думаю, соображу.

Наконец совместными усилиями многочисленные защелки были успешно расстегнуты.

- Мацуга, - полюбопытствовал принц. - Насколько я понял, в твоем рюкзаке лежит для меня дополнительная униформа?

- Ну да, ваше высочество, - робко произнес камердинер. - Сержант Диспреукс сообщила мне, что вам едва ли пригодятся все вещи. И ради бога. Просто я решил, что одного бронекостюма и одной единственной униформы вам будет явно недостаточно, вот и упаковал еще комплект.

- Вам не трудно это нести? - голос Панера прозвучал довольно скептически. - Конечно, если больше ничего нет, тогда...

- Я согласен, капитан, - задиристо выкрикнул маленький слуга, - что не могу таскать такие же тяжелые рюкзаки, как большинство солдат. Однако свои личные вещи и положенную мне общественную долю багажа я несу. Одежда его высочества, собственно говоря, и есть эта доля.

- Но неужели вам не тяжело, - мрачно поинтересовался Панер, - таскать все это изо дня в день?

- Но забота о его высочестве - моя обязанность, капитан. По крайней мере, я всегда так считал, - спокойно произнес Мацуга, продолжая "раздевать" принца.

И вот наконец в очередной раз вокруг Роджера образовалась груда разбросанных кусков, только что составлявших бронекостюм, а Мацуга отправился в нелегкий путь к командному отсеку.

- Такое ощущение, что я только и делаю, что одеваю и снимаю его, одеваю и снимаю, - сказал Роджер, стряхнув с рубашки несуществующую пылинку.

- Потерпите немного, ваше высочество, - заметил Панер. - Как только приземлимся на планету, бронекостюм вряд ли пригодится. Но уж если он все-таки потребуется, то тогда... сами понимаете...

Глава 12

- Так, что еще нам нужно? - спрашивала О'Кейси, просматривая список.

- Что бы это ни было - главное, чтобы не вышло слишком тяжело, - ответила Косутик. Занимаясь различными пересчетами, старший сержант прикидывала, сколько топлива потребуется для приземления. - Похоже, что запасов может не хватить, - скривилась она.

- Шаттлы ведь можно заставить планировать, я думаю, - осторожно заметила Элеонора. Не будучи экспертом, она все же знала, что изменяемая конфигурация крыльев позволяла ракете парить словно птица, преодолевая громадные расстояния.

- Можно было бы, - снисходительно заметила Косутик. - Будь у нас посадочная полоса. - Она сделала жест в сторону одного из мониторов, на котором светилась небольшая карта. - И где тут хотя бы один космопорт? Челнок может спланировать только на прилично оборудованную посадочную полосу. Если вы решитесь приземляться без нее, то останется только молиться...

- Все же не совсем понятно, что произойдет, если нам не хватит топлива.

- Объясняю. При обычном входе в атмосферу наличие горючего дает возможность маневра, то есть в любой момент можно резко сменить курс, замедлиться или ускориться... Кроме того, если мы длительное время будем лететь по орбите, нас обнаружит вражеский крейсер и в конце концов за нами устроят погоню. Наш единственный шанс как раз и заключается в том, чтобы, резко войдя в атмосферу, постараться как можно дальше отойти от этой точки, ну а без топлива это, естественно, невозможно. К тому же, как я уже сказала: планируя, легко разбиться.

- О-о, представляю, - еле слышно проговорила О'Кейси.

- Сэр, я полагаю, что мы как раз находимся в зоне, где нас могут обнаружить святоши, - сказал младший лейтенант Сегедин.

- Понял, - Красницкий взглянул на рулевого. - Приготовьтесь к изменению курса. Квартирмейстер, сообщите экипажу, чтобы готовились к разделению.

- Они уже наверняка нас обнаружили, - сказал капитан Деленей. - Почему же они продолжают замедлять ход?

- По-видимому, они собираются высадить своих солдат, - отреагировал капеллан, не сводя глаз с монитора.

Деленей поморщился - тошнотворный запах, исходивший от капеллановской рясы, говорил о том, что ее не стирали по крайней мере несколько недель. Вообще, мытье и стирка в среде верующих были явлениями крайне редкими, поскольку требовали дополнительных необязательных расходов. А уж о таких препаратах, как дезодоранты, и заговаривать-то было как-то неприлично.

- Похоже на то, - задумался капитан. - Но они все же слишком далеко. - Заметив изменение ситуации на экране, Деленей улыбнулся. - Ха! Такое ощущение, что их датчики вышли из строя. Они меняют курс.

- Внимание! Подготовиться к разделению. Пятиминутная готовность, - прогремел динамик.

После разговора с сержантом Джином настроение Роджера заметно улучшилось. Словоохотливый кореец знал в лицо практически всех, и продолжительная беседа с ним пошла принцу на пользу. Правда, он так и не подошел к очаровательной Диспреукс. Что-то говорило ему, что "заинтересоваться" в подобных обстоятельствах девушкой, являвшейся его телохранителем, это не самая хорошая идея. Мысль, что эта идея вряд ли была бы хорошей при любых обстоятельствах, он отбросил вовсе.

- Вы бы лучше надевали скафандр, сэр, - Джин кивнул на хамелеоновский костюм принца. - Это займет немало времени.

- Правильно. Поговорим позже, сержант. - Освоившись с хождением по балке, принц уже скакал по ней, как кузнечик, и грациозно выгибался, придерживаясь за стойки.

- Красуется... - еле слышно пробормотал Джулиан. Роджер только что разбудил его, и теперь Джулиан никак не мог заснуть. Со сна он что-то ответил принцу, и, похоже, несколько грубовато, но Роджер, к счастью, ничего не заметил.

- Не думаю, - резко ответила Диспреукс. - Мне кажется, он просто спешит по делам.

Джулиан удивленно приподнял бровь. Диспреукс сидела прямо напротив него, и Джулиана прямо подмывало поиздеваться над ней.

- Ай, да ты просто завидуешь ему, потому что у него волосы более красивые.

Девушка взглянула на поспешно переодевающегося принца.

- Замечательно, - нежно прошептала она, и Джулиан так и замер с открытым ртом.

- Он что, нравится тебе? Ты имеешь на принца виды?

- Ты несешь какой-то бред - нет, конечно!

Джулиан решил подразнить ее еще, но внезапно ему пришло на ум, что начальство ни под каким видом не позволило бы телохранителям флиртовать с членами императорской фамилии. Он огляделся - вокруг, похоже, все спали или, по крайней мере, не обращали на него никакого внимания.

- Нимашет, ты сошла с ума, - прошипел он. - Тебе же за это шею намылят.

- Но ничего же не происходит. Абсолютно ничего.

- Хорошо, если бы ничего, - еще яростнее прошептал он. - Но что-то не верится.

- Послушай, я уже не маленькая. Не надо за меня беспокоиться.

- Да ладно, ладно.

"Ну и дела", - подумал Джулиан.

Поертену, сидящего по другую сторону от балки, распирало от смеха. Красный как рак, он искоса посматривал на окружающих и еле слышно квохтал, чтобы не заржать во весь голос. "Диспреукс и принц, - думал он. - Офигеть можно!"

- Что за веселье? - спросил Талкот. Старпом только что вернулся с экскурсии по "Деглоперу" - радоваться было нечему. Четыре из восьми ракетных пускателей получили серьезные повреждения и не подлежали восстановлению. Кроме того, от вражеского огня сильно пострадал корпус: в нескольких местах в хромированной броне образовались глубокие пробоины.

Слава богу, что хоть с фазовым двигателем больше ничего не случилось - он даже оказался в лучшем состоянии, чем перед последней схваткой со святошами. В потере пусковых установок также был положительный момент, так как это позволило сэкономить кучу собственных ракет. Исходя из всего этого шансы выиграть следующее сражение оказывались примерно равными, если, конечно, крейсер не начнет маневрировать и кружить вокруг "Деглопера".

- А, это я подумал о том знаменитом Деглопере, в честь которого назван наш корабль, - с мрачной улыбкой ответил Красницкий. - Он бы, наверное, от всего происходящего в гробу перевернулся.

Уставившись на экран, Роджер наблюдал, как распахнулись гигантские шлюзы, открыв завороженному взору манящую черноту космического пространства, как были отданы последние швартовые и шаттлы легли в свободный дрейф. Покинув зону искусственной гравитации "Деглопера", пассажиры шаттлов оказались в состоянии невесомости.

- Ваше высочество, - поинтересовался Панер, - я совсем забыл спросить, как вы переносите невесомость? - Капитан постарался, чтобы в вопросе не прозвучал намек, так как сразу вспомнил извинения О'Кейси, пытавшейся оправдать недомогание принца в первый вечер путешествия.

- Замечательно, - не моргнув глазом ответил Роджер. Развернув экран монитора, он наблюдал, как стремительно растет расстояние, отделявшее их шаттл от "Деглопера". - С невесомостью у меня никогда не было никаких проблем, - произнес он с ехидной улыбкой. - Элеонора, правда, говорила вам, что...

- Я сейчас умру, - стонала Элеонора, склонясь над экспресс-пакетом и низвергая в него очередную порцию содержимого своего желудка.

- Подожди, сейчас вколю тебе инъекцию, - с полупрезрительной усмешкой сказала Косутик. Она извлекла какую-то ампулу. Распространившийся запах подействовал на Элеонору отрезвляюще.

- У меня аллергия, будет еще хуже, - промычала Элеонора сквозь пластиковый пакет. - О боже...

- Ну и ситуация... - В тоне Косутик улавливалось сочувствие. Она покачала головой. - Мы можем болтаться здесь еще несколько дней. Как ты это вынесешь?

- Да, - жалобно выговорила Элеонора. - Я все это знаю. Просто у меня совершенно вылетело из головы, что на борту шаттлов нет искусственной гравитации.

- Я, например, не знала, что мы будем вращаться, как волчок. Думала, просто полетим достаточно долго...

- Постараюсь не умереть, - мучительно выговорила Элеонора и, словно в подтверждение своих слов, опять судорожно раскрыла спасительный пакет.

- Да-а-а... Я чувствую, скучать не придется, - покачав головой, вымолвила Косутик.

Глава 13

Получив сигнал о сдаче "Деглопера", святоши возликовали. Помимо собственно уведомления послание содержало красноречивый приказ самого принца, в котором капитану Красницкому предписывалось немедленно капитулировать.

В обмен на выдачу принца святоши гарантировали жизни всему экипажу корабля, хотя это и не увязывалось с их суровыми догматами.

- Капитан Деленей. На связи лейтенант Скалуцци. - Каравазанец помолчал, оглядывая капитанский мостик. - Мы захватили рубку, но взять в плен никого не удалось. Экипаж отчаянно сопротивляется. Большинство людей в бронекостюмах. Сдаваться никто не собирается. - Он опять сделал паузу. - Не нравится мне все это.

- Передайте ему, чтобы держал свое мнение при себе! - огрызнулся капеллан Панела. - И пусть ищут принца!

Взглянув на капеллана, Деленей включил головной микрофон.

- Продолжайте выполнение задачи, лейтенант, - сказал он. - Будьте осторожней, не напоритесь на засаду. Похоже, что они и не думали сдаваться, капитан все наврал. - Деленей резко развернулся. - Мы найдем принца, капеллан. Но терять ни за грош людей глупо. Если принца на борту нет, то весьма вероятно, что нас заманили!

- Он там, - прошипел капеллан. - Зачем им рисковать его жизнью, ставя какие-то дурацкие ловушки! - Злобно оскалившись, он стал похож на взбесившегося хорька. - Хотя, впрочем, они могли бы давно его сами придушить, чтобы нам не достался... Они же должны понимать, что мы можем сделать с одним из главных представителей этой чертовой Империи!

- Капитан! - опять раздался голос Скалуцци. - В корабельных отсеках нет ни одного шаттла!

Глаза капитана расширились. - Час от часу не легче!

- Скорость "Деглопера" сравнялась со скоростью крейсера, - сказал Панер.

- Откуда вы знаете? - спросил Роджер, напряженно всматриваясь в искаженное изображение на мониторе. - Я здесь ничего не разберу.

- Посмотрите на цифры,-посоветовал Панер.-Я уже все уши прожужжал, что нам необходимы большие экраны, и это собирались учесть при проектировании командной станции, но почему-то так ничего и не сделали.

Повернувшись на вращающемся кресле к пульту управления Роджера, Панер ввел какую-то команду на клавиатуре, и изображение на мерцающем экране тут же сменилось: вместо отсканированных картинок появились ряды цифр.

- Вот последние зафиксированные скорость и координаты "Деглопера", - объяснял капитан. - А вот это вроде бы текущие их значения... А вот аналогичные данные крейсера.

- Они что, совсем рядом с "Деглопером"? - спросил Роджер, заметив явную схожесть показаний.

- Совершенно верно. Их курс и скорость полностью совпадают с деглоперовскими. Значит, Красницкий таки их перехитрил. Попались на крючок...

Роджер кивнул. Он попытался ощутить удовольствие, которое, по всей видимости, испытал при этом экипаж "Деглопера", и не смог- это было выше его понимания. Панер, как и Роджер, прекрасно знал, что Красницкий и вся его команда не пожалеют своих жизней, прикрывая их побег. По-видимому, одна лишь мысль, что он защищает не кого-нибудь, а самого принца, воодушевляла каждого солдата. Роджер почему-то привык полагать, что люди, добровольно избравшие карьеру военного, должны быть менее... чувствительными, чем другие. Однако Панер неоднократно объяснял ему, что в данном вопросе первостепенную роль играют военные традиции. Как иначе объяснить невозмутимость и потрясающее хладнокровие Панера в любой ситуации, когда у Роджера, бывало, все внутри холодело от страха?

Почему эти люди обязаны защищать его жизнь, когда даже в кругу своей собственной семьи он совершенно не уверен в искренности родных. Когда вежливые и предупредительные телохранители кладут на алтарь собственные жизни только в силу долга, что они получают взамен, кроме... смерти?

Терзаемый подобными вопросами, Роджер решил пока не думать об этом и переключился на другую тему.

- По-моему, судя по этим сведениям, здесь не все так гладко, - тревожно заметил принц.

- А по-моему, все прекрасно, ваше высочество, - усмехнулся Панер. - Святоши конкретно лопухнулись.

- О-хо-хо, - еще печальнее выговорил принц. Когда он прочел сфабрикованный приказ о немедленной капитуляции, посланный святошам, насколько неправдоподобным и по-детски примитивным показалось вдруг Роджеру его содержание. "Сдаться с честью", - приказывал там принц. Что за бред!

- Все сработало, как было запланировано, ваше высочество, - бесстрастно проговорил Панер. - Красницкий заманил их, куда хотел.

- Но этого мало... Чтобы взорвать "Деглопер", должен остаться в живых хотя бы один из тех, кто знает секретный код.

- Именно так, - жестко ответил Панер.

- Как вы можете ручаться? Каждый ведь может погибнуть. И все равно кто-то, знающий код, обязан выжить.

- Вы совершенно правы, ваше высочество. - В голосе Панера сквозила абсолютная уверенность. - Крейсер по-прежнему торчит рядом с "Деглопером". Если бы святоши взяли языка, они бы давно уже с дикой скоростью умотали от нашего корабля.

"Да хранит вас бог, капитан, - повторял про себя Панер, пытаясь сохранять самообладание и не поддаться накатившему чувству вины перед оставленными товарищами, отважными мужчинами и женщинами, ждущими своего конца. - Вы с честью выполнили свой долг. Теперь наша очередь не ударить в грязь лицом. Конечно, принц - это постоянная головная боль, но мы приложим все усилия, чтобы спасти ему жизнь".

- Не помогает, - мучилась О'Кейси.

Косутик отправилась, вернее сказать, "поплыла" в другой отсек подымать боевой дух солдатам, оставив бедную О'Кейси наедине с собой. Парадоксально, что именно несчастная докторша больше всех нуждалась сейчас в сильнодействующих средствах.

Пытаясь отвлечься, О'Кейси погрузилась в размышления. С того момента, как на горизонте объявился второй крейсер, совершенно не было времени, чтобы все основательно обдумать и взвесить. События в бешеном ритме накручивались одно на другое, не давая возможности оглядеться и собраться с мыслями.

Временное затишье как раз и предоставляло эту возможность, но в утомленном и ослабленном организме, одурманенном вколотым наркотиком, не возникало вообще никаких желаний, а уставший мозг едва ли был способен на какие-либо размышления.

Взяв себя в руки, О'Кейси все же попыталась составить а хоть какой-то план на будущее.

При обсуждении предметов, предназначенных на продажу, О'Кейси предложила взять побольше драгоценных металлов, но Панер отказался. Во-первых, каждый килограмм багажа был на счету, а во-вторых, взятые сами по себе, они оказались бы бесполезными. Каждый из драгоценных металлов предполагал наличие других компонентов, изготовление которых при низком уровне мардуканской технологии было немыслимым делом.

Так что список "драгоценностей", включавший и драгоценные камни, был невелик. Золото, конечно, в небольших количествах присутствовало в аппаратуре, в различных электронных контактах, но извлечь его оттуда не представлялось возможным. Количество личных драгоценностей по настоянию Панера также было сведено до минимума. А по мнению О'Кейси, мардуканцы наверняка соблазнились бы даже обычными украшениями и безделушками. Она резонно сомневалась, что кто-нибудь из туземцев способен хотя бы представить себе искусственный драгоценный камень!

Честно говоря, даже если бы мардуканцы смогли по достоинству оценить все эти плоды цивилизации, на настоящем этапе их развития это не принесло бы им пользы. Элеонора вдруг почувствовала, что упускает что-то очень важное... Что-то не давало ей покоя. Как специалиста по культуре древних цивилизаций, ее тревожила смутная догадка...

Унтер-офицер Том Бан в пятнадцатый раз пересчитывал расходы. Что-то явно не сходилось. Получалось, что при приземлении на планету у них останется водорода с гулькин нос - не больше тонны. Конечно, тысяча килограммов вроде бы вес немалый, если поднимать его, скажем, лебедкой, но в полете топливо тратится в огромных количествах.

Он взглянул на экран и покачал головой, изумляясь полученным результатам. Если расчеты верны, то все обстоит очень печально.

- Алло, штурман? - в шумящих наушниках Том не сразу и сообразил, что слышит голос командира команды принца.

- Да, мадам. Офицер Бан вас слушает, - удивленно проговорил Том, не понимая, почему вдруг Элеоноре понадобилось беспокоить его сейчас.

- Можно ли установить связь с бортовым компьютером "Деглопера"?

- Не уверен, мадам, - расстроенный Том не сразу и понял, чего от него хотят.

- Это очень важно, унтер-офицер. - Голос был жестким. - Я бы сказала, жизненно важно.

- Что вы имеете в виду? - спросил Том осторожно.

- Там, в моей базе данных, есть Галактическая энциклопедия. Почему вы не захватили этот файл, я не понимаю.

- Но... - Том соображал, возможно ли действительно связаться с компьютером. Даже если приемная антенна еще функционирует, не стоит забывать про святош, пришвартованных к "Деглоперу". После выхода на связь существовал риск, что враг вычислит координаты шаттла.

- Я понимаю, что там вряд ли что-то есть про Мардук, - быстро проговорила Элеонора, предвидя естественные возражения штурмана, - но там есть сведения, касающиеся древних культур и технологий. Как изготовить кремниевое огниво или как улучшить свойства железа или стали...

- О, замечательно. Но как только я свяжусь с кораблем, нас могут обнаружить. И что тогда?

- Да... вы правы... - задумалась в свою очередь Элеонора. - И все-таки нужно попытаться. От этого может зависеть судьба экспедиции.

Том включил лазер на прогрев. Может быть, думал он, все это и важно. Но тогда стоит поторопиться. Если попытаться сейчас получить разрешение у капитана Панера, летящего в другом шаттле, то можно потерять время. Каждая минута на счету - в любой момент "Деглопера" может не стать. А вдруг эти данные и яйца выеденного не стоят? И все же он решился...

- Лазер вышел на контакт! - отрапортовал лейтенант по системе корабельной защиты.

- Похоже, пытается запросить какие-то данные. Сигнал идет от... секунду... два-два-три на ноль-ноль-девять!

- Шаттлы, - сказал Деленей. - Пытаются улизнуть.

- Но они же не смогут приземлиться, а потом снова стартовать. Да даже если бы и смогли, им не удастся вырваться - у нас все под контролем.

- Да, это верно, - согласился Деленей. - Но они могут затаиться на время...

- Пока их не обнаружат с воздуха, - успокаиваясь, заметил Панела. - Они с ума сошли - прятаться на планете. К тому же мы сейчас можем попытаться их догнать, пока они еще не подлетели.

- Может быть, - нерешительно произнес капитан. - Но дело в том, что в шаттлах используется реактивный водородный двигатель, и след ракеты можно засечь лишь с расстояния в одну световую минуту. И все же вы правы. Они должны были предвидеть, что мы перехватим сигнал. - Подумав еще мгновение, он вдруг встрепенулся. - Если только они не рассчитывают, что мы уже будем не в состоянии их преследовать. - Он развернулся к экипажу. - Срочно отсоединяйтесь от их корабля. Немедленно.

- Ну, что там скачалось? - как одержимая повторяла про себя Элеонора. - Что, что, что? Ну, давай же, ну, скоро там? - она заметно нервничала.

Офицер Том с огромным трудом пытался установить связь.

Наконец соединение было установлено, и О'Кейси мысленно послала команду в свой имплант.

"Поиск "жизненный", - беззвучно шептала она, нетерпеливо следя за появлявшимися на экране результатами. - Так... не то, не то. "Враждебная флора и фауна" - скачать. "Медицина" - скачать. Найти: "топливо, шаттлы", пролистнуть. "Целесообразный" - скачать. Так... ищем "военный, первобытный", уточним "аркебуза". Пролистнуть, пролистнуть". Элеонора задержала взгляд на появившейся диаграмме. Пропускная способность контактного лазера оставляла желать лучшего, и первая страница скачанной информации, касающейся "выживания во враждебной флоре и фауне", оказалась неполной. Она заскрипела зубами и покачала головой, когда на экране появилась стандартная заставка по статистике найденного: "Четыре тысячи триста восемьдесят три статьи". Мрак. У нее не было столько времени.

"Так, уточняем... "распространенный". Так, еще раз - "высочайший"". Элеонора взглянула на результаты. Только одно из названий ей о чем-то говорило, хоть она и была доктором исторических наук. Ее основные исследования относились к эволюционному развитию социума, она не считала себя знатоком в военных вопросах: аркебузы значили для нее не больше, чем, скажем, древние римляне и их легендарные легионы. Однако в обоих списках - и в военном, и в социальном аспектах - лишь одно название маячило перед глазами.

"Так, скачиваем: "Адольф, Густав"".

- Черт, - прорычал Панер.

Роджер кивнул в ответ, увидев знакомое сообщение: "Конец связи".

- Да, - прошептал капитан, заметив, как вместо данных, поступавших с "Деглопера", появилось незамысловатое "ПС". Прерывание Сигнала. Такое... милое сокращение. Прошло несколько секунд, и сенсорные датчики отметили исчезновение вражеского крейсера.

- Кошмар, - печально выговорил Панер, и Роджер опять кивнул в ответ.

- Ладно, - сделав паузу, Роджер попытался разрядить обстановку. - По крайней мере, наши их сделали.

Даже не оборачиваясь, всей своей кожей принц почувствовал возникшее ледяное молчание и мысленно обругал себя. Какое он имел право считать солдат бесчувственными!

- Да, наверное, вы правы, ваше высочество, - уныло вымолвил Панер.

- Черт! - вскрикнула Элеонора, стукнув в раздражении рукой по клавиатуре. Передача данных прервалась прямо на середине строки, и только часть запроса, касающегося Густава Адольфа, шведского короля, отразилась на экране.

Она попыталась перейти по ссылке, чтобы добраться до содержимого статьи, но это оказалось уже невозможным, а если бы удалось до конца докачать эту полезную информацию... Там бездна полезных сведений из совершенно различных областей: металлургии, сельского хозяйства, ирригации, машиностроения. Много ценных замечаний из химии, физики, биологии. Все это легко можно было перекинуть в индивидуальные электронные блокноты или даже в чипы!

Но она опоздала.

- Что случилось? - спросила возвратившаяся Косутик. Она бросила взгляд на экраны и кивнула. - Итак, "Деглоперу" конец. Но и святошам тоже.

- Нет, нет, нет! Все не то! - Элеонора в сердцах опять ударила рукой по столу. - Я рассчитывала, что владею исчерпывающей информацией по всей Галактике. На "Деглопере" находился экземпляр этого файла. И мы не удосужились вовремя скачать его. Я только что попыталась это сделать, но связь оборвалась.

- Но что-нибудь все же удалось заполучить?

- Да. Я думаю, самое необходимое я все же успела скачать. Это в первую очередь руководства по выживанию в условиях враждебной природы, различные средства первой помощи, кое-что по видам топлива для шаттлов. Кроме этого, я только начала скачивать интересную информацию о тех забытых временах, когда на Земле еще воевали с аркебузами. - Она нахмурилась и еще раз взглянула на файлы.

- Похоже, что на одном из шаттлов не хватает топлива, - продолжала она. - О, тут есть один совет. Оказывается, можно использовать электричество, расщепить воду и...

- Точно, на шаттле как раз имеется соответствующая аппаратура, - прервала ее Косутик. - Питается энергией от солнечных батарей, и... за четыре года можно наполнить все резервуары на шаттле.

- Совершенно верно, - обернулась к ней Элеонора. - Вы, оказывается, знали это.

- Да, - улыбнулась Косутик. - Еще до полета на "Деглопере" мне пришлось участвовать в дьявольски опасном эксперименте - это была своего рода целая система боевых тестов для проверки способностей к выживанию в любых условиях. Капитан Панер был там инструктором.

- Потрясающе! - только и смогла вымолвить О'Кейси.

- Не беспокойтесь об этом. Ничего удивительного. Наша Империя огромна. В ней есть люди, находящиеся на совершенно разных ступенях развития. Так вот, каждого солдата прогоняли практически по всем этим ступеням. Вы даже не представляете, на что иногда способны наши люди. Если нам, например, неожиданно потребуется что-то сделать, то всегда найдется специально обученный человек. Да вы сами увидите.

- Дай-то бог, если так.

- Верьте мне. Уже почти сорок лет я только тем и занимаюсь, что натаскиваю бойцов, и все равно они не перестают меня удивлять.

- Ну что же, в таком случае нам ничего не остается, как только сидеть и ждать успешного приземления, - кисло заметила Элеонора.

- Ну и отлично. Вы играете в карты?

Глава 14

- Нy надо же!

IПанер пытался настроить изображение на экране монитора, но от этого картинка лучше не становилась. И не по причине выхода из строя датчиков.

Три дня уже шаттлы мчались, огибая планету, намереваясь тайком приземлиться на противоположной стороне. Космопорт располагался в недрах небольшого континента, а может, большого острова - это смотря как считать. В соответствии с планом они на самом деле должны были приводниться в удаленной точке местного океана. То, что мардуканцы умели плавать по морям, сомнений не вызывало, поэтому нужно было зафрахтовать какое-нибудь судно или несколько судов - и вперед...

Поскольку план вышел достаточно четкий и ясный, сдержанному Панеру ничего не оставалось, как его принять. Единственным существенным недостатком этого замысла являлось то, что трудно было оценить общее расстояние, которое смогут преодолеть шаттлы. Потребление громадного количества топлива временами ставило под сомнение саму возможность достижения нужной точки и удачного приземления.

Но был еще один момент. К несчастью, над самым космопортом на орбите висел гигантский корабль. Вполне возможно, что это был транспортер уже известных двух вражеских крейсеров. Но кто бы он ни был, пока он торчал над космопортом, для него не составляло труда засечь любую попытку шаттла стартовать с поверхности планеты (где бы не происходил запуск) и проследить затем его траекторию.

Была и хорошая новость: второй крейсер святош, очевидно, все же не просек, что шаттлы сбежали, - или, по крайней мере, не успел предупредить транспортер. Иначе тот незамедлительно бы приступил к наблюдению за стороной планеты, недоступной контролю с космодрома, и шаттлам пришлось бы туго.

Само существование транспортера, конечно, не вселяло оптимизма, потому что вынуждало добавить к их и без того безрадостному путешествию еще с десяток тысяч километров.

А то, что запасы топлива были на пределе, создавало дополнительные сложности.

- Да, дела не блещут, - Роджер заглядывал капитану через плечо. - Все очень скверно.

- Да, ваше высочество, - с привычным хладнокровием согласился Панер. - Именно так.

Три дня вынужденного бездействия расшатали нервы, и настроение обоих было отвратительным.

- Ну и что будем делать? - запричитал принц. Панер ответил не сразу. Переведя систему в голографический режим, он терпеливо ожидал результатов запроса. Ждать пришлось недолго, и вскоре на экранах четко проявились лица членов экипажей шаттлов.

- Я полагаю, вы уже успели предупредить нашего друга? - сухо спросил он. На мониторах можно было увидеть всех: трех лейтенантов, четырех пилотов, старшего сержанта Косутик и Элеонору О'Кейси.

- О да, - сказал Бан. - Начальный план отменяется...

- Надо что-то другое придумать, - резко выговорил офицер Добреску. Штурман четвертого шаттла глядел на Панера так, словно обвинял его во всех смертных грехах. Возможно, отчасти он был прав.

- Именно так, - продолжал Бан, - дело в том, что, как выяснилось, для штатной посадки нет необходимого количества топлива. Причем не важно, где мы решим приземлиться. Даже если это произойдет на этой стороне планеты, все равно тормозить придется за счет атмосферы.

- На этой стороне приземлиться невозможно из-за того чертового транспортера, - заметил Панер. - Придется выбрать какой-нибудь отдаленный, труднодоступный район. Где-нибудь в джунглях.

- Исключено, - вступил опять Добреску. - Не хватит топлива для посадки!

- А что там за белые пятна? - спросил вдруг Роджер, возбужденно разглядывавший небольшую карту. Привлекшая его внимание схема особой информативностью не отличалась, поскольку явно строилась компьютером на основе поверхностных космических наблюдений, но кое-что все же можно было рассмотреть.

- Не представляю, что бы это могло быть, - сказал Панер. Речь шла о высокогорном районе на противоположной стороне планеты, где местами проступали причудливые бесформенные светлые проплешины. - Но они явно не искусственного происхождения. Слишком уж огромные.

Пятна не походили ни на джунгли, ни на воду, ни на горы.

- Я полагаю... - начал лейтенант Гиляс, но тут же замолчал.

- Что вы подумали? - спросил Бан.

- Я думаю, это одно из двух... - продолжил Гиляс. - Не могу сказать, выше они или ниже уровня моря, но если ниже, то, скорее всего, это впадины от высохших озер.

- Высохшие озера посреди джунглей, - фыркнул Добреску. - Забавно. Наверное, неплохо было бы. Но представьте себе, что это не они, - ведь тогда мы просто разобьемся.

- Да у нас и так куча способов умереть: транспортник может нас заметить... или в скалу какую-нибудь врежемся. Так что вариант с высохшим озером не самый худший, по крайней мере есть надежда.

- Я согласен с Гилясом, - сказал Роджер. - Поэтому я и обратил на них ваше внимание. Окруженные горами, без притока воды извне, озера действительно могли высохнуть. Вон, взгляните, и тут еще есть, поближе к космопорту. Видите?

Поглядев еще немного на схему, принц отложил электронный блокнот и посмотрел на пилотов.

- В общем, не знаю, согласны вы со мной или нет, но я считаю, что ориентироваться на впадины от озер - наша единственная возможность. Так что предлагаю приступить к расчетам, необходимым для торможения.

Добреску уже открыл было рот, пытаясь возразить, но Панер снова взял слово:

- Поскольку других мнений нет, считаю вопрос исчерпанным. Или у вас есть альтернативное решение?

- Нет, сэр, - немного подумав, ответил Добреску. - Но при всем уважении к вам мне не нравится сама идея: полагаясь на волю случая, мы рискуем жизнью его высочества.

- Разумеется, риск мне тоже не по душе. Но у нас нет выбора. Единственное, что должно утешать нас в этой ситуации, - мы тоже рискуем своими жизнями ради принца. Поэтому в случае фатального исхода никому из нас не потребуется держать отчет перед ее величеством.

Итак, ответственный момент наступил. Три томительных, изматывающих своей неизвестностью дня миновали. Три дня вынужденного бездействия сказывались на нервах даже опытных морских пехотинцев, не привыкших к праздности. Итак, до поверхности планеты было уже рукой подать, и приземление началось. В срочном порядке закреплялись необходимые вещи. Воодушевленные тем, что наконец-то появилось конкретное занятие, люди проворно занялись каждый своим непосредственным делом.

- Один момент... - вымолвил Джулиан, наблюдая за вхождением шаттла в верхний атмосферный слой. - И вы меня пытаетесь уверить, что это пригодный для посадки район?

- Более или менее, - улыбнулась Диспреукс. - Но вы же знаете, что на карты особо полагаться не стоит: их качество оставляет желать лучшего.

- Однако... - вымолвил Джулиан, почувствовав, что шаттл резко завибрировал.

- Что вы сказали?

- Я сказал, что это круто, черт возьми! - Шаттл опять тряхнуло. - И дернул меня черт сесть на этот корабль. Если бы мне захотелось десантироваться на вражескую планету, я бы лучше остался в шестом флоте, чем под началом здешних дебилов-командиров.

Диспреукс захихикала.

- Правда, Зевс? Вы были в шестом?

- Да, под командованием адмирала Гельмута, Черного Лорда. Вот это был характер! Одним взглядом мог испепелить.

Диспреукс внутренне сжалась, так как шаттл круто накренился:

- Похоже, вы в своей стихии.

- Как в аду! - вскрикнул Джулиан. От нарастающего рева закладывало уши.

- Вам не кажется, что мы движемся несколько быстрее обычного?

- Слишком резко! - взмахнув рукой, заорал Бан, готовый, если компьютер ошибется, мгновенно переключиться на ручное управление.

- Не трогайте ничего, - холодно скомандовал Добреску. - Просто сильная вибрация, вот и все.

- Параметры вышли из нормы, - произнес Бан. Четвертый шаттл ощутимо дрожал. Это могло означать только то, что топливо на исходе... Штурману оставалось одно: держаться из последних сил, стараясь не сбиться с курса. - У нас перегрев поверхности, особенно на крыльях!

- Да, штатные показатели превышены, - согласился Добреску, когда чип выдал ему столбик цифр. Состояние каждой системы выделялось желтым, предупреждающим цветом. Однако Добреску был не робкого десятка, к тому же свыше двух тысяч тренировочных и боевых приземлений выработали в нем непосредственное ощущение происходящего, часто идущее вразрез с идиотскими рекомендациями, приводимыми в справочниках. - Компьютер недоволен, но особенно тревожиться незачем.

- Но это же самоубийство!

- Эй, по-моему, вы первый, кто согласился лететь на высохшие озера! - ухмыльнулся Добреску. - Может быть, вы предпочли бы лучше послужить живой мишенью для транспортера? - спросил он уже спокойнее. Ответа не последовало. - Если нет, то заткнитесь и держите курс.

Рассекая с жутким ревом воздух, со скоростью, в пять раз превышающей скорость звука, шаттлы пронеслись над водами восточного океана. Но навстречу уже стремительно приближалась горная цепь, отделяющая огромное водное пространство от не менее внушительной обезвоженной пустыни. На лицах пилотов была предельная сосредоточенность и решимость. Хотя скорость ракет мало-помалу снижалась, легким покачиванием крыльев и варьированием высоты летчики старались удлинить траекторию полета, чтобы дотянуть до намеченных площадок. Чрезмерная загрузка шаттлов лишь усложняла и без того трудную задачу.

Выжимая из ракеты все возможное, штурман четвертого шаттла Том Бан обогнул последний гребень, пролетев мимо него на расстоянии хорошего прыжка в длину. Его радости не было границ.

- Bay! Вот оно. Такого сухого озера я еще никогда не видел!

Перед ним расстилалось поле сверкающей белой соли, словно зеркало отражавшей лучи ослепительного солнца класса G-9.

О том, что угрожает пилоту, рискнувшему приземлиться на соляное озеро, знали издавна, буквально с тех незапамятных времен, когда появились первые космические корабли. Обширная плоская белая поверхность являла собой прекрасную посадочную площадку, за исключением одного существенного момента - перспективы, вернее, ее отсутствия. Терялось привычное ощущение глубины, поскольку невозможно было разобрать: то ли ракета еще летит над поверхностью озера, то ли уже буравит скважину. Точный ответ могли дать только показания приборов. Инстинктивно, словно черепахи, втянув голову в плечи, пилоты быстро сообразили, что собственные домыслы могут только повредить, и полностью доверились технике. Радары и локаторы непрерывно замеряли скорость воздуха, скорость ракеты над поверхностью озера, угол крена, угол наклона- короче, несметное число самых разнообразных параметров, позволяющих корректировать направление полета. Напряжение достигло апогея. Каждый втайне молился, чтобы на пути не объявился еще какой-нибудь злой демон и не вырвал с таким трудом уже почти завоеванную победу.

Глава 15

Отстегнув шлемофон, Джулиан сделал глубокий вдох и передернулся - температура была такая, что ощущалась даже невзирая на морозильный агрегат внутри костюма.

- Ну и жара...

Проступивший было на коже пот моментально испарился. Слепящее сияние, исходившее от соляных пластов, в сочетании с несильным, но обжигающим ветром и температурой около пятидесяти градусов по Цельсию - это нечто.

- Вот оно где, счастье-то. - Джулиан невесело усмехнулся.

Подошедший капрал Руссель, закинув свой гранатомет за плечо, тоже отстегнул шлем.

- Да-а-а. Как в топке!

Собственно смотреть было не на что. Четыре шаттла, разбросанные в пределах видимости на фоне однообразно пылающей соляной массы, и возвышающиеся вдалеке горы. Полностью экипированная команда Джулиана вылезла первой. Десять человек, вооруженных специальными сканерами, разбрелись в разных направлениях. Сразу стало ясно, что никакими микроорганизмами тут и не пахнет. Была лишь соль, и ничего кроме.

Послав мысленную директиву своему чипу, Панер переключился на командную частоту.

- Капитан Панер, никаких признаков животной, растительной или разумной жизни не обнаружено. Похоже, все чисто.

- Ясно. - Голос капитана прозвучал сухо. - Понятно. Почему вы сняли шлемофон?

Сержант слегка смутился.

- Пытаемся задействовать все возможные датчики, сэр. Порой запах действует незаметнее и разрушительнее всего остального.

- Правильно, - уже спокойнее продолжал капитан. - Наденьте-ка опять шлем и расставьте часовых по периметру лагеря. Сейчас высадится экипаж третьего шаттла. Когда люди займут свои места, возвращайтесь в центр.

- Вас понял, сэр.

- Мать-перемать.

Поертена бросил ящик с гранатами в общую кучу, вытер пот с лица и огляделся. Он постарался выругаться негромко, но Диспреукс услышала его и презрительно фыркнула. Несмотря на страшную жару, она одарила его таким холодным взглядом, что Поертена внутренне съежился.

- Не волнуйтесь, - сказала она. - Разгрузка скора закончится. Тогда и отдохнете.

Оглянувшись, пинопанец посмотрел в сторону солнца. Словно раскаленная сковорода, оно неподвижно висело над линией горизонта.

- Когда же, интересно, оно заходит?

- День здесь длинный, Поертена, - с неприветливой улыбкой промолвила Диспреукс. - Тридцать шесть часов. До темноты еще около шести часов.

- Мать твою, - прошептал Поертена. - Приплыли. Разгрузка шла полным ходом - следовало поторопиться, чтобы до наступления темноты успеть оборудовать лагерь. Едва солнце зашло, температура резко упала, и уже к полуночи по местному времени был приличный минус. Перед наступлением темноты все рюкзаки были собраны, общее барахло разложено на носилках. Предстояла длинная холодная ночевка. Даже специальные герметичные хамелеоновские спальники не очень-то спасали от пронизывающего холода.

Вместе с утренним восходом солнца постепенно возвращалось и тепло, но воспоминание о давешней парилке не вселяло оптимизма.

- Что меня действительно достает - так это то, что приходится таскать все его вещи, - капрал Липинский осторожно показал пальцем в направлении, где стоял принц.

- Вообще-то, в имперском флоте я сталкиваюсь с этим впервые, - заметила Эйкен, капрал из экипажа Браво. - Хотя, впрочем, мне доводилось быть свидетелем того, как командир заставлял младших по званию таскать свои вещи.

- Да, - согласился Липинский. - Но только не в приличных подразделениях. Вы не согласны со мной?

Эйкен открыла было рот, чтобы ответить, но не успела, так как неожиданно объявившаяся Диспреукс решила созвать свое отделение. Дожидаясь, пока все соберутся, она вытащила свой баллончик с водой и с наслаждением прильнула к нему.

Запас воды полагалось иметь каждому бойцу. Шестилитровый баллон прикреплялся к ремню на спине под вещмешком и снабжался хитроумным морозильным агрегатом, работающим на примитивном динамическом приводе, то есть охлаждение жидкости происходило во время движения. Конечно, ледяной вода не становилась, но была достаточно прохладной для того, чтобы освежиться и утолить жажду.

- О, я тоже хочу, - Липинский потянулся за своим баллоном.

Дождавшись, пока Липинский и Эйкен отыщут свои доспехи, а остальные бойцы утолят жажду, Диспреукс опять призвала всех к вниманию.

- Чтобы я больше не видела никого разгуливающим без доспехов, - строго выговорила она. - И чтобы все баллоны были наполнены водой. Иначе сразу напишу рапорт. - Она снова оглядела всех и кивнула на висевшее на плече ружье. - Также я буду наказывать любого, кого застану безоружным. Про эту планету мы почти ничего не знаем, поэтому следует быть предельно внимательными: враг может притаиться где угодно. Всем все ясно?

Услышав в ответ утвердительный хор голосов, Диспреукс кивнула.

- Капитан хочет сказать всем пару напутственных слов. До отправления осталось пятнадцать минут. Наполните баллоны все, кто пока не успел это сделать, - она еще раз внимательно всех осмотрела. - Итак, давайте повторим. Мы с вами пьем?..

- Воду, - раздался нестройный хор веселых голосов.

- Когда?

- Всегда.

- Сколько?

- Много.

- И носим?..

- Оружие.

- Как?

- Не снимая.

- Прекрасно, - закончила Диспреукс, ослепительно улыбнувшись. - Смотрите не подведите меня, - добавила она, лукаво подмигнув, и направилась к Косутик.

- Итак, нам предстоит нелегкая задача, - напутствовала Косутик. - Вы, как командиры подразделений, должны четко представлять себе, какая ответственность ложится на ваши плечи. Будет тяжело, даже очень тяжело. Я знаю, что, прежде чем попасть сюда, вы и ваши подчиненные прошли огонь и воду, участвуя в сотне учебных полетов, десантирований, вооруженных столкновений. Типичный сценарий этих тренировок можно описать в двух словах: вы как снег на голову обрушивались на врага, пинали его в задницу и спокойно возвращались домой. Все предельно ясно и понятно. Все преподносилось, как говорится, на блюдечке с голубой каемочкой. Сейчас же ситуация совершенно иная. Операция может продлиться несколько месяцев. Ничего нельзя ни спланировать, ни предугадать.

- Вы должны быть готовы к тому, что люди будут страшно уставать, могут не захотеть ни есть, ни пить. Могут потерять осторожность, бдительность и тому подобное. Запомните: вы должны быть для них как мать и отец. Именно вы обязаны заботиться, чтобы личный состав не голодал, чтобы бойцы вовремя ели, вовремя пили, соблюдали правила гигиены, а главное, чтобы ни при каких обстоятельствах не вешали носа.

- А я, в свою очередь, буду следить за вами, - закончила Косутик и рассмеялась.

- Ваше высочество, вы уже пили что-нибудь сегодня утром? - поинтересовался Панер, наблюдая за тем, как принц возится со своим оружием. О нем стоит поговорить особо. Это было чисто охотничье ружье системы Паркинса и Шпенсера калибра в одиннадцать миллиметров, по праву считавшееся одним из лучших среди крупнокалиберных стрелковых ружей. Стрелять из него можно было как одиночными залпами, так и в полуавтоматическом режиме. Большие по размеру пули обладали исключительной пробивной силой и поражали цель на расстоянии до двух километров. Оптический прицел обладал пятидесятикратным приближением.

Но очевидные достоинства ружья совершенно тускнели перед его весом в пятнадцать килограммов. Кроме того, используемые пули, патрон которых изготавливался из специальных медных сплавов, невозможно было заменить какими-то другими. А это означало, что, как только боеприпасы принца истощатся, в его руках останется очень дорогая и очень тяжелая, но совершенно бесполезная палка.

Панер неоднократно пытался урезонить Роджера, уговаривая его отказаться от этого ружья, но самонадеянный юнец и слышать ничего не хотел.

- Давно уже ничего не пил, - покачал головой Роджер, придерживая рукой ствол и щелкая затвором.

- Я все же посоветовал бы вам выпить воды, ваше высочество, - проговорил Панер сквозь зубы. Он прекрасно знал, что суперчип принца постоянно контролирует внутренние резервы его организма, обеспечивая по возможности оптимальную жизнестойкость. Таким чипом не мог бы похвастаться ни один из его телохранителей. И в то же время Панер понимал, что обезвоженность организма ни к чему хорошему не приведет.

- Хорошо, что вы вспомнили об этом, - с легкой улыбкой ответил Роджер. - Через минуту я даже воспользуюсь вашим советом. Но сначала мне надо разобраться с ружьем.

- Хорошо, ваше высочество. Мы выходим через несколько минут, - Панер улыбнулся, - под палящее мардуканское солнце.

- Сейчас освобожусь, - взглянув на капитана, ответил принц. Последняя фраза Панера не произвела на принца никакого впечатления, - он в это время распихивал патроны по ячейкам своего бронежилета и вскоре стал напоминать ежика, у которого вместо колючек торчали пули.

"Да поможет нам бог", - уже в который раз подумал про себя Панер.

Глава 16

Деревья были тонкими и очень высокими. Первые солидные ветви торчали метрах в двадцати от поверхности земли. Сорока- или пятидесятиметровые гладкие стволы серого цвета венчались пышными кронами. Редкие ветки в самом низу были сломаны, и здесь же сделаны какие-то явно выраженные зарубки. Деревья торчали словно гигантские поганки.

- Нехороший знак. Странные отметины... - Роджер покачал головой.

- Извините, ваше высочество? - Элеонора переводила дух, то и дело глубоко вздыхая. Темп, выбранный Панером, был щадящим - капитан чувствовал, что ломиться вперед очертя голову по незнакомой местности не слишком разумно, и все же страшная жара подавляла всех, а тем более женщину, которая и за город-то практически не выезжала.

Отряд двигался уже около шести часов, чередуя пятидесятиминутные переходы с десятиминутными привалами. Основную часть времени отняли безбрежные соляные поля, которым, казалось, не будет конца. До гор было уже рукой подать. Стала попадаться кой-какая растительность, состоящая в основном из уже упомянутых деревьев-поганок, почему-то выщербленных внизу...

- Странные знаки, - повторял Роджер, рассеянно подставляя Элеоноре левое плечо. Принц изрядно вспотел, но особой усталости не чувствовал. Возможно, отчасти это объяснялось тем, что он нес меньше других. Но главная причина заключалась в живом интересе ко всему, что происходило вокруг. По крайней мере, происходящее нравилось ему гораздо больше, чем все, что было до этого.

- Пометки на деревьях можно объяснить двояко, - рассуждал принц. - Либо это животные, пожирающие кору, либо это какая-то разметка территории. Если это животные, то мне думается, что были бы помечены все деревья.

- М-да... - О'Кейси перевела дух. - Что же это все-таки может значить. - Она понимала, что причина должна лежать на поверхности, но жара ее совершенно доконала. Проверив свой чип, она сдержала стон. До следующего привала оставалось еще двадцать минут.

Старший сержант Косутик с интересом наблюдала за рядовым Берентом из отделения Джулиана. Третий взвод, как экипированный лучше всех, шел впереди. Берент с ног до головы был буквально нашпигован различными датчиками и фотоэлементами. В левой руке он держал установленный на максимальную дальность действия переносной сканер, чувствительность которого намного превосходила возможности обычных датчиков. До сих пор ничего подозрительного сканер не улавливал. И тут совершенно неожиданно рядовой оцепенел и поднял палец - все как один резко остановились и замерли.

- А если мы вдруг наткнемся на кого-нибудь... или на что-нибудь?.. - вымолвила Элеонора. - Оно ведь может и убить. - Она поймала себя на том, что разговаривает сама с собой.

Встроенный в шлемофон репитер позволял Панеру видеть у себя на щитке, как на экране дисплея, всю обстановку. Четверть изображения составляли добытые разведывательные данные, на двух других квадратах отображались общие данные о передвижении групп и их боевом порядке, в правом нижнем углу высвечивались текущие координаты и информация о направлении движения. Что покажет сканер - вот единственное, что поглощало все внимание командира.

Темно-коричневая тварь, неожиданно объявившаяся среди груды валунов, была ростом со слона, только несколько длиннее и массивнее. Мощная, окаймленная панцирем шея, на голове два длинных, слегка искривленных рога, назначение которых говорило само за себя. Огромные лопатки, сплошь усеянные прочнейшей чешуей. Шесть толстых коротких конечностей, мясистый хвост, которым тварь непрерывно помахивала из стороны в сторону. Если добавить к этому резкий, злобный, какой-то утробный, как из охотничьего рожка, рев, получится приблизительный портрет чудища. Капитан соображал. Конечно, видок у бестии был еще тот, но к отряду плотоядных она, по всей видимости, не относилась. Во-первых, отсутствовали клыки. А во-вторых, несмотря на ряд довольно крепких зубов, обнажавшихся, когда тварь открывала пасть, в глазах ее отсутствовал привычный злобный блеск, свойственный большинству хищников. Без сомнения, игнорировать такое соседство не стоило - мало ли что взбредет твари в голову. Очевидно было одно: признаков агрессии она не проявляла, а значит, нападать на людей не собиралась.

- Всем, всем, всем, - произнес Панер, переключившись на общую волну. - Не стрелять. Это травоядное. Еще раз повторяю: не стрелять!

Из-за небольших помех голос Панера звучал немного приглушенно, но смысл сообщения и интонацию, с которой оно было произнесено, Роджер уловил четко. Затаив дыхание, принц пожирал глазами чудовище. Поражали лапы - перепончатые, когтистые, как у огромной плотоядной жабы. К тому же размеры гадины и ее внешний вид сразу же натолкнули Роджера на мысль, что отметины на деревьях - ее лап дело. Принц также чувствовал, что, скорее всего, перед ним разновидность какого-то травоядного. Вряд ли тварь присутствует в единственном числе, наверняка она из какого-то стада себе подобных, грызущих деревья, чтобы отметить границы своей территории. Последнее обстоятельство делало животное в глазах принца весьма опасным. Позволить гадине, словно буйволу из сказки, безнаказанно разгуливать вокруг и нападать на них? Ну нет! Принц уже был готов стереть в порошок все стадо.

Приставив приклад к плечу, Роджер глубоко вздохнул. Так, прицеливаемся... нажимаем на курок...

У Панера от удивления отвисла челюсть, когда он увидел, как громадная животина с жутким скрежетом, подняв облако пыли и гравия, стала валиться набок. От удара даже земля под ногами завибрировала. После непродолжительной, но мощной конвульсии тварь затихла.

- Кто посмел, черт возьми, - злобно прогремел Панер. - Кто стрелял, я спрашиваю?!

- Должно быть, его высочество, - вставил ухмыляющийся Джулиан.

Пропустив мимо ушей явную иронию командира отделения, Панер резко обернулся к принцу. Из опущенного ствола еще курился дымок. Протерев запотевший щиток шлемофона, Роджер взглянул Панеру в глаза.

Подойдя к принцу вплотную, Панер переключил коммутатор на командную частоту, не позволявшую кому бы то ни было прослушивать их конфиденциальную беседу.

- Ваше высочество, позвольте сказать вам пару слов.

- Конечно, капитан Панер, - язвительно ответил принц.

Оглянувшись вокруг и убедившись, что никто не подслушивает, Панер продолжал:

- Ваше высочество. Можно задать вам один вопрос?

- Ну разумеется, капитан Панер...

- Если позволите, ваше высочество, - Панер задыхался от бешенства. - Могу... я... задать... вам... один... вопрос?

- Да.

- Вы хотите живым вернуться на Землю?

Роджер помолчал, прежде чем ответить.

- Это угроза?

- Нет, ваше высочество. Это вопрос.

- Тогда, само собой, да, хочу, - кратко ответил принц.

- Так вот, зарубите себе на носу раз и навсегда, что мы сможем выжить лишь в том случае, если вы прекратите соваться не в свое дело и гадить в самый неподходящий момент!

- Капитан, я вас уверяю...

- Замолчите! Замолчите сейчас же! Вы вправе уволить меня по возвращении на Землю! Можно было бы, конечно, связать вас по рукам и ногам и тащить всю дорогу, но это лишний груз, и я этого не сделаю. Вам следует понять, в конце концов, что мы не на безобидной лесной прогулке, где можно стрелять во все подряд, без всяких последствий. Когда до вас дойдет, что нас совершенно запросто могут убить? И тогда я не смогу до конца выполнить возложенную на меня миссию и передать вас вашей мамочке в целости и сохранности. Так что если вы не уйметесь, то, поверьте мне, я вас живо утихомирю и доставлю в космопорт даже в бессознательном состоянии. Надеюсь, теперь вам все ясно?

- Да, - спокойно ответил Роджер. Он понимал, что не сможет доходчиво объяснить взбешенному Панеру, что заставило его поступить именно так.

Не произнося ни слова, Панер оглядывал унылую равнину. Он хорошо знал, насколько обманчивой бывает эта кажущаяся безжизненность. Едва заметные глазу впадины, расщелины могут скрывать десятки, сотни нежданных врагов или хищников. Неожиданность могла подстерегать всюду. На протяжении всего пути, грозящего затянуться на несколько месяцев, необходимо быть предельно осторожными и бдительными. Все пехотинцы, в отличие от опекаемых ими гражданских, очень хорошо это знали. Панер покачал головой и переключился на широковещательную полосу.

- Так, внимание. Двигаемся дальше.

"Да... просто замечательно, - размышлял между тем командир. - Это же надо с самого начала такое отчебучить. Только этого всем и не хватало..."

- О-хо-хо... - прошептал Джулиан в свой микрофон. - Полагаю, что принц сам себя наказал.

- Держу пари, что Панер даже не поинтересовался, почему он выстрелил, - заметила Диспреукс.

- Он знает, почему Роджер выстрелил, - выпалил Джулиан. - Большой скверный охотник заметил огромного зверя. Самое время опробовать свое новое ружье.

- Может быть, - согласилась Диспреукс. - Но он и в самом деле охотник на большого зверя. Это его хобби. А возможно, еще он знал что-то такое, о чем Панер и не догадывался.

- Мне кажется, ему просто нравится убивать, - рассудительно заметил Поертена. Подойдя наконец вплотную к туше убитого зверя, они смогли внимательнее его рассмотреть. - Да, такой трофей, я думаю, - мечта любого охотника.

Диспреукс взглянула на пинопанца. Огромный рюкзак, висевший на спине у Поертены, делал его похожим на муравья, несущего огромный валун. Но, несмотря на это, он шел за ними так тихо, что она и не замечала его присутствия.

- Вы правда так думаете?

- Конечно. Я не раз слышал о его охотничьих трофеях, которыми уже уставлен целый зал, - Поертена глотнул воды. - Он любит убивать, - повторил он.

- Может быть, - снова вымолвила Диспреукс и вздохнула. - Но раз так, полагаю, он мог бы чему-нибудь и научиться. Например, сохранять выдержку.

- Я думаю, долго ждать не придется. При первом же контакте... - успел проговорить Джулиан.

- Контакт! - возвестил Берент.

Глава 17

Косутик выхватила ружье.

- Какой-то гуманоид, покрытый пеной, - прокомментировала она, подойдя к Беренту.

- Следите внимательнее!

- Появился неизвестно откуда, - добавил Берент. - Больше ничего конкретного сканер не показывает.

- А глаза ваши для чего?! - резко бросил сержант Джин. Взглянув на пенистого, спокойно стоящего в отдалении, он вздрогнул от неожиданности.

По человеческим меркам мардуканец выглядел великаном, высота в два с половиной метра впечатляла. В одной руке он держал огромный щит в форме восьмерки, на плече лежало длинное копье. Голову гуманоида покрывал странный балдахин, напоминавший широкополую шляпу, по-видимому служивший в качестве зонта от дождя или солнца. Слизь, покрывавшая все тело, поражала больше всего. При такой жаре она, в основном, очевидно, состоявшая из воды, сотни раз должна была испариться. Как туземец умудрился выжить, дойдя до границы соляных полей, оставалось загадкой. По идее, он давно должен был умереть от обезвоживания организма.

Резким движением вскинув ружье на плечо, Косутик сразу стала походить на гуманоида, разве что вместо копья у нее было более серьезное оружие. Подойдя к трем бойцам, окружившим чужестранца, она вытянула руку ладонью вперед. Гуманоид воспринял этот жест как сигнал подойти поближе.

Махнув рукой в сторону лежащей твари, мардуканец что-то невнятно пробормотал. По всей видимости, он выражал недовольство, что убили его любимое животное, либо, напротив, радость, что спасли ему жизнь. Так или иначе, смысл произнесенной фразы оставался неясен, поскольку косутиковский чип не смог достойно ее перевести. Очевидно, распознать диалект незнакомца чипу было не под силу, несмотря на заложенные в него пять сотен базовых слов.

- Мне срочно нужна О'Кейси, - громко произнесла Косутик в свой головной микрофон.

- Мы уже идем к вам, - ответил Панер, - вместе с его высочеством.

Косутик опять протянула вперед руку и поглядела через плечо. Два ружья и плазменная пушка в руках бойцов по-прежнему были направлены на аборигена, который, правда, не проявлял признаков агрессии. Издали приближалась группа людей. Миниатюрную О'Кейси было почти не видно за объемными скафандрами Панера и Роджера. Вокруг принца, почти вплотную к нему, двигались телохранители из второго взвода, готовые, если потребуется, изрешетить все живое.

Элеонора О'Кейси не относилась к числу профессиональных лингвистов. Помимо специально разработанных чипов настоящие лингвисты обладали несомненным языковым чутьем, талантом, позволяющим им многократно повысить качество перевода. О'Кейси же приходилось пользоваться уже готовым программным обеспечением. Конечно, не последнюю роль должны были сыграть ее обширные биологические познания в области представителей мыслящих гуманоидов. И все же задача ее была не из легких.

К примеру, в районах, окружающих космопорт, знаком, призывающим приступить к переговорам, обычно служили четыре сплетенные руки. Помимо того, что и тут существовали свои нюансы, с трудом поддававшиеся истолкованию, имелась очевидная заковыка: рук у людей было всего две...

Д'Нал Корд изучал стоящее перед ним низкорослое существо. Все представители этого племени походили на бесиков, поскольку имели по две руки, были невысокого роста и, по всей видимости, физически довольно слабые. Возникало, правда, странное чувство, будто все они сливаются с окружающим фоном, словно являются его неотъемлемой частью. Вероятно, это объяснялось их странной одеждой, но все равно сильно сбивало с толку. С другой стороны, их оружие (или магия?), позволившее им убить эту тварь, бесспорно свидетельствовало о незаурядной силе.

Существо поклонилось ему, по-видимому, в знак приветствия и что-то пробормотало, издав странный гортанный звук.

- Я ищу того, кто убил эту флет-ке, - пояснил Корд, кивнув на лежащую скотину. Эти животные днем обычно прятались от невыносимого зноя среди холмов. Сам абориген тоже, похоже, измучился от невыносимого зноя и сухости, да и возраст давал себя знать. Выжил Корд по счастливой случайности, так как этот буйвол не решился напасть на него в одиночестве. Будь этих тварей больше - ему бы не сдобровать. И вот, слава богу, тварь убита.

Корд медленно проговорил еще раз:

- Я... ищу... того... кто... убил... эту флет-ке.

Элеонора дотронулась рукой до груди:

- Я... Элеонора. - Она взглянула на мардуканца в надежде, что тот ее понимает.

Пенистый опять что-то пробурчал в ответ. Похоже, он был сильно возбужден. Это пекло кого угодно сведет с ума. Неожиданно ей пришла в голову идея.

- Капитан Панер, - обернулась она к командиру. - Диалог может затянуться. Нельзя ли устроить какой-нибудь навес от солнца?

Панер оценил высоту светила над поверхностью и сверился со своим чипом.

- День продлится еще три часа. Нам рано разбивать лагерь для ночлега.

Элеонора попыталась было протестовать, но Роджер жестом остановил ее и обернулся к Панеру.

- Нам следует поговорить с этим человеком, - принц кивнул на пенистого. Но мы не сможем это сделать, если парень умрет от испепеляющего жара.

Панер глубоко вздохнул, огляделся вокруг и вдруг сообразил, что замечание принца пришло на командной частоте. Значит, принц уже в курсе. Тем не менее он не прав.

- Если мы пробудем здесь дольше положенного, нам может не хватить воды. Необходимо добраться до низины, чтобы восполнить свои запасы.

- Мы должны поговорить с ним, - уверенно повторил Роджер. - Мы потратим для этого столько времени, сколько необходимо Элеоноре.

- Это приказ, ваше высочество? - спросил Панер.

- Нет, это резонное предложение.

- Извините. - Элеонора не могла слышать их препираний, но почувствовала, о чем идет речь. - Я не собираюсь болтать всю ночь. Если вы в состоянии соорудить какой-нибудь навес, дать человеку напиться и освежиться, то, я думаю, беседа не отнимет много времени.

Принц с Панером посовещались. Наконец Панер повернулся к Элеоноре.

- Хорошо.

Несколько пехотинцев вышли вперед и оперативно натянули большой тент. Температура воздуха внутри, естественно, не сильно отличалась от наружной, но, после того как побрызгали водой на стенки, испарившаяся жидкость охладила воздух, слегка повысив его влажность. Конечно, ожидать ощутимого облегчения было глупо, но мардуканец все же почувствует себя лучше.

Войдя внутрь сооружения, Корд вздохнул. Здесь было не только несколько прохладнее, но, главное, не так сухо, как снаружи. Он кивнул (естественно, по-своему) коротышке-переводчику и двум существам ростом чуть повыше, напоминавшим своей странной плотной оболочкой громадных жуков.

- Искренне благодарю. Здесь намного приятнее. Он также заметил еще двух существ, стоявших сзади.

Странное оружие, которое они держали в руках, было направлено на него. Ситуация не особенно его удивляла, поскольку ему не раз доводилось видеть телохранителей, оберегающих городских магнатов. Единственное, что он хотел бы выяснить, кто из них главный.

- Я Элеонора, - повторила О'Кейси, показывая на себя. Затем весьма осторожно показала на мардуканца. Дело в том, что в некоторых культурах тыкание пальцем считалось весьма недружественным жестом.

- Д'Нал Корд... - Остаток фразы разобрать было невозможно.

- Флет-ке - спросила Элеонора, надеясь на более вразумительную реакцию.

- Я... известно... флет-ке... убить.

- Вы хотите узнать, как было убито это животное? - спросила она с интонациями, максимально приближенными к местному диалекту. По крайней мере, "максимально" с точки зрения ее чипа.

Хотя известных слов стало больше, понимать мардуканца было очень тяжело.

- Нет, - сказал туземец. - Кто убил эту флет-ке? Вы?

- О нет, - ответила Элеонора, показывая на Роджера. - Это Роджер. - Она вдруг замерла, так как сообразила, что как бы подставляет принца. Ведь пока неизвестно, Я как мардуканец расценивает это убийство.

Роджер нажал на кнопку, чтобы можно было отчетливо видеть его лицо за маской шлемофона.

- Это я, - сказал он. В его чип была загружена, естественно, та же самая программа, что и у О'Кейси, позволявшая ему, по крайней мере, понимать все то, что понимала Элеонора. Поскольку процессор чипа у принца значительно превосходил по быстродействию процессоры всех членов экипажа, Роджер не без основания надеялся, что его самообучающаяся программа за тот же самый отрезок времени достигнет гораздо большего прогресса, чем у Элеоноры. Он, например, даже не сомневался в том, что вот-вот постигнет основы мардуканского языка.

Гуманоид выглядел немного расстроенным, но, по всей видимости, не сердился.

Корд направился к Роджеру, немного помедлил, почувствовав напряжение стоявших сзади охранников, затем осторожно положил руку принцу на плечо.

- ...Брат... жизнь... быть обязанным... долг...

- О, черт! - вырвалось у Элеоноры.

- Что? - спросил Роджер.

- Мне кажется, - фыркнула О'Кейси, - что он намекает на то, что вы спасли ему жизнь и становитесь таким образом его кровным братом.

- Бог мой, - вымолвил Панер.

- Что? - повторил Роджер. - Что же в этом плохого?

- Может быть, и ничего, ваше высочество, - кисло заметил Панер. - Просто в большинстве культур - а эта вряд ли является исключением, - так вот, в большинстве культур это может оказаться серьезным делом. Иногда это может означать, что брат обязан стать членом племени. Как в поговорке: "око за око, зуб за зуб".

- Ну, мы, возможно, и так движемся по направлению к этому племени, - заметил Роджер. - Это же так романтично. Представьте себе: я буду пить оленью кровь или что-нибудь в этом роде. А затем мы пойдем дальше. Замечательная история - будет что рассказать в клубе.

Элеонора покачала головой.

- Ну а представьте себе, что вас вынудят остаться в этом племени, или еще что-нибудь похуже...

- Ну... Тогда... О...

- Вот почему вам не следовало стрелять без крайней необходимости, - заметил Панер.

- Ладно, сейчас я попробую найти выход из положения, - сказала О'Кейси.

- Прекрасная возможность, - проворчал Панер.

- Начальник Роджер... сожалеет... уважение. Путешествие... путь... пройти...

Корд засмеялся.

- Ну, я также не слишком обрадован тем, как все вышло. Я разыскивал очень важную для меня персону, когда этот юноша дерзнул спасти мою жизнь. Способны ли вы, люди, постичь это, достаточно ли вы тонки для этого? Не волнуйтесь. Похоже, мне, подобно вездесущему демону, придется следовать за ним до конца моей жизни. Но, мне кажется, отпущенных дней осталось немного.

Понаблюдав, как его невысокий оппонент мучается с переводом, Корд сделал нетерпеливый жест рукой.

- Ваш тент замечателен, но следует поторопиться, чтобы успеть дойти до деревни раньше, чем появятся ядэны. Хоть вы и одеты в кожу, очень напоминающую кожу этой твари, все же в убежище безопаснее. Можно было бы разрезать эту скотину и использовать ее как укрытие, но боюсь, что в этом случае мы можем не успеть.

- Я думаю, он сказал...

- Он, кстати, заметил, что нам следует поторопиться, - со смехом подытожил Роджер.

- Я почти ничего не смогла перевести, - Элеонора покачала головой. - Использованная лексика почти полностью выходит за рамки общеупотребительных слов. Да и программа перевода несовершенна. Есть реальные проблемы с грамматикой. - О'Кейси украдкой посмотрела на обнаженного мардуканца и отвела взгляд.

- А я почти все понял, - сказал Роджер. - Мне, наверное, удалось настроиться на него или что-то в этом роде. Он сказал, что лучше уходить отсюда, иначе может случиться неприятность.

- Что же он имел в виду? - спросил Панер.

- Он назвал это ядэном. Я думаю, что это имеет какое-то отношение к ночи. - Принц повернулся к мардуканцу и попытался с помощью чипа подстроить тембр голоса.

- Что такое ядэн? - спросил Роджер гуманоида.

Принц неожиданно обнаружил, что программа-переводчик в некоторых случаях дает ему ответы в форме необычных мимолетных образов, складывающихся на основе нюансов окружающей обстановки, характерных жестов мардуканца и известных слов. Когда слово или фраза имели точные аналогии, программа отключала проговаривание вслух, просто подменяя фразу соответствующим переводом. В данном же случае, когда полной ясности не было, программа-переводчик жонглировала образами, пытаясь воздействовать на интуицию, и, как ни странно, это срабатывало. Принц даже развеселился.

- Он говорит, что ядэны - это вампиры.

- Ого! - вырвалось у Панера.

- Да, он весьма красноречиво говорит об этом, - заметила Элеонора, кивнув головой в знак согласия. - Да, похоже, вы правы, ваше высочество. Именно вампиры. А у вас неплохо получается, Роджер.

От удовольствия принц расплылся в улыбке - нечасто его баловали комплиментами.

- Вы же знаете, у меня склонность к языкам.

- Итак, пенистый полагает, что нам пора идти? - спросил Панер, привыкший действовать, а не рассуждать.

- Да, - холодно ответил Роджер, так как обидное прозвище "пенистый" начинало резать ему слух. - Какие-то неприятности могут возникнуть именно ночью. Поэтому он и просит поспешить в его деревню, чтобы успеть до темноты.

- По-видимому, дело нешуточное, - соображал Панер. - Но мы еще не дошли до леса, да и по лесу еще приличный отрезок. Вряд ли мы успеем до ночи подняться на хребет.

- Однако он считает, что мы в состоянии это сделать, причем без особых проблем, - вставила Элеонора.

- Может, он и прав, - ответил Панер. - Но если так, то его деревня должна быть гораздо ближе, чем мы думаем.

- Одним словом, пора отправляться, - сказал Роджер.

- Согласен. Сейчас только прикажу снять тент.

- Хотите? - Роджер протянул мардуканцу трубку от питьевого баллона. - Вода!

В базе данных перевод этого слова отсутствовал, поэтому принц использовал стандартный межгалактический термин. Чтобы стало понятнее, Роджер сделал небольшой глоток, а затем плеснул несколько капель себе на ладонь, показав ее мардуканцу. Корд наклонился вперед и сделал пару жадных глотков. Благодарно кивнув Роджеру, он указал рукой на тент.

- Да, конечно, - смеясь сказал Роджер. - Я вижу, мы уже прекрасно понимаем друг друга.

Довольно быстро стало ясно, почему расходились мнения Корда и Панера относительно продолжительности пути. Корд шагал словно в сапогах-скороходах, что было немудрено при таком росте. Для многих такой темп оказался чрезмерным. Пехотинцы, шедшие почти налегке, летели за ним вприпрыжку, но Мацуга, О'Кейси и несколько пилотов оказались неспособны на такой подвиг. Когда солнце скрылось за вершинами гор, группа пробиралась уже по довольно узкому горному ущелью. Опасения мардуканца все усиливались, но зато переводить его речи становилось все проще и проще.

- Принц Роджер, - сказал Корд. - Нам следует поторопиться. Ядэны высосут всю нашу кровь, если найдут нас. Лишь на мне защитная одежда, - он показал на свою кожаную накидку. - У вас есть такие же?

- Нет, - ответил Роджер. Ухватившись руками за громадный булыжник, он подтянулся и пролез наверх. С высоты открывшейся панорамы принц увидел всю процессию, растянувшуюся на несколько сотен метров. Хвост ее был едва различим где-то в самом начале узкого каньона, а голова уже подбиралась к вершине. Каньоны попадались нечасто, но их преодоление сильно тормозило движение. Продираться все время вверх, между камнями, с тяжеленным грузом было непросто. Группа почти сливалась с ландшафтом - лишь отсвечивали установленные на некоторых рюкзаках солнечные батареи и изредка посверкивали орудийные стволы. Несладко приходилось бойцам с носилками, каждый миг рисковавшим уронить неуклюжий и громоздкий багаж.

- У нас не предусмотрено большого тента для каждого участника. Но у нас есть другие чехлы. К примеру, у каждого своя персональная палатка. А они большие, ваши ядэны! Очень кровожадные, что ли?

Корд задумался, очевидно подбирая точные слова.

- Да нет, пожалуй, большими или особо жестокими их не назовешь. Они скрытные. Проникают в лагерь, полный народу, выбирают себе одну-две жертвы, расправляются с ними, а затем высасывают всю кровь.

Роджера передернуло.

- Для таких случаев у нас надежная охрана.

- В этой долине их полным-полно, - Корд обвел вокруг рукой. - Это хорошо известный факт, - добавил он.

- О, круто!- Роджер проворно спрыгнул с валуна. - Мы в долине вампиров.

Глава 18

Ветер дул несильно, но постоянно - воздух, изнуряюще горячий днем и холодный ночью, непрерывно тянуло с высоких гор в сторону лесного массива.

Глядя с высоты хребта на колыхавшиеся далеко внизу кроны деревьев, Панер уже, наверное, в шестой раз мысленно возвращался к принятому решению заночевать на перевале.

Корда не особенно волновало место, где будет разбит лагерь. Он лишь твердил, что если они решатся пойти дальше в сгущающихся сумерках, то подпишут себе смертный приговор.

Неподвижно сидя у огня, Корд походил на изваяние. Но его молчание не обижало Панера - пенистые относились к холоднокровным и, значит, с наступлением холода цепенели, словно впадали в анабиоз.

Капитан в задумчивости почесал подбородок, прикидывая, что же, собственно, удалось выведать у туземца. Панер хоть и неохотно, но вынужден был признать, что принц проявил недюжинные способности, общаясь с туземцем, и что время, затраченное на установление контакта, не имело в конечном счете такого уж большого значения. Панер, конечно, отнюдь не собирался объявлять это вслух Роджеру... или О'Кейси. Командир должен быть один, и особенно в критических ситуациях типа этой. В общем, что бы там ни говорил табель о рангах, но Панер не доверил бы этому "полковнику", его высочеству принцу Роджеру, даже возглавить какую-нибудь пивную вечеринку.

В глубине души Панер уже досадовал на себя за недавнюю бешеную вспышку раздражения, хотя она и была искренней. Он сожалел о словах, которых уже не вернешь, но не потому, что не хотел, чтобы так вышло, и даже не потому, что этот разговор тет-а-тет мог потенциально повлиять на его, капитана Арманда Панера, карьеру (хотя вопросы продвижения по службе стояли у командира далеко не на последнем месте). Нет. Он просто расценивал свое поведение как непрофессиональное.

С другой стороны, невыносимая заносчивость принца, сочетавшаяся с крайней беспечностью, невольно приучили Панера не воспринимать Роджера всерьез, и потому очевидный успех принца просто не укладывался у капитана в голове.

Так или иначе, неожиданная помощь Корда пришлась весьма кстати, по крайней мере для осуществления их ближайших планов, а содействие Роджера становилось просто незаменимым. Выходило, что мардуканец, скорее всего, вождь или шаман какого-то племени, к которому они направляются, и Роджер оказывался весьма ценным посредником в общении с туземцами.

Размышляя таким образом, Панер прогуливался вдоль границ лагеря, втайне надеясь, что кто-то или что-то возникнет вдруг на его пути и прервет невеселый ход его мыслей. Тогда, по крайней мере, он займется наконец своим непосредственным и привычным делом. Пока все было в порядке: мины направленного действия установлены, лазерные и температурные детекторы расставлены в критических точках. Просочиться сквозь такую защиту смог бы либо человек-невидимка, либо какая-нибудь тварь размером с комара. Завершив обход, Панер подошел к Косутик - старший сержант держала в руках перекинутую через плечо портативную панель управления.

- Включайте, - скомандовал Панер. Косутик щелкнула рубильником. По мере активизирования каждого датчика и каждого вида оружия на панели появлялась соответствующая иконка. Сверив контрольные цифры, Косутик удовлетворенно кивнула Панеру.

- Внимание всем, - громко доложил Панер по общей трансляции. - Охранная система включена. Если необходимо вынести мусор или оправиться, пользуйтесь отхожими местами.

Отхожие места, или уборные, собственно, как и все остальное в лагере, полностью соответствовали требованиям организации временного привала на территории врага. Отхожие ямы выкапывались со стороны, обращенной к лесу. Кроме того, каждой паре участников вменялось в обязанность выкопать свой личный окоп, в котором они будут спать. Хотя такие двухметровые траншеи были не очень удобны, они гарантировали относительную безопасность. Участники, непосредственно не входившие в оперативную группу защиты (например, Роджер или О'Кейси), устанавливали собственные палатки, рассчитанные на одного человека. Палатки располагались внутри территории, обнесенной со всех сторон траншеями.

Охрану и наблюдение предполагалось вести всю ночь - бойцы должны были сменять отправлявшихся ко сну. Подобная система, призванная повысить безопасность людей, давно с успехом применялась во всех известных армиях.

- Ну, как там народ, старший сержант? - поинтересовался Панер.

- Волнуются, - призналась Косутик. - Женатые - в особенности. Все понимают, что вероятность вернуться живыми-здоровыми крайне мала. Кто же позаботится об их семьях?

- Сообщите, что при удачном возвращении на Землю всех повысят в должности и каждому выплатят приличное вознаграждение.

- Слишком рано еще об этом думать, - заметила Косутик. - Пережить эту ночь и то большое достижение. Не нравятся мне эти ядэны. А этот пенистый громила спокоен как мамонт.

Панер молча кивнул - мардуканец ему тоже действовал на нервы.

-Просыпайся, Вилбер, - капрал Д'Эстрис постукивала ружьем по ботинку гренадера. - Ну давай же, бездельник. Пора вставать.

По местному времени уже перевалило за полночь, и желание прикорнуть хоть на пару часов заглушало все остальные мысли. Вилбер был ее сменщиком - так они и чередовались с самого захода солнца. Однако становилось все холоднее и холоднее. Никаких особенных событий за время дежурства не происходило. Периодически тишину нарушали еле различимые шорохи в лесу под горой. В общем, ничего опасного. Света от двух лун, висевших над линией горизонта, было вполне достаточно, чтобы свободно ориентироваться. Эти бесконечные часы ожиданий и наблюдений, перемежающиеся невеселыми думами о том, в какой заднице они оказались... Однако сейчас очередь Вилбера, и палатка зовет ее спать. Черт, ну как же разбудить этого лежебоку?

Гренадер спал как убитый в палатке, представляющей собой спальный мешок, опоясанный трубчатым тентом. Но почему-то лежал он не в окопе, а наверху, в метре от ямы. Интересно, а засыпал он где? В окопе или... В конце концов Д'Эстрис все это надоело. Схватив Вилбера за голову, она потащила его из палатки, а затем откровенно посветила в глаза фонариком.

При первом же вскрике Роджер резко вскочил на ноги. Но лучше бы он этого не делал - по крайней мере, обошелся бы без синяков. Два пехотинца в ту же секунду схватили его и бросили обратно на землю. Пока он соображал, что, собственно, происходит, еще три дюжих молодца уселись ему на грудь, а остальные встали вокруг, держа оружие наперевес.

- Выпустите меня, черт вас дери! - завопил принц, но безрезультатно. Ему опять в полной мере демонстрировали, что его власть не выходит за определенные границы. Не оставив принцу никаких шансов, телохранители пропускали мимо ушей его яростные угрозы. В конце концов пришлось смириться - и его разобрал нервный смех.

Через несколько минут его так же неожиданно освободили. Дружелюбно отшучиваясь, солдаты встали, и чья-то рука помогла принцу подняться. Было темно, как в подземелье. Подивившись вновь, почему его вдруг отпустили, Роджер обнаружил, что на голову ему уже надет шлемофон и к маске подключены световые усилители. В дверях палатки появился Панер.

- У нас ЧП! - Голос командира был усталым. - Вампиры вашего друга посетили-таки нас.

Гренадеру, уроженцу Нового Оркнея, было двадцать два года. При росте в сто семьдесят сантиметров он весил около девяноста килограммов, а его веснушчатые руки были густо усеяны светло-рыжими волосами.

Однако сейчас он больше походил на обтянутый кожей скелет.

- Что бы это ни было, - начала Косутик, - но оно выпило всю кровь жертвы, до последней капли. - Расстегнув хамелеоновскую куртку, она указала на два рубца на животе. - Видите артерии? -добавила она, повернув голову гренадера так, чтобы стали видны еще две отметины на шее. - Два прокола, явно от зубов. Зубы похожи на человеческие, может быть, немного уже.

Панер повернулся к Д'Эстрис, сменщице убитого. Девушка стояла мертвенно-бледная.

- Так, расскажите, пожалуйста, все по порядку. - Командир, как всегда, старался владеть собой.

- Я ничего не слышала, сэр. Также ничего не было видно. Я не спала. За все это время Вилбер не издал ни звука, да и вообще не припомню какого-либо шума.

Девушка явно колебалась.

- Я... я, возможно, кое-что слышала, но это был такой слабый звук, что я даже не придала ему значения. Это скорее напоминало тест для проверки слуха, когда точно не знаешь, услышал что-либо или нет.

- Что же это могло быть? - вопрошала Косутик, обследуя внутренность палатки. Какое-то существо умудрилось проскользнуть в нее и затем выползти, не издав при этом ни звука.

Эти специализированные небольшие походные палатки, рассчитанные на одного человека, по форме напоминали обычные многоместные. Несмотря на малый размер, внутри было достаточно места, чтобы разместиться бойцу вместе с необходимым скарбом. Кто же убил гренадера и не оставил при этом совершенно никаких следов?

- Это... очень похоже на... летучую мышь, - осторожно заметила девушка. - Просто ничего больше в голову не приходит.

- Летучая мышь... - повторил в задумчивости Панер.

- Да, сэр, - продолжала Д'Эстрис. - Мне показалось, что я услышала шорох, очень похожий на шум крыльев. Я огляделась, но ничего не заметила. - Девушка помедлила и взглянула на сосредоточенные лица командиров. - Я понимаю: возможно, это звучит странно...

Панер кивнул и огляделся.

- Замечательно. Всего лишь летучая мышь. - Он глубоко вздохнул и опять посмотрел на тело. - Говоря откровенно, капрал, все же, наверное, это было существо из другого мира, о котором мы ничего не знаем?

- Заверните тело, - сказала Косутик. - Утром мы похороним его с надлежащими почестями.

Тела умерших бойцов полагалось сжигать, чтобы не таскать с собой лишний вес. После кремирования пакет с останками сворачивали в трубочку так, что он становился похожим на легкий и компактный спальный мешок.

- Летучая мышь, - продолжал бормотать Панер, качая головой.

- Не переживайте так сильно. - Гиляс положил руку на плечо Д'Эстрис. - Мы на чужой планете. Возможно, здесь действительно есть кровососущие крысы - кто его знает. - Лейтенант вырос в горах Колумбии, где к летающим кровососам давно привыкли. - На Земле попадаются летучие мыши куда страшнее...

- Возможно, это самые настоящие вампиры, - неуверенно проговорила девушка.

Утро не сулило облегчения. Изматывающие ночные переживания сменились не менее тягостным ожиданием неизбежной жары: неумолимое светило уже простирало свои щупальца-лучи. Отдав должное погибшему и свернув лагерь, процессия двинулась дальше - вниз, в долину, в лесистые дебри предгорья.

Маршрут проходил по западной окраине горной цепи. Дорога шла высоко над уровнем моря. Роджер опять оказался рядом с Кордом. Вышли ранним утром, когда было еще довольно прохладно. Из-за низкой температуры мардуканец шагал медленно - холоднокровные вообще не приспособлены к холоду. Но мало-помалу день набирал силу, солнце уже выглядывало из-за горных вершин, неся с собой привычную жару. Шаман, окончательно проснувшись, оживал на глазах. Принц даже услышал, как мардуканец смеется.

- Наконец-то оставляем эти чертовы горы, - восклицал туземец.

Дорого неуклонно спускалась вниз. Когда миновали зону облаков, влажность резко повысилась. В сочетании с невыносимой жарой атмосфера напоминала парную баню, что, естественно, не поднимало настроения.

Крутой спуск плавно перешел в небольшое плато, и принц смог не торопясь рассмотреть открывавшуюся внизу панораму. На образование долины повлияли, скорее всего, два фактора: сточные воды и последующее оледенение. По-видимому, определенный геологический период планеты характеризовался значительно более низкими температурами. Открывавшаяся взгляду долина была великолепна.

В центре ее красовалось небольшое прелестное озерцо, площадью в полгектара, куда с окрестных скальных стен стекали многочисленные ручейки. Просматривался также главный, довольно высокий, многоярусный водопад, исток которого скрывался где-то высоко в облаках. Пользуясь моментом, бойцы уже успели наполнить баллоны водой, оказавшейся не только кристально чистой, но и достаточно холодной.

Верхнюю и нижнюю оконечности долины окаймляли так называемые морены, небольшие нагромождения камней, оставшиеся, по всей видимости, с ледникового периода. Верхняя морена словно предназначалась для постройки на ней роскошной виллы, с потрясающим видом на озеро и лес. Ступенчатые скальные стены, окружавшие долину, возникли, очевидно, в результате горообразования, а многочисленные пласты когда-то очень-очень давно были частью морского дна. Роджер сразу приметил богатые залежи каменного угля и железных руд. Долина, очаровательная сама по себе, таила неиссякаемые запасы ценнейших месторождений.

Корд, пожалуй, единственный, кто не разделял восторги чужестранцев, заметив, что подобная долина для любого пенистого - мрачный круг ада.

- Ну, я не знаю, - возражал принц. - Лично мне здесь нравится. Я очень люблю горы: они раскрывают душу планеты - конечно, если ты знаешь, что ищешь.

Тьфу, - фыркнул Корд. - Чем это место так приятно для людей? Пищи нет, жуткий холод, сухость, как после пожара. Тьфу!

- На самом деле, - не соглашался Роджер, - для геологии это просто находка.

- Что такое "геология"? - спросил шаман, направляя копье в сторону скал. - Дух камня? Или что?

Теперь уже Роджер не выдержал и засмеялся. Он уже сдернул с головы свой шлем и с наслаждением оправлял волосы. Завязав их пучком, принц стал выглядеть гораздо симпатичнее. Однако вопрос мардуканца его заинтриговал.

- Это скорее изучение скал. Во время учебы в колледже меня очень интересовала геология. - Роджер вздохнул и поглядел на неотступно следовавших за ним телохранителей. - Если бы я не был принцем, то, наверное, стал бы геологом. Бог не даст соврать, я всегда этим увлекался.

Корд рассматривал его какое-то время.

- Рожденные вождями не могут быть шаманами. А шаманы, в свою очередь, не могут стать охотниками.

- Почему бы и нет? - возмутился Роджер, неожиданно потеряв контроль над ситуацией и замахав руками в сторону плетущихся сзади людей. - Я просто никогда не просил об этом! Если я захочу... я... ну... я не знаю, что бы я сделал. Но все равно было бы по-моему! Не будь я его королевским высочеством принцем Роджером Рамиусом Сергеем Александром Чангом Макклинтоком!

Корд с высоты своего роста поглядел пару секунд на макушку головы юного вождя, видимо, решаясь на что-то, затем выхватил из-за пояса нож. Тут же синхронно щелкнули несколько затворов - полдюжины ружей нацелились на Корда. Не обратив на это никакого внимания, туземец подкинул нож вверх, поймал его за длинное лезвие и ощутимо стукнул принца кожаной рукоятью по голове.

- Ох! - Роджер схватился за голову и с испугом взглянул на мардуканца. - Зачем ты это сделал?

- Прекрати вести себя как ребенок, - серьезным тоном произнес шаман, по-прежнему игнорируя наставленные на него стволы. - Некоторые рождаются великими, другие - ничтожествами. Никто не способен выбирать, кем он должен родиться. Причитать же и хныкать по этому поводу впору только капризной бабе, а не величайшему мужчине всех народов! - При этих словах мардуканец опять подбросил нож в воздух и, поймав, убрал его в ножны.

- Так, - прорычал Роджер, потирая ушибленное место. - Основное, что я уяснил, - то, что мне следует начать действовать как истинному Макклинтоку! - Он потрогал ушибленное место и слегка испачкал пальцы в крови. - Эй! Ты пустил мне кровь!

- Ты опять плачешь, словно дитя, - сказал шаман, постукивая пальцами по одной из своих нижних конечностей. Его рука заканчивалась широкой ладонью с двумя разными по форме пальцами и явно служила в основном для поднятия тяжестей, а не для какой-либо более тонкой работы. - Пора мужать! - добавил он.

- Знать геологию весьма полезно, - мрачно заметил Роджер.

- Как? Зачем это нужно вождю? Вождь должен изучать своих врагов... или своих союзников. Не так ли?

- А ты знаешь, к примеру, что это такое? - упорствовал Роджер, показав рукой на угольный пласт.

Корд опять постучал своими пальцами в знак согласия.

- Скала, которая горит. Еще одна причина, чтобы покинуть эти сатанинские холмы. Подожгите эту скалу - и вам мало не покажется!

- Но это прекрасное сырье с точки зрения экономики. Его можно добывать и продавать.

- Прекрасное для фарстоковских "чертовых наседок", я думаю, - Корд опять засмеялся, - но не для Народа.

- Вы что же, ничем не обмениваетесь с вашими "чертовыми наседками"? - спросил Роджер.

Корд ненадолго замолчал.

- Ну почему? Бывает. Но, в принципе, в торговле нет необходимости. Народу не нужно ни их золото, ни прочие товары.

- Вы уверены в этом? - Роджер задрал голову вверх, встретившись глазами с Кордом. Принц считал, что этим жестом он выразит сомнение на мардуканском языке.

- Да, - уверенно ответил Корд. - Народ совершенно свободен от любых обязательств. И племя их не связывает, и они к племени не привязаны. Мы - единое целое.

- О-хо-хо... - Роджер осторожно снова натянул на голову шлемофон. - Однако эта ручища навредила мне. Эй, доктор, залечите рану.

Глава 19

Лес окутывал плотный туман. Группа без остановок двигалась дальше, спускаясь все ниже и ниже, неминуемое приближаясь к полосе настоящих джунглей, зеленеющему вдали кошмару непролазных дебрей. Совсем скоро ветвистые лианы и непроходимый подлесок встанут у них на пути. Пока же лишь высоченные деревья, таинственно возникавшие из непроглядного смога, преграждали им путь.

- Вот сука, - выругался капрал Ст. Джон (М). Старший сержант Косутик требовала от капрала, чтобы он отзывался именно на это прозвище, поскольку в третьем взводе служил двойник Джона, именовавшийся Ст. Джон (Дж.). Косутик показалось этого мало, и чтобы лучше различать близнецов, она обязала обоих Джонов завести какие-нибудь отличительные пометки на теле. Ст. Джону (М.), например, пришлось выбрить наголо полголовы. Мокрые, слипшиеся волосы капрала вызывали желание почесаться, и он свободной рукой постоянно тянулся под шлемофон. Сорок шесть градусов по Цельсию в сочетании с плотным горячим смогом напоминали парную баню. Видимость составляла не более десяти метров, и шлемофонные датчики постоянно отказывали. Клубящийся удушливый пар действовал и на акустику, создавая помехи при разговоре. Причитая, Ст. Джон (М.) обернулся, услышав резкий раздраженный вопль.

- Эх!

- Что случилось? - спросила Талберт, когда Джон сдернул свой шлемофон. Вместе с капралом они прикрывали правый фланг процессии, шагая в пятидесяти метрах от возглавляющего шествие бойца со сканером.

- Ах! - в сердцах возопил гренадер, стукнув шлемофоном по стволу ближайшего дерева.

- Чертова связь! По-моему, этот проклятый пар прожег схему. Сплошной шум, и ни черта не слышно.

Талберт засмеялась.

- Может, покурим? - она пошарила в кармане и вытащила коричневую трубку.

- Да ну, - раздраженно проворчал Ст. Джон (М.). Он снова надел шлем на голову и опять сорвал его в ярости. - Черт! - Порывшись в мешке, Джон вытащил кусок ваты и вставил его себе в ухо. - Так-то лучше. Кстати, у меня, похоже, половина датчиков вышла из строя.

Талберт раскурила трубку и молча стояла, вглядываясь сквозь туман.

- Ты что-нибудь слышал? - спросила она, инстинктивно схватившись за плазменное ружье.

- Ни черта не слышно. - Ст. Джон (М.) потер ухо. - Сверчки щебечут какие-то.

- Да нет, тут дру...

Дикий, душераздирающий крик заставил Джона обернуться.

Визжащую нечеловеческим голосом девушку приковал к дереву какой-то короткий отвратительный червь. Гнусная извивающаяся тварь уже успела обвить ее шею, прижав Талберт к стволу, а затем стремительно потащила ее вверх - из раны фонтаном хлынула кровь.

Онемев от неожиданности, Джон какую-то секунду соображал, затем инстинктивно схватился за гранатомет. Выскочившая в тот же миг из тумана сержант Лэй среагировала еще быстрей, буквально изрешетив из ружья мерзкую гадину.

Талберт шлепнулась о землю, словно мешок с мокрым цементом. Цепляясь руками за землю, девушка продолжала истошно орать, все ее тело сотрясалось в конвульсиях.

Отбросив ружье и вскрыв походную аптечку, Лэй поспешно залепила кровоточащую рану на шее девушки самозатягивающимся бинтом. Плотный бинт начал растягиваться, накрывая собой пораженную область, пытаясь закрепиться на неповрежденных участках кожи, но тщетно - кровь хлестала как из брандспойта: по-видимому, яд уже проник под кожу и разъедал белок.

Схватив походный нож и распоров куртку девушки, Лэй попыталась наложить еще один бинт - но поздно: красно-черные полосы, явные признаки усилившейся деструкции кожной ткани, поползли по всему телу несчастной. Кожа от места раны начала лопаться, обнажая заливаемые чернеющей кровью внутренности.

Все было кончено. Дернувшись всем телом в последний раз, Талберт испустила дух. Ее обмякшая грудь превратилась в жидкий студень, медленно стекавший в открывшееся чрево.

Бледная как смерть Лэй попятилась назад. Казалось, что трагедия длится уже не менее часа, хотя прошло всего несколько минут.

- Что вы тут сгрудились, мать вашу? - прорычала Косутик, протиснувшись вперед и обращаясь к взводному сержанту. - Ну-ка, быстро рассредоточились по периметру! Устроили тусовку! - Пехотинцы, окружившие труп, стали расходиться по своим местам.

- Так, ну что тут опять произошло? - Косутик взглянула на скелет, лежавший у ее ног, и побледнела. - Дьявол! Кто это сделал? И чье это тело?

- Это была... Это... - бессвязно бормотал Ст. Джон (М.). Он в безумии вращал своим гранатометом, нацеливаясь на верхушки деревьев. Джон, очевидно, еще не оправился от шока, и Косутик повернулась к Лэй. Девушка держала в руках ружье и широко открытыми от ужаса глазами оглядывала деревья.

- Он был похож на червяка, - Лэй кивнула на беспозвоночную тварь, валявшуюся у подножия дерева. - Он укусил ее или ужалил. В общем, что-то в этом роде. Когда я подбежала, он пытался затащить ее на дерево. Я убила гадину, но Талберт, Талберт... - Лэй замолчала- ее тошнило.

- Теперь она... - вот, - выдавила она из себя. Косутик достала походный нож и проткнула им кожу твари. Внутренности червяка были устроены довольно хитро, спина сплошь покрыта голубоватыми пятнами. Кусок длиной около десяти сантиметров, который рассматривала Косутик, относился, по всей видимости, к хвостовой части - голова твари куда-то отлетела после выстрела. На хвосте явно различались несколько чешуйчатых ножек с зацепками. На одной из зацепок еще держался кусочек коры. Назначение головной части твари можно было не комментировать... Косутик встала, заткнула нож обратно за пояс и вытерла руки.

- Гадость.

Из тумана показался капитан Панер в сопровождении Роджера и его пенистого любимца.

- Проблемы, старший сержант?

- Да уж, - зловеще проговорила Косутик, разминая пальцами мочку уха, - отвратительное место.

Корд, пощелкивая пальцами, также подошел к группе, окружившей скелет.

- Куолы ядэнов, - сказал туземец. Косутик вопросительно взглянула на Роджера.

- Он сказал, что это вампиры, ваше высочество? - Косутиковский чип мгновенно перевел слово "ядэны", второе же слово в базе отсутствовало.

- Может быть, это дети вампиров? - предположил Роджер. У принца было странное, отсутствующее выражение лица, и Косутик сообразила, что, по-видимому, он мысленно пытает свой чип. - Я начинаю думать, что программа-переводчик предлагает чересчур много вариантов ответа. Скорее всего, слово переводится как "личинка", а может быть, это какая-то разновидность вампира.

- И как нам с ними бороться? - Ганни Лэй понемногу оправлялась от шока и с жалобным видом глядела на принца. - Талберт была хорошим воином. Эту тварь совершенно невозможно вовремя заметить. Не было никаких движений. Датчики температуры ничего не фиксировали. Может, вокруг нее есть какое-нибудь электрическое поле?

Пенистый похлопал нижними руками и напрягся всем телом. Затем, оглядевшись, опять похлопал руками и набросил накидку на голову, плечи и шею.

Роджер внимательно следил за жестами туземца, пытаясь одновременно врубиться в его бормотание.

- Я думаю, - нерешительно продолжал принц, - что нам следует быть предельно внимательными. Мардуканец говорит, что наблюдает за нами и считает, что мы очень беспечны и обращаем внимание не на то, что нужно. Он также добавляет, что эти черви маскируются в деревьях так, что их почти не видно. Поэтому нам также следует накинуть что-нибудь на голову и плечи - так будет безопаснее.

Корд выдал очередную порцию звуков и показал на деревья. Сдернув с себя накидку, он опять похлопал руками. Роджер кивнул и невесело усмехнулся.

- Он сказал, что эти твари - пожалуй, самые отвратительные в этом лесу, но не самые опасные. Они не умеют быстро перемещаться, но могут поранить. В общем, их вполне можно убить копьем. Он сказал, что еще нам могут попасться какие-то атул-грэки и что эти гусеницы-убийцы иногда селятся группами.

- Вообще, он философски относится ко всему этому, - добавил Роджер. - Это его характерное похлопывание означает сомнение. Короче, он считает, что жизнь - сплошная неприятность.

- И что мы умрем, - злорадно заключила Косутик. - Ладно, бог с ним.

Неожиданно оступившись на грязном склоне, Элеонора больно ударилась копчиком. Ушиб неприятно отдался по позвоночнику, и О'Кейси заскользила вниз. Она пыталась карабкаться и судорожно цеплялась за торчавшие из земли корни, но все безуспешно. Наконец чья-то рука ухватилась за рюкзак на ее спине. Оглянувшись через плечо, она устало улыбнулась своему спасителю. - Спасибо, Костас.

Перекатившись на живот, Элеонора попробовала подняться, но не смогла. Она пыталась прийти в себя. Два изматывающих дневных перехода по невыносимой жаре, с утопающими в грязи ногами, с жалящими насекомыми, с ноющими мышцами спины и ног - все это было чересчур для хрупкой женщины.

- Боже мой, - прошептала Элеонора. - Впору умереть, ей-богу.

Какое-то местное насекомое, скорее из любопытства, чем по злому умыслу, залетело О'Кейси в ухо, очевидно с желанием изучить неизвестную ушную раковину. Бедная женщина, собрав остаток сил, отчаянно затрясла головой, пытаясь избавиться от непрошеного гостя, и опять шлепнулась в грязь.

- Крепитесь, госпожа, - улыбнулся Мацуга. - До деревни Корда уже недалеко. Возьмите себя в руки. - Слуга опять потянул Элеонору за рюкзак и помог встать на ноги. От изнеможения женщину покачивало... она осторожно прислонилась к дереву. После недавней трагедии, приключившейся с Талберт, Элеонора сделалась более осмотрительной и внимательно изучала любой предмет, прежде чем к нему прикоснуться. Но это дерево, похоже, было безопасным.

Наконец группа уже двигалась ниже облаков, вступив в чащу таинственных и непредсказуемых джунглей, охватывающих большую часть территории планеты. Какое-то время путешественники шли вдоль реки, но болотистый берег вынудил их в конце концов повернуть южнее. В итоге они шагали параллельно реке на достаточном от нее расстоянии, так что рокот течения подчас заглушался шумом леса.

Повсюду летали и жужжали многочисленные насекомые. Мардуканские виды несколько отличались от земных: местные насекомые были шестикрылыми и имели по восемь ног. Для сравнения: у их земных прототипов конечностей было шесть, а крыльев - четыре.

Количество только различных видов всяческих жуков, тараканов, кровососущих измерялось тысячами. Они десятками роились над незваными пришельцами. Диапазон размеров был довольно широк: от очень маленьких, чем-то напоминавших москитов, которых морские пехотинцы называли просто скитами, до громадных, неторопливо летающих жуков, размером с небольшую земную сойку. Хотя абсолютная герметичность хамелеоновских костюмов не вызывала каких-либо нареканий, создавая непреодолимую преграду для самых яростных крылатых атак, имелись и определенные неудобства. Во-первых, костюм, безусловно, несколько сковывал движения, и периодически возникало непреодолимое желание его сбросить. Во-вторых, хотя костюм изначально и задумывался таким образом, чтобы беспрепятственно пропускать водород и кислород, именно это обстоятельство приводило к неожиданным последствиям: привлеченные интригующими запахами насекомые толстым слоем облепляли все поры костюма так, что дышать становилось почти невозможно. В страстном желании глотнуть свежего воздуха пехотинцам приходилось время от времени отстегивать шлемофоны, заглатывая вместе с живительной порцией кислорода стайку разномастных крылатых, которых потом долго приходилось выплевывать.

Впрочем, жужжание насекомых, пожалуй, можно было бы сравнить с еле слышным инструментом в гремящем оркестре разномастных звучаний. Звуки раздавались буквально отовсюду. Это и пронзительный свист, и хрюкающий рев, и душераздирающий вой, периодами издаваемый какой-то тварью, по всей видимости празднующей победу над врагом либо призывающей самку или самца.

Невозможно не упомянуть также и про запахи. Все благоухало и пахло на самые разные лады. Конечно, для большинства планет с преобладанием в атмосфере азота и водорода, и особенно для джунглей, в первую очередь характерны запахи гниения и разложения. Но эти запахи отнюдь не исчерпывали поразительное многообразие благоуханий, распадавшихся на тысячи, миллионы различных ароматов.

А краски!.. Это был какой-то разгул ярких тонов на фоне мрачных сумерек. Сочетание двойного слоя облаков и трехъярусной растительности, крайне редкое для земной флоры, таило в своих недрах великолепие, которое невозможно описать словами.

Ветви лиан, свисавшие над головой О'Кейси, венчались крошечными карминными цветками, своими острыми ароматами приманивающими десятки изумительных по красоте бабочек. Крылышки бабочек были гладкими, а не пушистыми, как у их земных прототипов, но такими же яркими. Неожиданно прямо в стаю роящихся красоток рухнул с ветки не то жук, не то паук пурпурного цвета и выхватил подвернувшуюся жертву. Стайка словно по команде вспорхнула, образовав над головой Элеоноры эффектное малиновое облачко, которое быстро рассеялось.

Едва хищник расправился с бабочкой и взлетел обратно на дерево, как на О'Кейси пахнуло восхитительнейшим ароматом душистых цветков.

Почти вся группа уже проковыляла мимо, и Элеоноре пришлось поторопиться, чтобы вернуться в строй.

Надо сказать, что Панера не сильно заботила судьба "прихлебателей", как он любил выражаться. Помимо Элеоноры и Костаса командир относил к ним и четверку пилотов шаттлов. Однако командир прекрасно понимал, что в случае успешного захвата космопорта на них ляжет основная ответственность по управлению межзвездным кораблем, а потому обеспечение безопасности четверки считал не менее важным делом, чем спасение принца.

Все же Элеонора чувствовала, что ни она, ни Мацуга не столь уж важны для Панера. Безусловно, капитан постарается взять порт ценой наименьших потерь, но если потребуется, то не задумываясь пожертвует жизнями этой странной докторши наук и чудака-лакея.

Элеонора не осуждала за это Панера, так как понимала, что ни о каком минимуме спасаемых жизней не могло быть и речи, и все же ей это очень не нравилось. Кроме того, она сомневалась, чтобы Роджер придерживался такого же мнения. Случись что - он наверняка бы стал возражать против потенциальной потери одного из членов его, принца, команды.

О'Кейси оскорбляло, что человек, ответственный за жизнь всех без исключения людей, рассматривает ее как прискорбное, неизбежное зло. На протяжении всех прожитых лет, сколько она себя помнила, окружающие условия всегда позволяли ей шагать по жизни своим собственным темпом, со скоростью, которую она сама для себя выбирала. Что касается академической карьеры, то ее продвижение в этой области было достаточно быстрым. Она помнила, например, что свысока смотрела на тех, кто остался на обочине науки, но ведь даже эти неудачники все равно нашли для себя что-то - может быть, не совсем то, что хотелось, и не совсем то, что удовлетворяло их в полной мере, но все равно нашли.

Здесь же ситуация была совершенно иной. Ей пришлось столкнуться с конкретным выбором: жизнь или смерть, с проверкой на прочность ее физических возможностей. Инстинктивно она чувствовала, что, если осмелится попросить передышки, ей наверняка откажут. Ее жизнь была не столь важна для осуществления миссии, и жертвовать ради нее успехом целой компании, безусловно, не станут. Так что ей и Костасу выбирать особенно не приходилось: или двигаться дальше, или умереть.

Но, честно говоря, получалось так, что страдала на самом деле только она одна: Костас, казалось, не испытывал особых трудностей. Вертлявый карлик-лакей тащил груз не меньше, чем, скажем, оружейник, но никто никогда не слышал от него, чтобы он жаловался или был чем-то недоволен. Элеонору это, откровенно говоря, изумляло.

О'Кейси выпрямилась и снова зашагала по грязной тропе, которая после стольких ног превратилась в настоящее месиво. Бойцы внимательно следили, чтобы никто не отставал и не удалялся в сторону от основного направления. Почувствовав, что она плетется в самом хвосте, Элеонора ускорила шаг и вскоре оказалась в центре процессии.

Оглянувшись на Мацугу, неотступно следовавшего за ней, она спросила:

- Скажите, вы не испытываете каких-либо неудобств в этом походе?

- Да нет, я бы так не сказал, госпожа, - ответил лакей, поправляя лямку на рюкзаке. Лениво прибив очередного скита, он подмигнул Элеоноре. - Конечно, мне раньше некогда не приходилось попадать в подобные переделки. Ситуация достаточно экстремальная, и я думаю, что всем приходится несладко, даже морским пехотинцам, хотя они этого и не показывают.

- Но я вижу, что вы, по крайней мере, не устали, - страдальческим голосом произнесла О'Кейси. Группа спускалась к подножию очередного холма, ноги бедной Элеоноры подгибались, словно кто-то при каждом шаге стучал ей сзади по коленкам. Спуск означал, что опять придется переходить неглубокий ручей и карабкаться на следующий холм. Скользя по зловонной жиже, не имея возможности ухватиться за ствол дерева без опаски, что кто-нибудь тебя при этом съест, Элеонора чувствовала себя страшно измотанной и подавленной.

- Старайтесь ставить ноги след в след, госпожа, - резонно заметил лакей. Он уже ступил на вершину холма и оттуда протягивал Элеоноре руку. - Ну же, алле-оп!

О'Кейси покачала головой и подала руку.

- Спасибо, Костас.

- Не стоит благодарности, мадам, - улыбнулся Костас. - Правда, не за что благодарить.

Глава 20

Деревня ютилась на вершине холма, окруженная со всех сторон лесом и колючим кустарником. Сам холм стоял на пересечении длинного ручья и реки, вдоль которой двигались наши путешественники. Несколько поодаль, выше по течению, река образовала водопад - несколько грохочущих потоков низвергались с холма, сливаясь внизу снова в довольно широкую и глубоководную реку, по-видимому даже судоходную. При взгляде вниз сразу обращали на себя внимание следы от частых наводнений. Стало ясно, отчего деревню водрузили на самую вершину.

Дождь начался, когда до деревни было уже рукой подать. Однако он отнюдь не выглядел этаким легким размеренным дождиком, которого обычно ожидаешь при приближении набухшей тучки, - дождиком, ласково орошающим пересушенную почву. На мощный ливень, вызванный каким-нибудь циклоном, он тоже не походил. Представьте, что вдруг на вас сверху полилось целое озеро - сплошная стена воды. Водяной шквал обрушился неожиданно, как-то сразу, буквально сбивая людей с ног.

Это нормально? - сквозь грохот проорал Корду принц, когда группа изо всех сил пробивалась к вершине.

- Что? - спросил Корд, укутавшись поплотнее в свою накидку.

- Да дождь этот! - прокричал опять Роджер, показывая на небо.

- О, конечно, - ответил Корд. - Несколько раз в день. А что?

- Счастье великое, - пробормотал Панер, прислушиваясь к разговору. Надо сказать, что принц успел обновить базу мардуканских слов как для своего своего собственного чипа, так и для чипов других членов экипажа: многодневные беседы с туземцем не пропали даром, и основное ядро местного языка было сформировано. Теперь каждый член группы мог уже самостоятельно заниматься переводом, используя свой имплант. Ожидалось, что освоение оставшихся местных диалектов должно было происходить гораздо интенсивнее.

- Я должен пойти впереди, - заявил Корд. - Я уверен, что за нашим приближением давно уже наблюдают, но это нужно сделать на всякий случай, чтобы меня не посчитали вашим пленником или крактаном.

- Ясно, - сказал Роджер и обернулся к Панеру. - Вам понятно, капитан?

- Момент, - Панер переключал коммуникатор. - Внимание! Всем остановиться. Нашему туземцу нужно пройти вперед.

- Я останусь здесь, - продолжил он, обращаясь к Роджеру, затем сделал жест рукой: - Диспреукс!

- Есть, сэр, - отчеканила сержант. Держа ручной сканер, она направляла его на окрестные кусты - ей не нравилось, как они подозрительно шевелятся.

- Возьмите ваше отделение и идите вперед с принцем и Кордом.

- Есть, сэр. Пехотинцы, за мной!

Убрав сканер, она еще какое-то время смотрела в направлении севера. Что-то там было, она в этом не сомневалась... Но что?

Корд с Роджером прошествовали вперед, сопровождаемые отделением Диспреукс. Остальные члены экипажа распределились вдоль границ сигарообразного периметра. Большинство солдат изготовились к бою, ожидая всяческих неприятностей. Термин "безопасность" для зоны боевых действий звучит, разумеется, нелепо, и все же данная ситуация выглядела чрезвычайно опасной. Мало того что у врага было достаточно времени, чтобы подготовить засаду, любое движущееся подразделение представляет собой прекрасную мишень.

Люди заметно нервничали.

Проторенная тропинка вела в палисад. Завидя приближающегося Корда, навстречу ему вышел другой мардуканец. Встречавший был примерно такого же роста, со сходной манерой поведения. Внимательно оглядев свиту и сообразив, что Корду ничто не угрожает, второй мардуканец взмахом верхних рук приветствовал прибывших.

- Корд, - крикнул он. - Ты привел незваных гостей?

- Делкра! - прокричал в ответ шаман, потрясая копьем. - Можно подумать, что вы не следили за нами последние несколько часов!

- Само собой, - невозмутимо произнес встречавший, когда группа уже подходила к вершине.

Последний отрезок пути оказался наиболее крутым и поэтому был укреплен бревнами и камнями. Площадка на вершине холма имела небольшой уклон, так что Роджер наконец-то смог детально рассмотреть показавшуюся деревню. Внешне она весьма напоминала аналогичные поселения на других планетах. В центре виднелась общая костровая яма, окруженная участком выжженной земли. Стоявшие по кругу лачуги были грубо скроены, для стен использовались солома и прутья. Входные двери ориентировались на центр площади. Деревня удивительно напоминала схожие поселения, изредка еще встречающиеся в бассейне Амазонки и других тропических районах Земли, и Роджер наверняка поразился бы этому обстоятельству, если бы не потратил массу времени, занимаясь охотой на примитивных планетах. Опыт ему подсказывал, что из грязи и прутьев могут быть построены только такие хибары.

- Д'Нэт Делкра, мой брат, - представил Корд второго мардуканца, похлопав его по верхнему плечу. - Представляю тебе моего нового аси-эгана. - Он обернулся к принцу: - Роджер, принц Империи, это мой брат, Д'Нэт Делкра, вождь Народа.

Делкра что-то прошипел и похлопал всеми своими четырьмя конечностями.

- Ой-ей! Аси-эган И твоего возраста? Скверные новости, брат, очень скверные! А как твои поиски?

Корд похлопал правой верхней рукой о нижнюю левую в знак отрицания.

- Мы встретились случайно. Убив флет-ке, он спас мне жизнь, даже не подозревая об этом. Он не из моего племени.

Делкра обернулся к принцу, когда тот снимал с головы шлемофон. Конечно, шлем спасал от раскаленного, насыщенного парами воздуха джунглей, но Роджер почувствовал, что гораздо дипломатичнее будет предъявить незнакомцу свое естественное лицо.

- Благодарю вас, вы спасли моему брату жизнь, - сказал Делкра. - Однако я не могу радоваться ни тому, что вы поработили его, ни тому, что он прервал свои поиски.

- Тпру! - вырвалось у принца. - Какое "порабощение"? Все, что я сделал... выстрелил в флет-ке!

- Долговые узы аси самые крепкие из всех уз, - объяснил вождь. - Если вы бесстрашно, без посторонней помощи спасли ему жизнь, это привязывает его к вам до конца жизни и... после смерти.

- Что? - Роджер пытался осмыслить концепцию "привязанности". - Неужели вы друг другу никогда не помогали?

- Разумеется, помогали, - ответил Корд. - Но мы принадлежим к одному и тому же клану. Помогая другому, мы оказываем помощь клану. Бывает и наоборот, что клан помогает нам. У вас же не было особых причин убивать это животное?

- Оно могло напасть на наших людей, - заметил Роджер. - Собственно, только поэтому я и выстрелил. Вас я даже не видел.

- Значит, судьба такая, - сказал Делкра, хлопнув рукой. - Тварь не угрожала ни вам, ни вашему... - он поглядел на воинов, рассредоточившихся вдоль холма. - Клану?

- Возможно, вы правы, но я чувствовал опасность.

- Карма, - сказал Корд и дважды похлопал руками. - Вечером мы закрепим наши узы, - продолжал он. - Делкра, мне нужно переночевать. И приюти, пожалуйста, клан моего аси.

- О, само собой, - сказал вождь, выходя из палисада и направляясь в сторону леса. - Прошу следовать за мной.

- Такое чувство, что вдоль всего периметра бродят какие-то духи, - сообщила лейтенант Савато, только что вернувшаяся с обхода.

Капитан Панер, глядя на непрекращающийся дождь, покачал головой:

- Я словно чувствовал недоброе... Мы со всех сторон окружены воинами этого племени, - холодно сказал Панер. - Они искусные бойцы. Перемещаются медленно, так что по датчикам движения нельзя с уверенностью сказать, есть они там или нет. Они не излучают тепловых волн, так что температурные датчики тоже бесполезны. Никаких источников питания, никаких металлических предметов, за исключением ножей и копий. Жаль, что наши психологические датчики не способны просканировать нервную систему этих пенистых. - Вынув пачку жевательной резинки, капитан в задумчивости извлек одну пластинку и положил ее в рот. Помахав несколько раз пачкой, Панер вытряс натекшую в нее дождевую воду и засунул пачку обратно в карман. - Обратите особое внимание на левую сторону. Видите высокое дерево с раскидистыми корнями? Примерно посередине торчит ветка, обмотанная красной тряпкой. Так вот, немного правее тряпки можно увидеть... копье.

- Черт, - прошептала Савато. - Пенистый замаскировался, как профессиональный снайпер. И что нам прикажете со всем этим делать?

- Надо наладить датчики, фиксирующие нервные импульсы. У нас уже достаточно сведений, чтобы сделать это к вечеру. Тогда мы сможем просканировать любого пенистого, который подойдет к нам ближе чем на пятьдесят метров. И предупредите всех, что враг рядом. Нам не нужны несчастные случаи.

- Ну так я пошла? - спросила Савато. Ей показалось, что мысленно Панер где-то совсем в другом месте.

- Да. Похоже, что неприятности валятся одна за другой, как снежный ком.

- Ну, вы же знаете, - говорил Джулиан. - В меня уже стреляли, пытались взорвать, замораживали, лишали кислорода. Но сейчас, пожалуй, я впервые мечтаю смыться отсюда как можно скорее.

Дождь, однако, не прекращался, и небольшое углубление за лежащим гниющим деревом, в котором расположился командир отделения, быстро наполнялось водой. В своем громоздком скафандре Джулиан сидел в яме, как в грязевой ванне.

- Или утонуть, - добавил он.

- Ай, отстань ты ради бога, - сказал Мосеев, осторожно отодвигая дулом ружья куст папоротника. - Дождь вроде поменьше стал. - Он был уверен, что кто-то постоянно за ними наблюдает, но кто это - он не знал.

- Стал поменьше, говоришь? - Джулиан покачал головой. - Это то же самое, как если бы ты сказал, например, что Сириус "немного горячий" или что город Новый Бангкок "немного пришел в упадок".

- Впрочем, не похоже, что они собираются нас убить, - заметил Мосеев. - Воздуха в скафандре хватит примерно дня на два. - Резко повернув голову в сторону, Мосеев обнаружил, что на маске шлемофона загорелся индикатор очередного контакта. Но затем опять потух. - Черт, как все это объяснить?

- Сыростью, я думаю, - сказал Джулиан, опуская свое ружье. - Впрочем, то, что мы видим одних и тех же призраков, говорит о том, что в джунглях все-таки кто-то есть.

- Всем внимание! - проскрипело вдруг радио невозмутимым дискантом лейтенанта Савато. - Сенсорные призраки на самом деле воины племени. Прошу сохранять спокойствие. Они настроены дружественно. Вскоре мы пойдем в деревню, и, я думаю, тогда они и появятся. Никому не стрелять. Еще раз повторяю: не стрелять.

- Все слышали сообщение? - Джулиан привстал, чтобы убедиться, что видит весь личный состав отделения.

- Так точно, - отрапортовал Мейсик с противоположного конца. - Местные дружественны. Вас понял.

Мейсик был новичком в отделении, и если он услышал известие, то уж остальные, вероятно, тем более. Но не служил бы Джулиан в имперских войсках, если бы не сомневался во всем, так что слово "вероятно" пришло ему на ум неспроста.

- Хорошо. Передайте по цепочке, - с улыбкой продолжал сержант. - Поднятый вверх большой палец будет означать, что информация получена, - добавил он уже серьезно и не успокоился, пока не убедился, что видит пальцы всех бойцов.

- Мать вашу, - проворчал Поертена. - Только этого нам и не хватало. Попасть в окружение каннибалов.

- Прекрати, Поертена, - успокоила Диспреукс. - Они нам друзья.

- Хорошо, если так, - ответил Поертена. - Вашими бы устами да мед пить.

Даже во время произнесения последней реплики его шлемофон зарегистрировал посторонний контакт. Затем еще один. Иконки высвечивались одна за другой, и вдруг целая шеренга мардуканцев материализовалась посреди дождевой завесы.

- Мать вашу, - не выдержал опять Поертена. - Ловко, однако.

Глава 21

Путешественники едва разместились по лачугам. Все щели и углы моментально заполнились людьми и багажом. Сновавшие взад-вперед женщины-мардуканки, значительно меньшего роста, чем мужчины, накрывали столы. Разнообразие яств и торжественность происходящего свидетельствовали о том, что подготовка к пиршеству идет полным ходом. Пехотинцы тоже поскребли по сусекам и выложили часть своих неприкосновенных запасов.

Повсюду стояли блюда с закусками из зерна, внешне походившего на рис, но по вкусу напоминавшего ячмень. Резные деревянные чаши ломились от фруктов, среди которых преобладали крупные коричневые, овальной формы плоды с толстой несъедобной кожурой, но с сочной, приятной мякотью, как у киви. Поскольку плоды произрастали на пальмовидных деревьях, путешественники нарекли их "пальмовыми киви", или просто "пальмовиками". Помимо злаковых закусок и фруктов были и горячие блюда: на больших плоских тарелках, с которых еще поднимался пар, лежала какая-то совершенно непонятная, превратившаяся в уголь стряпня. Большинство землян не решились ее даже попробовать.

Присутствовало также изготовленное из фруктовых соков вино, правда очищенное и не забродившее. Мардуканцы, как и земляне, принимали алкоголь для удовольствия.

Отведав крепкого веселящего напитка, Косутик осмелела и решила учинить шумный разнос командирам взводов - речь шла о пьянстве на посту. Командиры, чтобы не остаться в накладе, естественно, отыгрались на своих подчиненных. В результате досталось и рядовым - и поделом: пьянство - серьезное нарушение воинской дисциплины, тем более недопустимое на чужой планете, среди коварнейших джунглей.

По поводу самодельного пива мнения разделились - крепкий напиток с горьковатым привкусом не всем пришелся по душе. Стараясь не обижать гостеприимных хозяев, солдаты не заставили себя ждать и разделили общую трапезу, отмахиваясь от досаждавших насекомых и отгоняя разных домашних животных, привлеченных обилием запахов.

Коронным блюдом и местной гордостью являлась обезглавленная туша какой-то ящероподобной твари с метр длиной, которую тут же и запекали на вертеле. Вертел вращал подросток, в то время как целая ватага ему подобных гонялась как оголтелая по всей деревне. Чувствовалось, насколько серьезно и ответственно относился к порученному делу юный мардуканец.

Туземцы, как и земляне, относились к живородящим, причем рожали сразу нескольких детей, от четырех и более. Младенцы рождались необычайно маленькими, едва сравнимыми по размерам с земной белкой. Большей частью они висели словно приклеенные на спинах своих матерей и с ног до головы были покрыты слизью, которой, по всей видимости, также и питались. Ребятня беспрестанно роилась под ногами, мешаясь с домашними животными.

Сверившись с электронным блокнотом, О'Кейси покачала головой.

- Похоже, у них слишком высока детская смертность, - проговорила она, зевнув.

- Почему вы так думаете? - спросил принц.

Как одному из самых важных гостей сборища, Роджеру предоставили почетнейшее место под тентом в хижине вождя Делкры. Принц, заметив подошедшую "ящерицу", бросавшую на него умоляющие взгляды, решил угостить животину и кинул ей запеченный кусок мяса, лежавший на тарелке. Едва она принялась его грызть, как ее тут же отпихнула другая ящерица, побольше. У новой ящерицы, причудливо разукрашенной в красно-коричневые тона, была шероховатая кожа, точно такая же, как у той убитой флет-ке, привычные шесть ног и короткий широкий хвост. Ящерица стала заглядывать в тарелку, нюхая ее содержимое, и принц ее прогнал.

- С чего, - продолжал принц, не сводя глаз с маленькой ящерки, - вы, собственно, это взяли?

"Однако эта ящерка довольно любопытна", - подумал он. Ее лапки не скашивались в сторону, подобно ее земным сородичам, а отходили от туловища под прямым углом, как у млекопитающих. Да и глаза ее казались умнее, чем у земной ящерицы.

- Взгляните на этих детей, - продолжала Элеонора, закрыв свой блокнот, - вон хотя бы на тех шестерых, внизу. Без сомнения, они уже могут давать потомство, как и взрослые особи. А теперь сравните их с людьми, и вам станет ясно, что либо численность популяции мардуканцев должна чудовищно возрастать, либо мы имеем высокую детскую смертность. Так что...

- Допустим. Но что же, по-вашему, вызывает эту необычайную смертность? - рассеянно спросил Роджер, протянув ящерке еще один кусочек. Нерешительно подойдя и обнюхав лакомство, та униженно огляделась. Убедившись, что ее не разыгрывают, она обнажила двухсантиметровые клыки и зашипела, затем резко, словно атакующая змея, бросилась вперед и выхватила угощение из пальцев. Это был очень точный бросок - ящерка словно ножницами, в миллиметре от кончиков пальцев, отсекла большую часть куска, совершенно не поранив принца.

- Ух ты, - только и смог выговорить принц.

- О, на это могут быть самые различные причины, - продолжала Элеонора. - Полагаю, что главная из них - это варварство. - О'Кейси облокотилась на мацуговский рюкзак, который ей оставил карлик: заинтересовавшись местными кулинарными секретами, Костас решил прогуляться по лагерю. - Все народы в своем развитии доходят до варварства и обычно в нем и пребывают. - Элеонора зевнула, вспомнив историю Земли. - Иногда кажется, что варварство, несмотря на все отталкивающие черты, которых немало, - самое естественное состояние разумных существ. Ведь хорошо известно, как часто человечество впадало в дикость. Это происходило как в различных районах нашей Земли, так и на других планетах. Во времена Великих Кинжальных войн нам чудом удалось избежать этой участи; и я считаю, что это благодаря заслугам вашей знаменитой бабушки. Конечно, она об этом тогда даже и не помышляла. - Элеонора подавила очередной зевок и устало закрыла глаза. - Кроме того, есть еще один немаловажный фактор: жить в лесу очень непросто. Джунгли - арена, где постоянно происходит борьба за выживание. Временами кто-то пытается съесть вас, да и самому охотиться очень непросто.

Усилившийся шум дождя заставил Элеонору приоткрыть глаза. Она взглянула на принца.

- Роджер, мы в джунглях, - проговорила она двусмысленно. - Джунгли постоянно стараются нас прикончить. Постоянно... - Она замолчала и улыбнулась. - Мне часто хотелось поговорить с вами вот так, просто, по душам. Мне нужно сказать вам одну важную вещь. Вам необходимо следить за своим языком. Вы должны сдерживать себя. Учитесь у Панера, не ссорьтесь с ним, ладно?

Роджер попытался было возразить, но она знаком попросила не перебивать ее.

- Просто попробуйте время от времени держать язык за зубами. Хорошо? Собственно, это все, что я хотела сказать.

Последние два дня вымотали ее окончательно. Несмотря на отчаянные попытки выглядеть бодрой, ее неудержимо клонило в сон. Атмосфера мало-мальского комфорта располагала к задушевному разговору; кроме того, боевой настрой принца предоставлял прекрасную возможность поучить его жизни, а не вести досужие беседы о его спортивных достижениях или охотничьих приключениях. Все же усталость брала свое, и глаза Элеоноры слипались.

- Джунгли восхитительны, - бормотала она, засыпая, - если вам не приходится в них жить.

Наконец она закрыла глаза и, невзирая на жару, насекомых и шум-гам, уснула.

- Я горжусь тобой, брат, - сказал Корд, следя за пышными приготовлениями к празднику. Делкра явно не скупился, стараясь, чтобы этому Роджеру, предводителю гостей, вечер запомнился надолго.

- Как же не расстараться для родного брата, - отвечал Делкра. - Ах! И для этих странных чужаков. - Он помолчал, а затем утробно засмеялся. - Они очень напоминают бесиков, ты же знаешь.

Корд кисло улыбнулся.

- Благодарю, что напомнил об этом. Я с тобой полностью согласен.

Невысокие бесики частенько встречались в джунглях, в основном на открытых участках. Их средние ноги были укорочены. Обычно бесики пугались и убегали на нижних ногах, забавно болтая верхними конечностями. Охота на них приносила одно удовольствие, особенно когда в ней участвовали дети, - маленькие бесики были совершенно безвредными, трусливыми и глупыми.

Очень глупыми.

- Надо же, ты тоже так думаешь, - похрюкал опять Делкра. - Мои соплеменники тоже обратили внимание.

- Бог их знает, - задумчиво произнес Корд. - В джунглях они действительно ведут себя глуповато. Но их оружие... Хоть я всего два раза наблюдал, как оно действует, но проникся уважением. Но, с другой стороны, охраняют Роджера, по-моему, полные дураки, или я чего-то не понимаю.

Делкра похлопал нижними конечностями и резко изменил тему разговора.

- Послушай, а ведь аси одного возраста с тобой! Ты уже намекал на это, брат, - заметил Корд. - Ты тоже далеко не молод.

- Лучше бы мне этого не знать, - скривился вождь.

Корд все понимал. Обоим братьям не долго оставалось бродить по военным тропам, и, хотя они пользовались заслуженным уважением, их жизненный путь завершался. Конечно, задумываться об этом не хотелось, и шаман оглядывался, желая поговорить о чем-то другом, менее болезненном. Окидывая взглядом родную деревню, которую он вскоре должен будет покинуть навсегда, Корд вдруг спросил:

- Послушай, а где Делтан? На охоте?

- На том свете, - ответил Делкра, помахав руками, как бы отгоняя злых духов. - Он стал атулом.

- Что? - у шамана перехватило дыхание. - Как это случилось? На него напали?

- Нет. Копье сломалось.

- Ох, - вырвалось у шамана, но он постарался не выказать волнения, буквально захлестнувшего его при этом известии. У Корда никогда не было собственных детей, даже дочерей. Его жена умерла в молодости от какой-то инфекции, не оставив ему потомства, а такие случаи были нередки. Второй раз он так и не женился, и дети его я брата стали ему как родные. Делкра прожил насыщенную жизнь - от каждой второй из женщин его племени у него были дети. Разумеется, он тяготел больше к сыновьям.

Однако Делтан не был похож на других. Талант к шаманству он проявлял с раннего детства, и Корд втайне надеялся, что наступит день, когда юный воин пойдет наконец по его стопам. И вот теперь получалось, что Корд вынужден уйти вместе с аси и некому будет продолжить шаманские традиции. Корд, по крайней мере, рассчитывал на то, что перед уходом успеет передать Делтану хоть какие-то крупицы своих знаний или что тот сможет сопровождать его и группу хотя бы в течение нескольких дней.

- Да... - повторил он. - Дьявольские времена.

- Плохо, согласен, - прочмокал вождь. - Кстати, у нас нет выбора. Придется опять воевать.

- Но если мы станем воевать с Ку'Нкоком, другие племена устроят пиршество на наших костях.

- А если не станем, - убеждал вождь, - то Ку'Нкок отнимет все наши земли.

Корд похлопал всеми четырьмя руками и покачался вперед-назад. Его брат был прав: в любом случае ситуация складывалась скверная. С одной стороны, им не выиграть войну против города, но и терпеть постоянные притязания становилось невыносимым. В общем, только война могла поставить точки над "i".

- Между прочим, Ку'Нкок - наша первая остановка, - продолжил Корд через мгновение.

- Люди хотят торговать с этими лопухами своим барахлом. Но мы еще обсудим с ними это.

- Но... - брат стал возражать.

- Для джунглей они, естественно, не приспособлены, - перебил его Корд. - Но они достаточно мудры. Конечно, они все простофили, но довольно энергичны и, я бы сказал, достойны уважения. Был бы сейчас рядом мой старый учитель, я бы с ним посоветовался. Но это невозможно. Войтан пал в неравной борьбе - наши предки дрались, как настоящие герои. Учителя уже нет с нами. Придется советоваться с людьми.

- Ты упрям, как флет-ке, - заметил Делкра.

- Зато я прав, - зашелся хрюкающим смехом Корд.

Глава 22

Элеонора проснулась от высокоголосого пения и монотонного, приглушенного барабанного боя. Приоткрыв глаза, сквозь приспущенные ресницы поглядела в направлении раздававшегося звука. Неожиданно ее охватил ужас - взгляду представился громадный извивающийся червяк-вампир. Страх постепенно улетучился, когда она поняла, что это всего лишь галлюцинация, образованная причудливой игрой пламени от костра, горящего в ночи, и покачиваний какой-то странной, очевидно танцующей, фигуры. Неожиданно образ сжался до размеров гусеницы, но затем опять раздулся до... мардуканца в маске.

Только внимательно вглядевшись в корчившегося в мерцающих бликах танцора, Элеонора совершенно успокоилась: длинные, страшные клыки твари оказались зубцами короны на голове мардуканца, одетого в разукрашенное маскарадное платье. Позади танцора виднелось еще несколько фигур: гигантский жук с клешнями, двухголовая, напоминающая легендарную Наги змея и шестиногая извивающаяся тварь, на шее которой висело ожерелье из острых, как у акулы, зубов.

Наваждение сна, мерцающий огонь, танцующие фигуры, песнопение и барабанный бой - все это действовало завораживающе. Вдруг барабанные удары участились, голоса запели громче, танцоры задергались в бешеном экстазе. Продолжавшаяся с полминуты какофония завершилась изумительным по красоте песнопением. Наконец все смолкло, и танцоры замерли.

Завороженные зрители сидели с ощущением чарующей незавершенности окончившегося представления. Элеонора потрясла головой, пытаясь отделаться от дремотного дурмана, и стала оглядываться в надежде отвлечься, но неожиданно поймала себя на том, что сквозь забытье разглядывает чей-то сапог.

О'Кейси сощурилась, и ее взгляд осторожно заскользил вверх. Какая-то женщина-солдат, чей сапог она только что имела честь лицезреть, стояла у ее изголовья с плазменной пушкой в руках. Элеонора посмотрела вбок и заметила второй сапог, владельцем которого оказалась гренадер. "Как интересно..." - подумала она.

Усевшись, она протерла глаза - не помогло. Казалось, все происходит в каком-то мистическом сне, правда голова была более ясной, чем до того, как она заснула. Элеонора еще раз взглянула на женщину.

- Как долго я спала?

Она не знала, сколько времени прошло после обеда, равно как не помнила, когда она уснула, поэтому ответ на ее вопрос мало бы что ей сказал. К тому же женщина, похоже, ее даже не услышала, так как вместо слов Элеонора просипела что-то невнятное. Прочистив горло, она решила повторить вопрос:

- Капрал... Боем, это вы? Как долго я дремала? Кстати, благодарю вас, но охрана мне, по-видимому, больше не нужна.

- Хорошо, мадам. - Боем поглядела на нее сверху и заулыбалась. - Однако его высочество приказал нам позаботиться, чтобы вас никто не беспокоил. - Она раздумывала, как ответить на первый вопрос. - Не знаю, сколько вы проспали до того, как мы пришли сюда, но здесь мы уже часа три.

- Значит, получается часов пять-шесть, - предположила Элеонора.

Она привстала и почувствовала, что вся разбита: ныла чуть ли не каждая мышца тела. Ноги болели и саднили, она почувствовала тошноту и чуть не упала, если бы не подставленная вовремя рука капрала.

- Осторожно, мадам, - сказала женщина. - Ваши ноги вам еще пригодятся.

- Я понимаю, - жалобно простонала Элеонора. - Вам, пехотинцам, легко говорить. Вы натренированны, как киборги.

С трудом дыша, Элеонора попробовала наклониться и снова ощутила боль в разных частях тела. Вращение плечами, руками и ногами вызвало еще большее недомогание, и она подумала, что душ, ванна, несколько тюбиков разогревающего крема, двухдневный сон, возможно, и привели бы ее в норму. Только если не...

- А где его высочество? - спросила она.

- Я проведу вас к нему, - ответила владелица плазменной пушки.

Роджер, Панер, Косутик и мардуканские старейшины располагались в соседней хижине, наблюдая за празднеством. Прекратив кормить ящерицу, которую Роджер, по-видимому, уже приручил, принц с улыбкой посмотрел на ковыляющую Элеонору.

- Мисс О'Кейси, - официально произнес Роджер. - После сна вы выглядите несколько лучше.

Завидя приближающуюся Элеонору, животное вскарабкалось принцу на колени и еле слышно зашипело на нее. Его высочество ласково похлопал нового питомца по голове. Ящерка нахохлилась, вытянула шею и стала принюхиваться. Очевидно, приняв О'Кейси за неодушевленный мешок, ящерка еще раз принюхалась, покрутилась немного и опять свернулась у принца на коленях, словно на лежанке.

- Я чувствую себя как живой труп, - сказала Элеонора. - Если бы я только могла представить, что меня втянут в подобную авантюру, я бы, по крайней мере, перед этим долго тренировалась.

Она кивнула Мацуге, который протянул ей пластмассовую кружку с водой и две таблетки с анальгезией.

- Спасибо, Костас. - Она запила таблетки водой, оказавшейся на удивление холодной. Очевидно, ее охладили в одном из баллонов. - Благодарю еще раз.

Она оглядела собравшихся. Пехотинцы более активно вступали в разговор с туземцами, чем мардуканцы. Некоторые бойцы чистили оружие, некоторые сидели с напряженными лицами - видимо, телохранители; большинство вели непринужденную беседу. Поертена умудрился изготовить из чего-то колоду карт и обучал игре в покер юных мардуканских воинов, в то время как остальные демонстрировали свои электронные игрушки или просто болтали. Уорент Добреску врачевал, раскладывая какие-то медикаменты.

Добреску оказался настоящей находкой для экипажа, причем не только как врач. Прослужив шестнадцать лет морским рейдером и врачом, он умудрился еще после этого окончить летную школу.

Как правило, флот направлял в военно-морские части армейских санитаров. Рейдеры же являлись чисто имперским изобретением. Эти люди ценились как спасатели в различных чрезвычайных ситуациях, они проходили специальные тренировки на выживание практически в любых условиях. Рейдеры-врачи должны были уметь все: от простейших методов, приостанавливающих гангренозное заражение, до хирургии грудной клетки.

Поскольку команда Роджера не нуждалась в каких-то специальных службах, не было и необходимости в таких врачах-универсалах. Даже Еве Косутик не пришло на ум, что на какой-то планете вдруг возникнет нужда в серьезном медицинском вмешательстве. Короче говоря, то, что в составе экипажа оказался такой специалист, как Добреску, было большой удачей.

В момент, о котором идет речь, он оказывал помощь нескольким мардуканцам, залечивая их раны и предупреждая распространение инфекции, которой джунгли так щедро "одаривают" своих обитателей. Выяснилось, что мардуканская слизь обладает целебными свойствами и весьма полезна при нагноениях.

Осмотрев нескольких пациентов, Добреску пришел к выводу, что заражение кожи вызывалось в основном различного рода грибками. К счастью, в аптечке оказалась противогрибковая мазь. Благодаря ей и самозатягивающимся бинтам врачу относительно легко удалось помочь и туземцам, и нескольким солдатам.

- И много я пропустила? Наверное, было интересно? - спросила О'Кейси принца, наблюдая за Добреску, упаковывающим медикаменты. Мысль о том, что она проспала практически весь праздник, беспокоила ее гораздо меньше, чем физическая слабость.

- О, вам бы понравилось, - ответил Роджер, почесывая голову ящерки. Та сидела у принца на груди и с наслаждением терлась о его подбородок. - Бесподобный церемониал и очень символичный. Корд поклялся следовать за мной по пятам в роли послушного вассала, и я, в свою очередь, пообещал не бросать его на произвол судьбы. Клятвенные заверения скрепили обрядным ритуалом. Мне даже пришлось отведать кусочек с его спины, - поморщившись, добавил принц.

Элеонора захихикала.

- Я, конечно, извиняюсь за свое отсутствие, - сказала она.

- Честно говоря, меня удивляет весь этот ажиотаж, - заметил принц. - Что-то не верится, чтобы они всех гостей так встречали.

- О, конечно нет, - Элеонора постепенно приходила в себя. - Вы, наверное, совсем не поняли смысл ритуала.

- Да уж, - заметил принц. - Я и в земных-то обрядах разбираюсь как свинья в апельсинах.

Элеонора раздумывала, как бы лучше объяснить.

- Я думаю, - начала она, - что это было что-то типа свадьбы или похорон.

- Оригинально. А поточнее?

- Не припомните, как вел себя Корд? Что-нибудь снимал с себя или, наоборот, одевал? Или что-то передавал кому-нибудь?

- Да, что-то такое было, - вспомнил Роджер. - Туземцы протягивали Корду какую-то накидку взамен той, что была на нем, а он передал свое копье и посох одному из мардуканцев.

- Я порасспрашивала немного Корда, когда мы спускались с плоскогорья, - сказала Элеонора. - Оказывается, аси - это форма подневольной зависимости, своеобразное рабство - понимаете?

- Да, вот только сейчас до меня дошло, - с досадой сказал Роджер. - С ума сойти! У нас в Империи ничего подобного не может быть!

- Но у нас же совершенно иной мир, - объясняла Элеонора. - К тому же если вы полагаете, что мы далеко от них ушли в социальном плане, то ошибаетесь. Прошло уже несколько тысячелетий, а люди практически не изменились: человек тридцать четвертого столетия мало чем отличается от своих далеких предков. Давайте для начала посмотрим, что понимается под рабством.

Элеонора сосредоточилась.

- На протяжении всей истории Земли... - начала она и заметила, что Роджер уже не прислушивается.

Принца обычно мало интересовали вопросы устройства общества, социальные структуры и тому подобное; описание конкретных сражений увлекало его гораздо больше.

- Роджер, послушайте, пожалуйста, - продолжала Элеонора, пытаясь встретиться с принцем взглядом. - Вас только что обвенчали с Кордом.

- Что?

- Видите, это вовсе небезынтересно для вашего высочества, - рассмеялась Элеонора, - но, представьте, что именно это и произошло. Теперь он - ваш раб. Так вот, я повторяю: на протяжении всей человеческой истории обряды венчания и закабаления мало чем отличались. Так что вы отныне связаны крепкими узами.

- Однако... - вырвалось у принца.

- Теперь вам предстоит беречь его при жизни и, вполне возможно, после смерти.

- Кормить его детей, что ли? - пошутил Роджер.

- Это слишком серьезно, ваше высочество: Корд теперь обязан выполнять все ваши желания, а для своей семьи он как бы умер. Поэтому, кстати, и вышло такое пышное празднество, какое бывает разве что на свадьбах. У семейных пар самых примитивных племен практически отсутствуют какие-либо обряды, зато любое племя неукоснительно исполняет церемонии, связанные с похоронами. Свадьба и похороны, с точки зрения племени, мало чем отличаются, так как венчающиеся жених и невеста покидают своих родителей точно так же, как... если бы они умерли для семьи.

- Оттого я и использовала слово "женитьба", чтобы привлечь ваше внимание, - призналась Элеонора. - Я, конечно, могла бы сказать точнее: "навечно связанные узами типа: вассал - господин" или что-нибудь в этом роде. Аналогичные, очень похожие обряды существовали и на Земле, и почти для всех негуманоидных рас, которые я изучала. Но, так или иначе, то, свидетелем чего вам довелось быть, является для мардуканцев таинством, святыней, если угодно, и мне очень жаль, что я все это проспала, - закончила О'Кейси.

- Танец лесных зверей стал своего рода кульминацией обряда - так надо понимать, - заметил Роджер. Пояснения Элеоноры заставили его задуматься. Он забеспокоился, понимая, что расплачивается за свое легкомыслие.

- Но я очень рад, что вы все же проснулись, - добавил он. - Я, кстати, уже все равно собирался послать за вами кого-нибудь. Корд рассказывает тут интересные вещи.

- Правда? - Элеонора потянулась было за куском какого-то недоеденного фрукта, но тут же отдернула руку, неожиданно заметив, что несколько косточек плода вдруг ожили и куда-то побежали.

- Да. Создается впечатление, что у племени проблемы и им дорог хороший совет.

Ночь давно уже вступила в свои права, и большинство членов экипажа спали: кто в лачуге, кто в палатке.

Бодрствовали только в хижине Делкры - представители обеих сторон слушали Корда, пытающегося объяснить, отчего прекращение его поисков и вынужденное возвращение с принцем может привести к пагубным для племени последствиям.

- Еще в бытность моего прадеда торговцы из города, поднимаясь вдоль берегов Великой реки, добирались до места впадения в нее Нашей реки. Купцы тогда не враждовали с нашим племенем, обитавшим на холме, у слияния рек. В обмен на копья и мечи мы приносили шкуры грэков и атул-грэков, сокядэн-куола и мясо флина. Купцы кроме оружия приносили с собой качественные металлы, одежду, зерно, вино. Наше племя процветало и богатело, и еще во времена моего отца нам не было равных. Силой и численностью мы превосходили дутаков, живущих севернее, и арнатов, расположенных к югу от нас.

- Однако город разрастался, постепенно захватывая наши охотничьи земли. Довольно быстро голод и нужда постучались к нам в дверь. Запасы стали быстро истощаться, мы слабели на глазах.

Шаман сделал паузу и огляделся, словно опасаясь произнести страшную правду.

- Мой брат щедр, смотрите, какой праздник отгрохал. Рис покупался в Ку'Нкоке и, между прочим, немалых денег стоил. Да и остальные продукты... А сородичи голодают...

- Город - вот основная проблема. С каждым днем его владения расширяются, и это не самое худшее зло. Согласно договору, их дровосеки могут производить вырубки в строго определенных районах и при этом вырубать лишь конкретные виды деревьев. За это мы должны получать от них товары: металлические копья, ножи, различную утварь, одежду. Так вот, качество вещей постоянно падает, в то время как лес косят подчистую, словно про договор никто из них и слыхом не слыхивал.

Он опять огляделся и похлопал руками.

- Если мы убьем лесорубов, орудующих в запрещенной зоне, то нарушим соглашение. Горожане консолидируются и пойдут на нас войной. - Корд в отчаянии махнул рукой. - И мы наверняка проиграем.

- Мы, правда, можем сами напасть на Ку'Нкок и взять его без предупреждения - сработает эффект неожиданности. Так кранолта приступом взял Войтан. - Корд испытующе посмотрел на гостей, и его взгляд говорил красноречивее всяких слов. - Их склады с рисом окажутся в наших руках, мы убьем их мужчин, женщин возьмем в рабство, захватим все товары, которые по праву нам принадлежат.

- Тут все не так просто, - вступил в разговор Делкра. - Нам не избежать крупных потерь в любом случае, даже если штурм окажется успешным. И тогда этим могут воспользоваться дутаки и арнаты - нападут на нас, как стервятники. Мы долго колебались, не зная, как же поступить, и в конце концов отправили Корда в духовный поиск. Если бы ему явилось знамение, что в будущем нас ждет мир, то мы не стали бы воевать, если же провидение пророчит войну, значит, так тому и быть.

- А если бы Корд не вернулся? - поинтересовался Панер. - Ведь он едва не поплатился жизнью.

- Значит, война, - просто ответил Делкра. - Мы все равно собирались ее начать, в крайнем случае в следующем году. Правда, скорее всего, нас бы сожрали дутаки и арнаты.

- Так помиритесь с ними, - посоветовал принц, - и наступайте сообща.

В тот же момент Роджер почувствовал, как Элеонора пихнула его локтем под ребро, и сообразил, что, выдвигая варварам такое предложение, он вряд ли способствует движению туземцев к цивилизованному обществу. Но, с другой стороны, эти варвары стали его друзьями...

Принц бросил сердитый взгляд на свою наставницу и замолчал. Все учителя, преподававшие ему историю, в число которых входила и Элеонора, непрерывно твердили ему о высочайшей ответственности за принимаемые решения. Он никогда особенно не задумывался о том, что его неосторожные советы могут иногда приводить к необратимым последствиям. И вот сейчас наконец он четко представил себе, что его вскользь брошенная фраза может повлиять на судьбы сотен, а быть может, и тысяч людей.

Роджер глубоко вздохнул, решив все-таки попридержать язык, и принялся опять ласкать свою собачку-ящерку.

Делкра, не подозревающий, что творится у принца в душе, захлопал руками в знак отрицания.

- Вожди обоих племен слишком коварны. Они знают, что мы уже не так сильны, как раньше, и понимают, что если мы окончательно ослабеем, то они захватят наши территории и всем нам конец.

- Ну и как же мы сможем вам помочь? - спросил капитан Панер. Судя по тону командира, Роджер почувствовал, что один из вариантов такой помощи Панеру прекрасно известен, но... также было очевидно, что капитан не испытывает никакого желания помогать.

- Мы не знаем, - ответил Корд. - Мы видели только вашу технику, оружие и поняли, какими величайшими знаниями вы обладаете. Вот мы и надеялись, что расскажем вам о наших трудностях, а вы уж что-нибудь придумаете.

Панер с Роджером, словно сговорившись, разом обернулись к Элеоноре.

- О, неужели? - изумилась она. - Неужели вам потребовалась моя помощь?

Элеонора размышляла о только что выступавших мардуканцах. И о политике государств. И о небезызвестном Макиавелли.

- Тут две независимые проблемы, - произнесла она через несколько секунд. - Одна для получающей стороны и одна для дающей. Проблемы могут быть связаны между собой, но это не обязательно.

Элеонора говорила медленно, почти сдержанно, пытаясь припомнить все нюансы только что прозвучавших выступлений.

Нарушали ли вы хоть иногда ваш договор с городом?

- Никогда, - моментально ответил Корд. - Я уже дважды бывал в Ку'Нкоке с жалобами по поводу низкого качества товаров и незаконной вырубки леса. Король принимал меня весьма любезно, даже дружески. Горожане же нас недолюбливают, впрочем как и мы их.

- А кто конкретно занимается вырубкой? Есть какая-то монополия? Или это отдельные фирмы? И сколько их тогда, и как они организованы?

- На данный момент существует шестнадцать крупных фирм, - ответил Корд, - включая королевскую. Также есть много мелких предприятий. Крупные фирмы являются членами Королевского совета... им предоставлены и некоторые другие права. Отдельные предприятия не имеет права рубить лес, так что наши обидчики не оттуда.

- А дань, которую вы получаете? Этим заправляют фирмы или сам король?

- Добро дает король, а цены назначают фирмачи. Сам товар обычно переправляется одной из крупных фирм.

- Экспансия города неизбежна, - заметила Элеонора после непродолжительного раздумья. - Лес, разумеется, - необходимый ресурс, вынуждающий вторгаться в ваши владения. Войны, как правило, и разгорались из-за источников сырья, являющихся базисом экономики. Но и ваше недовольство совершенно оправданно. Лично я не представляю, что из всего этого получится. Насколько я поняла, следующий пункт нашего путешествия - Ку'Нкок? - О'Кейси вопросительно посмотрела на Панера.

Тот утвердительно кивнул.

- Я просил наших хозяев воздержаться от наступления на город, по крайней мере до того момента, пока мы его посетим, - сказал Панер. - На это у нас две причины. Во-первых, мы собираемся с ними торговать. Ку'Нкок - ближайший к нам город, и там есть все, что нам необходимо для продолжения похода. Вторая причина состоит в том, что мы, возможно, предложим третий, бескровный, вариант разрешения противоречий. Дайте нам возможность разведать, что к чему, и потом мы поделимся нашими впечатлениями. Вполне возможно, что нам, как посторонней и, так сказать, лично не заинтересованной стороне, удастся разглядеть то, что не под силу местным жителям.

Делкра с Кордом обменялись взглядами, и вождь захлопал верхними руками в знак согласия.

- Хорошо, договорились. Мы не будем спешить с атакой. Когда вы пойдете в город, я пошлю с вами некоторых из моих сыновей. Они помогут вам сориентироваться и будут вашими посыльными.

Глава 23

Путешественникам пришлось преодолеть приличное расстояние вниз по течению извилистой речки. Прошагав до места, где она впадала в более полноводную реку, земляне достигли наконец подножия невысокой горы. Городок, расположенный наверху, оказался копией покинутой деревни, только значительно больше по размерам. Вечерело. Небо над городом казалось серым, будто закопченным дымом костров, горевших тут и там.

Многочисленные постройки перемежались огородами и фруктовыми садами. Городскую окраину пересекало несколько каналов, вдоль которых ютились довольно бедные хибарки, по сравнению с которыми кордовские лачуги выглядели архитектурными шедеврами. Хибарки походили скорее на соломенные шалаши, чем на нормальные жилища и, по всей видимости, являлись временным прибежищем для работавших на этих землях крестьян. Убогость строений объяснялась, по-видимому, сезонными паводками, после которых приходилось регулярно производить "капитальную реконструкцию" сооружений или, говоря менее помпезно, просто лепить их заново.

Шалаши, словно холмики, заполонили собой почти несколько квадратных километров угодий, засеянных в основном мардуканским рисом. Рис, выращиваемый на Земле, явно уступал местному. Мардуканский превосходил земной и по вкусу, и по урожайности. Кроме того, местный легче обрабатывался. Возможно, в нем недоставало каких-нибудь полезных аминокислот, но при правильно сбалансированной диете, включающей дополнительные земные ингредиенты, этот недостаток легко устранялся.

"Это было бы самое ходовое зерно во всей Империи", - подумал про себя принц.

Стало очевидно, что главной проблемой культивирования зерновых в районе Ку'Нкока были не джунгли, а постоянные дожди и паводок. Большую часть полей, особенно расположенных ниже и ближе к реке, со всех сторон окружали сточные канавы, предназначенные для отвода воды, а не для орошения, как можно было бы подумать. Везде виднелись откачивающие воду хитроумные насосы, устроенные по принципу водяных мельниц: они в основном выводили воду из застаивающихся луж по краям поля.

Больше всего путешественников поразил домашний скот. Едва выйдя из леса, земляне издалека заприметили стадо гигантских тварей, которых Корд назвал вьючными животными. Путники крайне изумились, обнаружив полное сходство особей с флет-ке, угрожавшей Корду. Когда Роджер сказал об этом Корду, тот, как всегда, утробно засмеявшись, заметил, что хотя вьючные животные, а точнее флер-та, может быть, чем-то и напоминают флет-ке, убитую Роджером, но между ними огромная разница.

На полях работало множество крестьян: одни занимались прополкой, другие что-то сеяли. Некоторые, уже усталые, возвращались домой - кто к своему шалашу, кто в сруб неподалеку от леса, кто в город.

По мере приближения к городу петляющие тропинки становились все шире, трудовой люд попадался все чаще. Горожане с явным изумлением наблюдали за процессией, отходя на обочину дороги. Панера, уже вполне освоившегося с основами мардуканского языка, не особо волновали враждебные взгляды и жесты, направленные в их сторону. Также он оставлял без внимания телодвижения отдельных личностей, угрожающе махающих им вслед какими-то лопатами или вилами.

Сначала казалось, что враждебность вызывают посланцы Корда и Делкры и земляне здесь ни при чем, однако толпа горожан все увеличивалась, и их угрозы становились все опаснее. По мере приближения к городским стенам напряжение возрастало. На помощь рабочим из-за городской стены выходили встречающие. Крики и свист становились все более громкими, и Панер уже не сомневался, кто именно является причиной беспорядков.

- Внимание! Всем остановиться. Создать кольцевое заграждение вокруг Роджера. Типичный мятеж. Оружие держать наготове. Бойцам внешнего круга выставить штыки и быть готовыми отразить нападение.

Морские пехотинцы отреагировали мгновенно, образовав плотное кольцо вокруг командиров. Отделение Джулиана вышло вперед. Пехотинцам, облаченным в хромированные бронированные костюмы, бояться было нечего: никакое из известных видов мардуканского оружия не смогло бы причинить им вреда. Идущая под небольшим уклоном дорога, шириной метров десять, была обнесена с обеих сторон высокой оградой, так что живое заграждение заблокировало проход, как пробка бутылку. Тыльная часть строя была немногочисленна - человек пятьдесят- шестьдесят. Скопившаяся сзади разъяренная толпа пыталась просочиться сквозь "пробку", чтобы объединиться с более многочисленной группой, выходящей из городских ворот. Некоторые, особо одержимые, попытались пойти напролом, но были отброшены штыками. Одному солдату все же перепало: какой-то рабочий сильно ударил его цепом и, похоже, повредил ключицу, однако туземца тут же отбросили назад стоявшие рядом бойцы. Огонь было приказано не открывать.

Голова строя сдерживала, в свою очередь, народ, тянувшийся из города. Эти, по крайней мере, были менее агрессивны, чем толпа позади землян. В солдат полетели камни, но главным оружием метателей оказались навозные катыши. Один из таких "подарков" угодил в Поертену, вызвав поток "хвалебной речи" по этому поводу. Выругавшись от души, он, конечно, нарушил приказ Косутик, но непроизвольно вырвавшиеся фразы, адекватно отразившие ситуацию, вызвали всеобщее веселье.

Положение получалось тупиковым. С одной стороны, горожане не могли пройти, не наткнувшись на джулиановских бойцов, но и у бойцов, в свою очередь, не было никакой возможности просочиться сквозь мардуканцев без применении силы. Когда град летящих камней и прочей "прелести" стал ощутимее, у Панера уже не осталось выбора. При этом он, разумеется, понимал, что провокация провокацией, но убитые или покалеченные горожане вряд ли поспособствуют проявлению теплых чувств со стороны Ку'Нкокцев, и уж тем более тогда вряд ли земляне смогут с ними торговать.

Однако пока бесновались бунтовщики, или так называемые протестующие, едва ли можно было ошибиться, предположив, что и внутри, за городской стеной, творится то же самое. И что с минуты на минуту...

Отряд мардуканских охранников неожиданно появился в воротах. Земляне впервые увидели туземцев одетыми. Роджер даже обратил внимание, что их одежда скорее напоминала доспехи.

Длинный, открытый сзади фартук был изготовлен из очень толстой кожи, уплотненной в ответственных местах, преимущественно в районе плеч и груди. Фартук украшался разнообразными геральдическими символами. Каждый охранник держал в руке большой круглый железный щит. Орудием служили внушительные дубинки, которые и были пущены в ход незамедлительно. Охранники не мудрствовали лукаво: подходили к первому попавшемуся нарушителю порядка и "награждали" его от души. Порядок воцарился довольно быстро - через пару минут казавшаяся такой несокрушимой толпа рассеялась без следа. Убегающие от блюстителей порядка горожане напоминали мальков, преследуемых стаей окуней.

Охранники не обращали никакого внимания на убегавших, разбираясь лишь с теми, кто стоял на месте или пытался драться. Именно на них в первую очередь и обрушивался меч правосудия - дубинками караульные орудовали мастерски. Поскольку на лицах охранников не отражалось ни тени жалости, создавалось впечатление, что они выполняют эту привычную грязную работу каждый божий день. Удары дубинкой были нешуточными, и один из трех-четырех избиваемых падал замертво. С такой же безучастностью караульные оттаскивали к обочине дороги трупы и тела потерявших сознание. В конце концов путь был расчищен.

Первым к охранникам двинулся Корд. За ним прошествовали Роджер с группой Кордовых племянников. У Панера округлились глаза, когда он заметил, что принц двинулся без телохранителей. Он дал знак Диспреукс, и через пару секунд шестеро молодцев из команды Альфа догнали принца. Корд подошел к главному охраннику - по крайней мере, тот громче всех орал - и приветственно кивнул головой.

- Я Д'Нал Корд из племени. Я пришел обсуждать договор с вашим королем.

- Ясно, ясно, - грубо отвечал старший. - Мы приветствуем вас и всех остальных. - Он оглядел воинов, столпившихся позади Корда, и проворчал: -Где вы отыскали этих бесиков! Вы могли бы накормить одним из них целую семью!

При этих словах Роджер, открывший было рот, тут же его закрыл. Раньше ему как-то не приходило в голову, что, хотя мардуканцы являлись такими же каннибалами, как и в свое время земляне, его, принца, аборигены не причислят к так называемому Народу, а отнесут совсем к другой категории. Уже приготовившись сделать заявление, Роджер, услышав предложение охранника, почему-то передумал...

- Я - аси их вождя, - четко проговорил Корд. - Поэтому они присоединились к моему племени и получили те же привилегии, что и Народ.

- Ну, я, право, не знаю, - заспорил старший. - Они выглядят как обычные гости и, значит, подпадают под общие правила торговли. Кроме того, больше десяти человек одновременно мы все равно не имеем права пропустить.

- Эй, Баналк, - подключился другой охранник, - не торопись! Если ты считаешь, что они торговцы, значит, мы не можем их съесть?

"По-видимому, он пошутил", - подумал про себя принц, но Панер, с самого начала прослушивавший разговор, сообразив, что дело принимает нешуточный оборот, решил "вырвать зародыш с корнем". Он огляделся вокруг в надежде отыскать что-нибудь относительно неприметное, и ему это удалось. Холмы, окружавшие город, были вулканического происхождения и состояли из древнейших гранитных пород, образовавшихся в результате выхода магмы на поверхность. В сравнении с грунтом огнеупорный гранит в значительно меньшей степени пострадал от природных катаклизмов, но со временем и в нем стали образовываться изломы и трещины. Мало-помалу куски гранита откалывались, отчего возникло множество огромных валунов, скопившихся у подножия горы. Дело в том, что, когда возводился городской деревянный палисад, аборигены специально оттаскивали эти валуны с его территории. Один из таких камней и заприметил Панер - тот лежал примерно в ста метрах от дороги и был хорошо виден охранникам и остальным зрителям, стоявшим неподалеку.

- Диспреукс, - Панер показал на валун, - плазменное ружье.

- Есть, - ответила командир отделения и махнула рукой своим о чем-то спорившим бойцам. - Я извиняюсь, - проговорила она превосходным сопрано. - Мы думаем, что их разговор зашел слишком далеко. - Поманив пальцем капрала Кейна, Диспреукс объяснила ему, что он должен сделать.

Сказано - сделано. Вылетевший с оглушительным свистом сгусток плазмы смерчем пронесся по рисовому полю и аккуратно выжег в нем прямую как рельс колею. Но это было ничто по сравнению с тем, что сделалось с валуном. Плазменный снаряд с жутким треском врезался в него, и мощнейшая, возникшая в результате взрыва тепловая энергия разнесла огромный полутораметровый обломок гранита на куски, разлетевшиеся во всех направлениях. Некоторые из них даже упали на дорогу. Когда грохот взрыва постепенно стих и последний камешек глухо стукнулся о грунт, сержант Нимашет Диспреукс обернулась к оцепеневшей и потерявшей дар речи охране и улыбнулась.

- Нам не важно, за кого вы нас принимаете: за Народ, или за торговцев. Но если еще кто-нибудь из вас возжелает нас слопать, то боюсь, что-то, что от него останется, хоронить уже будет не нужно.

Глава 24

В отличие от большинства городских сооружений, при постройке королевского дворца использовались в основном местный гранит и известняк. Нижние части стен, состоявшие исключительно из гранита, были окрашены в унылый темно-серый цвет, но по мере удаления от поверхности земли добавленные примеси известняка удачно оживляли рисунок приятными полутонами. Сквозь высокие открытые окна приемной залы виднелся внутренний двор и линии оборонительных укреплений.

Препровождение путешественников в обитель местного владыки происходило в полнейшем безмолвии, не идущем ни в какое сравнение с последовавшим оживленным приемом, так что у Панера непроизвольно возникло подозрение, что все было подстроено.

- Добро пожаловать в Ку'Нкок, - с угрюмой учтивостью поприветствовал гостей король. Стоявший рядом юноша - как выяснилось, его сын - настороженно, но с явным любопытством разглядывал гостей. Лицо Панера, скрытое за мерцающей маской шлемофона, светилось улыбкой: похоже, короля только что оповестили о случившемся перед его воротами.

- Я Хья Кэн, правитель этого города, - продолжал король. - А это мой сын и наследник.

Роджер невозмутимо кивнул. Принц решил снять свой шлем - во-первых, чтобы открыть свое лицо, а во-вторых, чтобы выразить этим свое почтение. Дряблая кожа короля, покрытая слизью лишь местами, говорила о преклонном возрасте монарха. Корд явно выглядел моложе.

- Я принц Роджер Рамиус Сергей Александр Чанг Макклинток, из династии Макклинтоков, третий наследник на трон, - официально представился принц. - Приветствую вас от имени Империи и как представитель своей матери, императрицы Александры.

Роджер надеялся, что чип точно переведет его слова. В последнее время он стал замечать, что качество перевода транслирующей программы изрядно ухудшилось, и потому опасался быть неправильно понятым. При мысленном прослушивании последней переведенной фразы оказалось, что слово "мать" почему-то заменилось словом "мужчина", что, естественно, вызвало смех. Получилось, что принц вместо матери нарисовал образ какого-то парня, причем со странностями. Полученный образ настолько не соответствовал облику его матушки, что Роджер еле сдерживался, чтобы не расхохотаться. Вторая попытка сконструировать фразу завершилась еще глупее: выходило, что он рассказывает уже о себе самом, разодетом словно принцесса из сказки. В общем, становилось уже не смешно: программа конкретно хандрила.

- Мы путешественники из далекой страны, и вот случайно забрели в ваши края, - продолжал принц, рассудив, что не стоит раскрывать полную правду. - Сейчас мы уже возвращаемся домой.

- У нас есть для вас подарки, - заметил Роджер и обернулся к О'Кейси, которая уже протягивала принцу какую-то вещицу.

- Эта штуковина может менять свою форму, превращаясь во множество полезнейших инструментов, - заявил принц. Конечно, предлагать королю предметы такого сорта было как-то нелепо, но ничего лучшего под руками не оказалось, и Роджеру пришлось демонстрировать этот. Король напряженно наблюдал, затем, хмуро кивнув, взял подарок и передал его своему сыну. Юноша, выглядевший еще совсем ребенком, казалось, испытывал к диковине куда больший интерес, чем папаша, но приличия ради старался не демонстрировать любопытства.

- Ценные вещицы,-дипломатично заметил король. - К вашим услугам гостевые комнаты, - он взглянул на пришельцев и похлопал руками. - Думаю, поместитесь.

Роджер благодарно кивнул.

- Спасибо за гостеприимство.

- Д'Нок Тэй проводит вас в апартаменты. Спокойно отдыхайте. Насчет ужина и прислуги я уже распорядился.

- Еще раз благодарим, - сказал принц.

- Утром побеседуем. До встречи, - закончил король и вышел вон. Сын засеменил вслед. В отличие от отца, юноша постоянно оглядывался на гостей, пока не скрылся из виду.

- Проводите нас, - обратился принц к караульным. Не произнося ни слова, Тэй зашагал в сторону двери, свернув, в отличие от короля, не налево, а направо. Путешественники последовали за ним.

Дорога пересекла открытый двор, затем сузилась до тропинки и круто пошла вверх, вдоль крепостной стены. Неожиданно прямо над головами раскатисто загрохотало, и сплошная стена воды хлынула на землю. Поскольку на Тэя и Корда с племянниками этот природный катаклизм не произвел ровно никакого впечатления, то и наши герои старались делать вид, что ничего особенного не происходит. Ливневые дожди были слишком обыденным явлением, вынудившим мардуканцев проделать в стенах ниши для слива воды. Кроме того, вдоль дорог были специально прорыты водосточные канавы, соединявшиеся друг с другом и позволявшие отводить дождевые потоки с холма в реку. Забавно, что при этом попутно разрешалась и другая проблема - гигиеническая. Если покопаться в мардуканском языке, то маловероятно, что там отыщется понятие, сходное по смыслу со словом "гигиена". Такой вывод напрашивался сам собой - стоило лишь взглянуть на дороги, сплошь покрытые экскрементами горожан и домашних животных.

По словам О'Кейси, подобное омерзительное зрелище характерно для невысокого уровня развития культуры. Так вот и получалось, что дождевые потоки боролись за чистоту кардинально, смывая в речку большую часть испражнений. Также стало понятно, отчего кордовский Народ называл горожан "наседками".

Наконец подъем закончился, и тропинка побежала по гребню косогора почти вровень с зубчатыми оконечностями крепостной стены. Восхищенному взору наших героев открылась величественная панорама окружающей местности. Тучи рассеялись, дождь прекратился так же внезапно, как начался. Солнце уже зашло, и на смену ему с востока над вершинами гор выплыла огромная луна Ханиш, осветив расстилавшуюся внизу долину. Город погрузился во мрак, необычный для цивилизованных землян, привыкших к уличному освещению даже в самых захудалых городишках Империи. Но яркий лунный свет придавал пейзажу неописуемое очарование. Серебрилась вода в водосточных канавах, тут и там зажигались вечерние костры фермеров, откуда-то снизу, с реки, доносился глуховатый рев неизвестных животных.

Затаив дыхание, Роджер любовался захватывающим зрелищем. Неожиданно он обнаружил рядом с собой Диспреукс. Выяснилось, что ее отделение, как и положено, продолжало неусыпно охранять жизнь его высочества, следуя за ним словно тень.

- Нимашет, вы, в принципе, свободны. Можете заняться своими делами, - спокойно произнес принц и, улыбаясь, шевельнул бронированным плечом. - Вряд ли какая-нибудь тварь сможет пробиться через это...

- Да, сэр. Вероятно, вы правы, но мы выполняем приказ нашего командира.

Роджер хотел было возразить, но передумал. Во-первых, ему не хотелось в очередной раз ссориться с Панером, а во-вторых... Во-вторых, была божественная ночь, Диспреукс - очаровательная молодая девушка, и нужно быть полным ослом, чтобы не воспользоваться моментом.

- Если перестать бояться, то вокруг все просто замечательно, не правда ли?

Диспреукс почувствовала, что принц едва ли хочет услышать в ответ что-нибудь шаблонное, типа: "Да, сэр; нет, сэр", и просто согласно кивнула головой.

- Я наслышана о планетах с условиями куда хуже этих, ваше высочество, - промолвила девушка, припомнив одно из мест, куда ее могли направить. Планета Дайбло, например, относится к одной из самых тектонически нестабильных населенных планет во всей Империи. Воздух там настолько отвратителен, что детей приходится держать в специальных изоляторах довольно долго, пока они не повзрослеют и не научатся правильно пользоваться дыхательными аппаратами.

- Намного хуже, - еще раз повторила Нимашет. Роджер кивнул и обратил внимание, что, болтая, они оказались в самом хвосте группы, все еще поднимавшейся в темноту неизвестности. Как не хотелось принцу прерывать задушевный разговор, но нужно было двигаться дальше.

- Пора идти, ваше высочество, - произнесла Диспреукс, словно прочитав его мысли.

- Да, - со вздохом ответил Роджер. - Что-то ждет нас впереди?..

Гостевые комнаты выглядели довольно странно. Чтобы добраться до них, путешественникам пришлось пройти по извилистому тоннелю с воротами в обоих концах. Тоннель привел в небольшой открытый двор, примыкающий к довольно солидной башне с единственной дверью внизу. Для мардуканцев дверной проем был слишком низким, так что Д'Нок Тэю, для того чтобы войти, пришлось согнуться в три погибели, тогда как земляне вошли совершенно свободно. Здание башни оказалось трехэтажным, причем первые два этажа почему-то не разделялись на отдельные комнаты, а на первом вообще отсутствовали окна. На втором этаже имелись небольшие оконца и простой деревянный настил. Чтобы попасть на второй этаж, как, впрочем, и на третий, нужно было пролезать через специальный люк. Лишь третий этаж вмещал в себя шесть отдельных, обшитых деревом комнат с большими, выходившими во двор окнами с деревянными ставнями. На нижнем этаже была устроена примитивная "самоочищающаяся" уборная, нечистоты из которой удалялись стекающей с крыши дождевой водой.

Стоя в одной из самых просторных комнат, Роджер разглядывал через окно восхитительную панораму.

Когда в дверях появился Панер, шустрый Мацуга уже заканчивал стелить для его высочества постель. Слуга лукаво подмигнул капитану, но тот лишь покачал головой.

- Я полагаю, что эта крепость предназначена для приема высокопоставленных гостей, - заметил Панер. - Кстати, лучшего места для обороны не придумаешь, и если король задумает напасть на нас, то вряд ли у него что-нибудь получится. Замечательное место.

Роджер отвернулся от окна и посмотрел на командира. Лицо капитана едва различалось в скудном свете походного фонаря. Принц вдруг почувствовал, что опять начинает сердиться.

- Вы всерьез допускаете, что Хья Кэн хочет на нас напасть? - спросил он Панера. Роджер был явно поражен. Ку'Нкокский владыка показался ему довольно дружелюбным.

- А то, что приключилось с нами на "Деглопере", ваше высочество? Разве кто-нибудь мог предвидеть такой оборот? - язвительно произнес Панер.

- И что вы предлагаете? - спросил, кивая в ответ, Роджер.

- Продадим им все, что можно. Получим взамен то, что нам необходимо, и будем выбираться из этого города как можно скорее, ваше высочество, - ответил Панер. Роджер скрестил руки и снова кивнул.

Он хотел что-то сказать, но остановил себя. Лекция О'Кейси не прошла даром, и принц поймал себя на том, что именно сейчас не стоит опять нарываться и лучше прикусить язык. К тому же, пока не произошло ничего такого, из-за чего стоило бы разводить сыр-бор.

- Ладно, поглядим, что будет завтра, - только и ответил принц.

- Пойду разведаю, что там внизу, ваше высочество, - сказал Мацуга. Покончив с роджеровской постелью, он положил рядом с ней чистую униформу.

При взгляде на одежду Роджеру невыносимо захотелось содрать с себя надоевший скафандр. Конечно, в отличие от остальных членов экипажа, Роджеру вроде бы и грешно было скулить: скафандр спасал от изнуряющей жары и предохранял от излишней влажности. И все же носить не снимая эту холобуду изо дня в день Роджеру осточертело.

- Наконец-то я переоденусь, - заключил принц.

- Да, ваше высочество, - слегка нахмурясь, ответил Панер.

- Ну, в чем дело опять? - спросил Роджер, скидывая скафандр.

- Ладно, ничего, ваше высочество, - медленно проговорил Панер. - Но мой вам совет: не забудьте, что у вас есть ружье.

Панер покачал головой, заметив, что принц начал раздражаться.

- Помните старую воинскую присказку, ваше высочество? Она заканчивается словами: "Держи себя всегда на взводе, как свое верное ружье".

Роджер кивнул.

- Я учту ваши слова, капитан. - Он взглянул на свое оружие и кивнул опять. - Никогда ни в чем нельзя быть уверенным. Даже в том, что тебя не придушат какие-нибудь местные привидения. Да, кстати, ужинать мне что-то не хочется. Так, перекушу чем-нибудь и залягу спать.

- Хорошо, ваше высочество. Я думаю, утром побеседуем. Нам нужно кое-что обговорить перед завтрашней аудиенцией.

- Согласен. Тогда... до завтра.

- Спокойной ночи, ваше высочество, - с этими словами Панер исчез в темноте.

Глава 25

Роджер приблизился к королю, учтиво поклонился и вручил ему бумагу, удостоверяющую, что он законный член императорской фамилии. Документ был составлен на стандартном английском языке и, разумеется, был совершенно недоступен пониманию туземцев. Все же на короля, несомненно, произвели большое впечатление золоченые буквы и вермильонская печать.

Повертев с глубокомысленным видом бумагу, король через несколько секунд возвратил ее Роджеру, и тот произнес наконец вступительные слова заранее подготовленной речи.

- Ваше величество, - немного отклонив голову назад, начал принц. - Мы пришли к вам издалека. В нашей стране технический уровень развития необычайно высок, мы обладаем обширными знаниями для изготовления самых разнообразных предметов. В своем стремлении к знаниям мы часто путешествуем к новым мирам. Мы оказались на вашей планете совершенно случайно, поскольку наш корабль сильно отклонился от курса и мы потерпели крушение к востоку от вашей страны.

Элеонора О'Кейси стояла сзади и внимательно прислушивалась. Казалось, чип довольно сносно транслировал монолог в комбинацию характерных мардуканских пощелкиваний и порыкиваний. Разумеется, без надежного помощника-туземца было бы довольно трудно оценить адекватность перевода, но Роджер полностью положился на Корда. По крайней мере, никаких гримас или подозрительных смешков с оппонирующей стороны не наблюдалось.

- Восточное побережье находится за высокими горами, - продолжал Роджер, указывая вдаль сквозь открытые окна тронного зала. Помещение находилось почти у самой вершины башни, и сквозь высокие окна, расположенные по всем его сторонам, чувствовалось дуновение ветра. Жара еще не вступила в свои права, и веяло удивительной прохладой и уютом.

Трон, находившийся на небольшом возвышении, был довольно искусно изготовлен из какой-то блестящей породы дерева. Сам тронный зал также производил впечатление: обшитые цветной и гранулированной древесиной стены и потолок выглядели как произведения искусства. Стены были расписаны сценами из повседневной марду-канской жизни, а также изображениями различных божеств и демонов.

Все это выглядело довольно эффектно и, по-видимому, стоило немалых трудов. Вдоль стен стояла стража в таких же кожаных бронированных передниках, в каких были караульные, провожавшие наших героев во дворец. Единственным дополнительным элементом их одежды являлись бронзовые пластины, прикрывавшие наиболее уязвимые места. Вместо дубинок охранники держали в руках трехметровые копья.

- Мы перевалили через эти горы, - рассказывал Роджер, - и повстречали Д'Нал Корда, ставшего моим другом и компаньоном. Он любезно согласился препроводить нас в ваше замечательное королевство. Мы хотим с вами торговать и подготовиться к продолжению путешествия.

У принца был глубокий, сильный баритон, который, по всей видимости, выработался в результате неизменной тяги к рьяным спорам.

- Мы очень мало знаем о ваших краях. Следующий пункт нашего путешествия - земли кранолты, но туда предстоит добираться много-много месяцев.

Приглашенные для аудиенции мардуканцы вдруг что-то разом зажужжали, зажестикулировали, послышались отдельные хрюкающие смешки, а король скорчил гримасу.

- Это довольно печальная новость, - заявил владыка. Сидевший на табурете у его ног сын разволновался. - Вы знаете, что кранолта очень многочисленное и могущественное племя?

- Да, ваше величество, - с серьезным видом кивнул принц. - Но, так или иначе, мы должны туда попасть. Далеко отсюда, на северо-западе, есть океан, до которого нам нужно дойти.

- Но племя кранолта слишком сильно, - вставил сын Хья Кэна. Он взглянул на группу бронированных пехотинцев и нервно постучал пальцами.

Надо сказать, что Роджера крайне изумила солидная подготовка, предшествовавшая утренней встрече. Панер с Элеонорой почти полночи просидели, обсуждая, кого можно и кого нежелательно брать с собой на аудиенцию.

Проблема состояла в охранниках.

Панер настаивал, чтобы к принцу приставили хотя бы отделение телохранителей. Однако вышло иначе. Разумеется, член императорской фамилии не явился на прием к королю в гордом одиночестве, вообще без слуг. Все понимали, что доверять монарху не следует, к тому же негласные правила и здравый смысл просто требовали присутствия охраны. Но туземцы оказались далеко не простаками. Дело в том, что город был разбит на множество районов, а поскольку представители выставлялись от каждого округа, то в соответствии с давно заведенным порядком состав свиты каждого делегата строго контролировался.

Простолюдинам и торговцам запрещалось приводить с собой на аудиенцию охранников и иметь при себе какое-либо оружие. Это же касалось представителей небольших фирм. Иное дело - крупные фирмы, главы которых входили в городской совет. Они могли иметь до трех охранников, но с таким расчетом, чтобы общее количество всех караульных не превышало пятнадцать человек. Однако поскольку совет состоял ровно из пятнадцати членов, то фактически каждый представитель приводил ровно одного охранника. Это и составляло главное затруднение Панера, настаивавшего на как минимум восьми телохранителях для принца.

В конце концов сошлись на пяти - Панера успокоило лишь то, что экипированный Роджер и Джулиан с командой Браво своей мощью превосходили всю королевскую стражу, вместе взятую.

Да что там говорить, они превосходили весь Ку'Нкок!

- Даже с вашими энергичными охранниками и мощным оружием вы наверняка потерпите поражение, - заметил король, полностью соглашаясь с сыном.

- Так или иначе, - непреклонно гнул свое Роджер, - мы должны идти на север. Попробуем заключить с кранолтой мир. - Принц покачал головой и, подражая мардуканцам, похлопал руками в районе талии - это соответствовало пожатию плечами. - Если же они не захотят мира, что ж, дадим им бой.

Король похлопал верхними руками и что-то прохрюкал в знак согласия.

- Желаю удачи. Вообще, с кранолтой лучше не связываться. Правда, я никогда не воевал в том горном районе. Кроме того, теперешнее их поколение значительно слабее, чем во времена моего отца. Почти все купцы, приходящие к нам по реке, как огня боятся кранолты. Мы, конечно, поможем вам, чем сможем.

Король огляделся и опять что-то прохрюкал.

- А что касается войны, боюсь, что я знаю, отчего Д'Нал Корд вернулся так скоро, - довольно решительно, но без примеси враждебности произнес монарх. - Выходи же сюда, советник и брат моего друга Делкры, и поведай мне, какого черта ты опять притащился ко мне из своих обожаемых джунглей.

Корд быстро вышел вперед и вытянул руки в направлении короля.

- Хья Кэн. Я приветствуя тебя от имени Народа и от имени моего брата. Прежде всего хочу тебя огорчить: за Трилайном продолжают нещадно вырубать леса. И еще: почти вся последняя партия копий и дротиков совершенно непригодна для использования. С глубокой скорбью извещаю тебя о том, что мой племянник и ученик Д'Нэт Делтан был убит из-за того, что его копье треснуло. Будь оно качественным, он остался бы в живых.

Достав из-под плаща копье, шаман протянул его королю, и тот его тщательно осмотрел. Внешне казалось, что копье сделано из неплохой стали, но стоило королю слегка постучать оружием по подлокотнику трона, как по звуку стало ясно, что металл изготовлен из некачественных сплавов. Лицо короля помрачнело, он опустил копье и кивнул шаману, чтобы тот продолжал.

- Теперь еще об одном... Это произошло неожиданно. - Шаман выразительно захлопал руками. - Получается долг крови. - Корд скрестил пальцы рук и посмотрел на пол.

- Теперь я... аси для юного принца. Мне придется пойти с ним до Войтана. Так что я, к сожалению, не смогу увидеть, выполните ли вы ваши обещания. - Он посмотрел на короля и в ярости заклацал зубами. - Однако терпению приходит конец. И если опять все окажется пустыми заверениями, то мы объявим вам войну и вместе с поверженным Войтаном сожжем дотла ваш Ку'Нкок.

Глава 26

Хья Кэн возвестил открытие очередного заседания палаты и взошел на трон. Скоропалительность созыва Совета диктовалась необходимостью решения не терпящих отлагательства вопросов. По настоянию короля всех без исключения вооруженных телохранителей оставили на сей раз за дверью. В тронном зале присутствовала лишь личная королевская стража. Рассредоточившись вдоль каждой стены, караульные были готовы по одному лишь сигналу, одному-единственному жесту своего повелителя прекратить назревающее недовольство, тайные происки недругов и прочие интриги, досаждавшие ему постоянно, с тех пор как он взошел на трон.

Расположившись, король стал оглядывать присутствовавших. В томительном ожидании отсчитывались секунды. Вот уже прошла целая минута. Две минуты... Даже самые стойкие из советников не находили себе места, отводили взгляды, недоумевали или сердились, озабоченные лишь тем, сумеют ли они распознать истинную причину зловещего взгляда повелителя. Напряжение в зале росло, и король это чувствовал, но намеренно не снижал накал до тех пор, пока наконец В'Хилд Доума не прорвало.

- Хья Кэн, я управляющий фирмы! - завопил он. - У меня нет времени играть тут в детские игрушки. Что все это значит?

Монархом тоже начинало овладевать бешенство. Но не потому, что лидер фирмы В'Хилд продал племени дрянное оружие, выдав его за качественное. Нет. В'Хилд мог об этом и не знать, да, скорее всего, и не знал. Бесило короля то, что глава такой большой фирмы, на которого он полностью полагался как на способного и верного подданного так неосторожно доверил свои дела какому-то нечистому на руку проходимцу.

Хья Кэн не отреагировал ответной вспышкой, а просто неотрывно смотрел в гневное лицо В'Хилда. Управляющий был не робкого десятка, но даже его яростный взгляд постепенно потух, и весь он тоже как-то обмяк под несокрушимым взором монарха.

Король отклонился немного в сторону и затем со всего размаха стукнул ногой по полу.

- Бабы! - зарычал он. Советники, тоже успевшие рассердиться, недоуменно переглядывались. Король снова с чувством стукнул по полу.

- Бабы, - повторил он. - Я вижу, здесь собралось одно пустоголовое бабье!

Недоумение испарилось. Ярость, вызванная таким тщательно подобранным оскорблением, погасила всякие другие эмоции, и несколько советников повскакивали с мест. К счастью, Хья Кэн заранее попросил капитана стражи быть начеку, и взгляды караульных, недвусмысленно поднимавших свои копья, слегка сдержали пыл протестующих.

- Молчать! - неприкрытая злоба, прозвучавшая в голосе Хья Кэна, мгновенно охладила яростный настрой особо буйных. - Сидеть на месте!

Вскочившие опустились в кресла. Король сердито посмотрел на них.

- У меня опять был Д'Нал Корд. Он уходит отсюда навсегда вместе с людьми, поскольку случилось так, что он стал аси для их вождя.

- Но это же прекрасно! - выпалил В'Хилд. - Может быть, с уходом Корда Делкра наконец поймет, что мы не можем следить за каждым крестьянином, который ворует лес!

- Делкра снесет нам головы! - зарычал Кэн. - Болваны! Корд, напротив, всегда сдерживал брата. Без Корда Экс'Интай сметет нас за один день! Либо у меня должно быть больше стражи, либо следует собрать новобранцев со всего города. Учтите, нападение весьма вероятно!

- Ни за что! - вскричал П'Грид. - Если варвары пойдут в наступление, что маловероятно, фирмы обезопасят себя, как обычно, за счет собственных резервов. Святая обязанность короля - заботиться о городе, так же как долг каждой фирмы - защищать саму себя. Все должно быть как всегда!

- В прошлые времена, действительно, нам не нужно было опасаться Экс'Интая! Но сейчас, если вы думаете, что после сломанного копья и убийства сына Делкры они на нас не попрут, значит, вы еще большие ослы, чем я думал!

- Копье сломалось, - съязвил П'Грид с хрюкающим смешком. - Один маленький варвар-недоносок не дает вам спокойно спать?

- Да, копья никуда не годятся, особенно вот это! - зарычал монарх. Выхватив сломанную железяку, он с силой швырнул ее на пол, и она тут же раскололась на куски.

- Откуда оно такое взялось? - резко начал Доум. - Неужели из последней отправки?

- Да, Доум, именно, - негодовал король. - Из той самой чертовой отправки, будь она неладна, за которую, кстати, отвечали именно вы. Вот я возьму и пошлю Экс'Интаю вашу голову!

- Я здесь ни при чем! - закричал советник. - Я отсылал копья только высшего качества.

- И тем не менее, - продолжал король, - это именно то, что получил Экс'Интай. И из-за чего погиб Делтан.

Хья Кэн опять огляделся вокруг, но все явно отводили взгляды. Наконец Кесселот Джи'Рал захлопал руками.

- И что же вы хотите этим сказать? - спросил он. - Зачем бы нам это делать? Чтобы подвергнуть опасности наш прекрасный город? Наш и ваш родной дом?

- Большинство из вас родную мать готовы продать за кусок бронзы, - прошипел монарх. - Идите с глаз моих долой. Сомневаюсь, что мы еще раз соберемся, перед тем как Экс'Интай подойдет к стенам города. Вы сами себя погубите!

- Интересно, - сказал Панер. Изображение, транслируемое от скрытого жучка, было слишком нечетким, да и со звуком были проблемы.

Передающий жучок имел поистине микроскопические размеры, и к тому же мог самостоятельно перемещаться в любое место. Электронная букашка преспокойно перекочевала с наконечника сломанного копья прямо в ухо короля, дав возможность беспрепятственно прослушивать абсолютно все его разговоры.

- Думаю, что он это серьезно. - О'Кейси вытерла лицо платком, моментально сделавшимся влажным от пота. - Полагаю, что в этой двойственной ситуации он мог бы повлиять на советников, пригрозив опасностью, исходящей от племени Корда, но думаю, что он не сделал этого по двум причинам. Во-первых, он был жутко рассержен, и маловероятно, что он актерствовал. А во-вторых, даже если бы ему это удалось, он слишком рисковал - силенок для борьбы с Кордом у него действительно маловато.

Стоял необычайно жаркий и влажный день. Все окна в комнате были открыты настежь, иначе дышать было бы совершенно нечем. Казалось, даже облака плывут как-то нехотя, словно и они задыхаются от нестерпимого зноя.

- Он мог бы заключить союз с врагами Корда, - заметила Косутик. - Есть же еще два племени... - Она помолчала, прислушиваясь к своему чипу, потом вдруг резко хлопнула себя по руке, убив какого-то жука. - Ах! - На руке тут же образовалось красное пятно.

- Да, дутаки и арнаты, - небрежно бросил принц. Держа в руке кусочек мяса, он пытался дрессировать свою ящерку, которой даже придумал определение: "Ящеро-псина". - Сидеть!

Команда не сработала. Оценив расстояние до съедобного куска, силу гравитации и движения Роджера, ящеро-псина сердито зашипела как змея.

- Черт, - выругалась со смехом Косутик, потирая руку. - Еще дать кусочек, ваше высочество?

- Пожалуй, - кисло произнес Роджер. Животина была вполне миролюбива и казалась далеко не глупой, но к финтам принца не проявляла ровно никакого интереса. Если ее подзывали, она подбегала, но и то, если между угощениями проходило не слишком много времени. Впрочем, она ходила за Роджером буквально по пятам. Когда принц отправился на аудиенцию, ящеропсину заперли в одной из маленьких комнат, и, похоже, ей это не очень понравилось. Животное издавало в основном два звука: что-то наподобие шипящего мурлыканья, когда ей было приятно, и боевого рыка в противном случае. Хоть ящеропсина была еще совсем маленькой, рычала она уже довольно звонко.

- Назовите ее как-нибудь по-другому, - посоветовала Косутик.

- Например, "бычий глаз".

- Потому что она так аккуратно выхватывает кусочки у меня с руки? - вспылил принц.

- Нет, просто потому, что вы тут, помнится, собирались ее пристрелить!

- Послушайте, может, все же вернемся к нашим баранам? - не выдержал Панер. - Старший сержант, вы действительно полагаете, что Хья Кэн может быть связан с другими племенами?

- Нет, сэр. Просто я пораскинула мозгами и пришла к такому выводу. Я абсолютно уверена в том, что Корд или его брат располагают определенными сведениями относительно этих племен. Надо расспросить Корда.

- Совершенно с вами согласна, - вымолвила О'Кейси. - Действительно, народности, находящиеся на такой стадии развития, обычно хорошо осведомлены о состоянии дел в других племенах. Если бы какое-то племя всерьез начало подготовку к полномасштабному наступлению, это сразу бы стало известно.

- Но ведь непохоже, чтобы в среде этих людей были торговцы-кочевники, - заметил Панер. Достав пачку жевательной резинки, капитан пересчитал количество пластинок и засунул пачку обратно. - Хотелось бы также выяснить, что думают по этому поводу воротилы ведущих фирм.

- Да, информации маловато, - согласилась Элеонора.

- А действительно, - принц почесал подбородок, - почему бы нам не наставить жучков в больших фирмах?

- И как, интересно, мы это сделаем? - спросила Ко-сутик. - С какой стати они нас туда пропустят?

- Да все просто. - О'Кейси опять вытерла пот со лба. - Мы же в любом случае будем закупать у них оборудование и сырье. Вот и пришлем к ним кого-нибудь с прайс-листом наших предложений.

- Пожалуй, это сработает. - Панер снова выудил жвачку. - Отправим Джулиана.

- Почему вас это так волнует? - спросил Роджер, пожимая плечами. - Почему нас вообще должны беспокоить внутренние разборки между варварами? По-моему, нам необходимо пополнить свои припасы и убираться восвояси. Пусть сами между собой разбираются. Или я не прав?

Роджер поглядел в широко раскрытые от удивления глаза Панера и пожал плечами.

- Для чего мы здесь? Чтобы спасать этот мир? Нет. Для того, чтобы покинуть его. Вы же сами постоянно твердили мне об этом, капитан.

- Мы пробудем здесь по крайней мере несколько дней, ваше высочество, - осторожно заметила Элеонора. - Нам нужна солидная подготовка и крепкий тыл, прежде чем мы двинемся в дальнейший путь.

- Нам совершенно необходима поддержка местного владыки, - заявила Косутик, стараясь не встречаться с принцем глазами. - Если король действительно нам поможет, нам будет гораздо легче. Это касается всего личного состава.

- Совершенно верно, старший сержант, - промолвил Панер. - Я бы настоятельно посоветовал собрать как можно больше сведений, чтобы не попасть впросак.

- О, хорошо, хорошо, - согласился Роджер. - Просто мне ненавистна даже сама мысль, что мы должны торчать в одном месте дольше необходимого. - При этих словах принц поглядел в окно на расстилавшийся вдали лесной массив. - Может быть, мы с Кордом пойдем выясним, что там сейчас в джунглях происходит?

- Если вы всерьез это надумаете, ваше высочество, я бы вам очень порекомендовал прихватить собой побольше телохранителей и обязательно надеть бронированный костюм. Наши аккумуляторы серьезно истощились по пути сюда. Кроме того, надо упаковать все вещи и тому подобное.

- А это означает, что нам потребуются большие и выносливые вьючные животные, - вмешалась в разговор Косутик, - и специалисты - своего рода конюхи, - чтобы с ними справляться.

- И не забудьте про оружие туземцев, - продолжал Панер. - Само собой, что для захвата космопорта и в других экстренных случаях нам потребуется мощная техника. Но не менее важно заполучить местное оружие и начать тренировки по его освоению. Причем чем быстрей, тем лучше.

- И на все это требуются деньги и время, - добавила О'Кейси.

- Я согласен, - голос принца прозвучал резче, чем он сам ожидал. - Я поговорю с Кордом относительно тренировок. Он ждет не дождется, чтобы позаниматься со мной. Правда, я бы предпочел меч, а не копье...

- Изготовить приличный меч из такого дрянного металла практически невозможно, а другого металла у них нет. Про мечи мне известно многое. Нужна очень качественная сталь, но что-то таковой я здесь не видела.

- Ладно, посмотрим. Возможно, что-нибудь и отыщем, - заметил Панер. - Старший сержант, соберите взводных. Прикажите им, чтобы никто не выходил за пределы города. Это первое. Затем составьте четкий план дальнейших действий. Обсудите, какими товарами мы будем обмениваться. Если все же кому-то потребуется отлучиться, то не иначе, как в составе группы. Вопросы есть?

- Все ясно, сэр. Чем мы будем расплачиваться?

- Неужели это проблема? - удивился Роджер. - Мы их кормим, одеваем. И должны еще им платить?

- Все равно этот вопрос возникнет, ваше высочество, - заметил Панер. - Люди хотят купить сувениры, местные продукты...

- Алкоголь, - засмеялась Косутик.

- Да, и его тоже, - усмехнулся Панер. - И за все придется заплатить. Мы должны учесть эти расходы в нашем бюджете.

- Да, чуть не забыл, - продолжал он снова. - Надеюсь, не стоит напоминать про секретность. Лишнего не болтать! Старший сержант, завтра вам необходимо отыскать местный базар. Возьмите с собой отделение и несколько офицеров.

- Есть, сэр.

- Ваше высочество, - сказал Панер. - Я, конечно, понимаю, что вы чувствуете себя здесь, как в курятнике. И все же я предпочел бы, чтобы вы не охотились в джунглях.

- Я понимаю, - вздохнул принц. Возможно, жара так на него подействовала, но он не чувствовал в себе особого желания спорить. - Но могу я хотя бы прогуливаться по городу?

- Приняв все меры безопасности, - уступил Панер. - По крайней мере, в окружении вооруженного отделения.

- Только не в броне, - взмолился принц.

- Договорились, - кивнул Панер с еле заметной улыбкой. - Ну что же, пока все свободны.

Глава 27

Лейтенант Гиляс посматривал по сторонам, пока Джулиан договаривался с охраной.

- Мой офицер собирается обсудить с вами условия торговли, - солидно выговорил сержант. - Нам нужен Кл'Ке.

Надменный мардуканский охранник был выше его метра на полтора, что крайне забавляло Джулиана, но выказывать неуважение к старому гуманоиду, пусть и варвару, было не принято у морских пехотинцев.

- Мы подождем, - вздохнув, закончил он, сдержав улыбку.

Взглянув сверху вниз на чужестранца, словно на какую-то букашку, караульный развернулся и постучал в дверь.

Фирма Кл'Ке входила в список больших фирм, которые планировалось посетить. Здание имело гранитные, а не деревянные, как у остальных построек, стены, покрытые живописной штукатуркой. Тут и там виднелись барельефы и декоративные арки. По росписям на них можно было судить о том, чем фирма торгует в первую очередь. На барельефах Кл'Ке, например, изображались всевозможные чучела ценных лесных животных, из чего можно было догадаться, что здесь, скорее всего, торгуют шкурами и кожей. На первом этаже здания окна отсутствовали, а на втором, как и в крепости для гостей, вместо окон зияли отверстия, напоминавшие узкие щели.

Как и в зданиях других фирм, чрезвычайно массивная и высокая передняя дверь была обита бронзой и походила на дворцовые ворота. Неудивительно, что дубасить в такую дверь пришлось довольно долго. За дверью оказалась еще одна, служившая входом в гостевые комнаты. За ней стоял часовой. Он приветственно махнул страже рукой, и те вошли гуськом. Дверь словно была рассчитана на человеческий рост, и землянам, в отличие от мардуканцев, сгибаться не пришлось. Внутренняя часть здания напоминала группу усадеб в римском стиле, окруженных садом. Стража повела Гиляса и Джулиана через сад к одной из построек, являвшейся, по-видимому, центральным офисом, где осуществлялись сделки. Проводив посетителей в небольшое помещение с высоким потолком, караульные удалились.

Комната распахивалась на обе стороны, очевидно для лучшей вентиляции. Рельефные, изящно обшитые деревом стены производили впечатление набегавших волн. Возле высокого стола стоял, по всей видимости, сам хозяин заведения Кл'Ке, что-то помечавший в своем гроссбухе.

- Как вам известно, сэр, - начал лейтенант, - мы прибыли из далекой страны. Вещиц мы захватили не так много, но каждая изготовлена с величайшим мастерством и является шедевром в своем роде.

Джулиан скинул хамелеоновский костюм и принялся демонстрировать преимущества мультиинструментов. Всех начальников, и Кл'Ке не был исключением, в первую очередь интересовало приспособление, позволявшее легко и гладко разрезать металлические копья.

- Подобных предметов у нас, к сожалению, немного, поэтому нам придется устроить аукцион, уж не обессудьте, - пояснял лейтенант, пока Джулиан извлекал не требующую перезарядки зажигалку и "вечный" фонарик. - Аукцион мы планируем провести дней через шесть, так что у вас будет достаточно времени для раздумий. А в завершение, - продолжал Гиляс, - позвольте продемонстрировать вам эту зажигалку. С ее помощью можно зажечь все, что угодно, и никакой ветер ей не страшен. - Рассказывая, лейтенант выпустил очередного "жучка", не сомневаясь, что тот бесшумно и незаметно сделает свое дело. До сих пор "рассаживанием микрошпионов" занимался исключительно Джулиан, и Гилясу не терпелось попробовать самому.

- Есть ли еще вопросы?

Мардуканец взял зажигалку и поднес ее к листу, напоминавшему обычную бумагу. Убедившись, что листок загорелся, туземец быстро потушил огонь и одобрительно кивнул головой.

- Вы сказали, что таких предметов у вас немного, - произнес мардуканец, показывая пальцем на штуковину. - И сколько это "немного"?

Точно затрудняюсь сказать, - признался Гиляс, - но, думаю, мультиинструментов - от семи до двенадцати штук.

- Ах, - босс изобразил чисто мардуканский жест сожаления, - немного, конечно. Ну, ладно. Придется это учесть при назначении цен на аукционе.

- Благодарю вас, сэр, - сказал Гиляс. - Что касается денег, то практически вся наша выручка возвратится обратно в городскую казну, так как мы собираемся закупать у вас продукты, шмотки и тому подобное. Не обойтись нам также и без вьючных животных, ведь путь предстоит неблизкий.

- Ах, ну да, - мардуканец захрюкал от смеха. - Я совсем забыл. Вы же разыскиваете мистический Войтан.

- Да нет же, Войтан существует на самом деле, - вежливо заметил Гиляс. - Дело в том, что от него идут маршруты на северо-восток. Так что нам его все равно не миновать.

- Понимаю. Что касается живого транспорта, то у меня его хоть отбавляй, - босс опять захрюкал, - целая отара. Кстати, лучшая в городе.

- Будем иметь в виду, - откланивался лейтенант, направляясь к выходу.

- До встречи, - отрезал босс, возвращаясь к своей бухгалтерии.

Роджер поглядел в зеркало и повернул голову вбок. Гривоподобная шевелюра торчала во все стороны - немудрено в такой душегубке. Он попытался найти какую-нибудь тесемку или шнурок, но под рукой ничего не оказалось. В конце концов не долго думая принц достал два кожаных галстука и перехватил ими свою копну. "По крайней мере, теперь, - подумал он, - чертовы волосы не станут постоянно лезть мне на глаза".

Стук в дверь и последовавший щелчок при ее открытии, казалось, слились воедино. От неожиданности Роджер вздрогнул и мгновенно обернулся. Красноречивый взгляд, не выразивший ничего, кроме досады, готов был испепелить любого, кем бы тот ни оказался. Но, увидев, что перед ним Диспреукс, принц сдержался. Действительно, не ругать же девушку только за то, что она увидела его неряшливые волосы.

- Ну, что еще?- К сожалению, вопрос прозвучал раньше, чем принц смог подавить раздражение. Получалось, что он опять, не желая того, выставил себя полным болваном.

- Капитан Панер попросил предупредить, что собрание в четырнадцать тридцать, - вежливо ответила сержант.

- Благодарю вас, сержант! - выпалил Роджер и перевел дыхание. - Вы не возражаете, если я попробую еще раз... Большое спасибо, сержант.

- Пожалуйста, ваше высочество, - вымолвила девушка, закрывая дверь.

- Сержант... - нерешительно окликнул Роджер. Им предстоит вместе пробыть на этой планете еще очень долго, и кто знает, может, ему суждено погибнуть от вражеской пули...

- Да, ваше высочество? - Диспреукс снова отворила дверь.

- Вы не уделите мне немного времени? - вкрадчиво спросил Роджер.

- Да, ваше высочество? - смущенно ответила Диспреукс.

- Если вы не возражаете, - вымолвил Роджер, борясь с волнением, - это... скорее личное. Вы не закроете дверь?

Выполнив просьбу, девушка остановилась и скрестила руки.

- Да, ваше высочество?

- Мне, конечно, неудобно, - начал принц, теребя волосы, - но у меня небольшая проблема. - Роджер глубоко вздохнул и, не обращая внимания на застывшее лицо девушки, продолжал: - Это то, с чем я не могу справиться самостоятельно. Не могли бы вы... заплести мне волосы?

- Не думаю, что они что-нибудь заметили, - сказал Джулиан.

- Отчего же я тогда весь взмок? - спросил Гиляс.

- Вероятно... очень жарко? - улыбнулся сержант. - Нет?

Гиляс тоже улыбнулся и, остановившись, поглядел назад.

- Ну, и какое у тебя сложилось мнение? - шепотом спросил он. Поскольку они говорили на стандартном английском, ни одна живая мардуканская душа все равно не поняла бы, о чем идет речь. Но лишняя осторожность не повредит.

- Если что, прихлопнем, как селедок в бочке, - ответил Джулиан. - Два "жучка" уже работают. Внутренняя планировка, конечно, довольно хитрая, но ничего. Комнаты караульных расположены спереди, слуги живут сзади, семья где-то в центре. В общем, я думаю, одним махом можно справиться с одной, двумя, а то и с тремя фирмами за раз. - Он немного помолчал, задумавшись. - Конечно, придется одеться в броню.

- Ладно, - отвечал Гиляс. - Осталось три "жучка". "Рассади" их сам, пожалуйста. Я такое удовольствие получаю, наблюдая, как ты это делаешь.

- Это еще... цветочки. Вот я тебе как-нибудь расскажу, как я воровал космические лимузины...

- Неужели вас никто никогда не учил заплетать волосы? - спросила Диспреукс. Нимашет никогда не доводилось видеть такие роскошные волосы: толстые, прочные и длинные, как мардуканский день. Потрясающая шевелюра!

- Благодарю, - спокойно сказал принц. Он не стал признаваться девушке, какое наслаждение он испытывал от прикосновения ее руки, принявшейся причесывать его пряди. - Еще одно последствие генной инженерии.

- Правда? Вы уверены?

- Без сомнений, - печально промолвил Роджер. - Судите сами: гибкие мышцы - от акулы, реакция - змеиная, а выносливость - о какой не мог и мечтать. Я в темноте даже стал лучше видеть.

- И к тому же волосы, как у леди Годивы? Впрочем, вам надо самому научиться ухаживать за ними.

- Обязательно научусь, - пообещал Роджер, - если вы мне покажете. Мне всегда кто-то помогал. Но у слуг сейчас своих забот невпроворот, а Мацуга тоже не умеет.

- Хорошо, я вам покажу. Только это будет наш маленький секрет, ладно?

- Благодарю вас, Диспреукс. Я вам очень признателен. Может быть, даже награжу вас медалью, - добавил он со смехом.

- Орденом Золотой Косы?

- Каким угодно. Когда мы вернемся на Землю, я опять стану богатым.

- Богатый город, - заметила Косутик.

Это был уже третий по счету базар, и он ни в чем не уступал остальным. Длинные ряды узких деревянных прилавков, между ними всевозможные тележки и подводы. Торговали всем, о чем только можно было мечтать, правда наибольшее оживление царило в глубине, в дальних рядах.

Поначалу Косутик просто присматривалась. Ей не раз доводилось бывать на всевозможных планетах, посещая подобные ярмарки, и она успела усвоить, что отличнейший товар может соседствовать с дрянным, так что торопиться не следует. К тому же торгаши, заметив, что воины без доспехов, наперебой лезли к Косутик с грязными предложениями. Так что она не спешила. И держала ухо востро.

Как и ожидалось, лучший товар оказался в дальних рядах. В небольших старых, но довольно солидных лавках выставлялись качественные вещи, правда и цены кусались. Прилавки были буквально завалены различными безделушками, драгоценностями, продуктами, изделиями из кожи и бог знает чем еще. Пища и кожаные вещи, разумеется, интересовали наших героев, но главный предмет их поисков составляли все же вьючные животные и оружие, а этот товар был очень дорогим, и отыскать его оказалось непросто.

Неожиданно взгляд Косутик привлек меч, вывешенный на задней стене оружейной лавки. Сидевший у прилавка торгаш и в таком положении был на голову выше Косу-тик. Даже по мардуканским меркам он выглядел гигантом и на торговца не походил. Его левая верхняя рука венчалась культей в районе локтя, на груди красовались шрамы. Мардуканец проследил за взглядом незнакомки.

- Вам известен этот меч?

- Да, мне кажется, я его где-то раньше видела, - сказала она осторожно. - Может, просто показалось.

Оружие отличалось от остальных мечей на базаре качеством металла - это была настоящая дамасская сталь. Расширявшийся к концу и слегка изогнутый клинок для человека был, пожалуй, великоват, а для мардуканца, наоборот, короток.

Великолепный меч!

- Откуда эта прелесть? - поинтересовалась Косу-тик.

- Ох, - ответил торговец, похлопав скрещенными руками. Это печальная история. Реликвия из Войтана. Я уже слышал о вас, о "людях". Знаю, что вы прибыли из далекой страны. Вам известна история Войтана?

- Так, кое-что, - призналась Косутик. - Может быть, хотите рассказать нам что-нибудь?

- Присаживайтесь, - предложил туземец, доставая из мешка глиняный кувшин. - Хотите выпить?

- Не откажусь. - Косутик посмотрела через плечо на остановившуюся позади нее свиту. Кроме отделения Коберды и Поертены в нее входили еще и три племянника Корда. - Погуляйте пока, ребята. Попробуйте продать кому-нибудь фонарик или зажигалку. Я здесь пока побуду.

- Оставить при вас кого-нибудь, старший сержант? -, спросил сержант Коберда.

Косутик удивленно взглянула на засмеявшегося в ответ торговца.

- Не нужно, - она покачала головой. - Мы тут поболтаем. Я вас найду, если что.

- Хорошо, - Коберда подмигнул своим молодцам: он уже заприметил вдали какое-то заведение, смахивающее на бар. - Мы погуляем.

Поертена шагал по узкому проходу за Денатом, одним из племянников Корда. Тот заверил пинопанца, что приведет его к лучшему комиссионному магазину в городе. Лавочники и ремесленники буквально пожирали глазами пришельца. И все же Поертену изумляло одно обстоятельство: на большинстве гуманоидных планет, на которых ему довелось побывать, его всегда окружали толпы любопытствующих мальчишек. Здесь же он не смог заметить ни одного ребенка, да и женщины все словно вымерли.

- А куда подевались все бабы? - спросил он Дената, когда тот оглянулся. Поертена почти бежал, пытаясь не отстать от высокого, рослого, хоть еще и совсем юного мардуканца, опасаясь, что в одиночку он не отыщет обратную дорогу.

- Эти чертовы наседки держат их взаперти, - ответил Денат и залился хрюкающим смехом. - И детей своих тоже. Идиотский обычай.

Это, конечно, замечательно, что вы с таким уважением относитесь к вашим собратьям, - заржал в ответ Поертена.

- Бах! - Денат сделал уморительный жест, словно пронзая кого-то копьем. - Этих городских наседок пора всех прирезать. Правда, если мы кого-нибудь пристукнем, нам отплатят тем же.

- Засудят, наверное, и отрубят голову, - понимающе кивнул Поертена.

- Нет. - Денат остановился, дожидаясь братьев. - Их городские законы к нам неприменимы. Если мы преступим закон, находясь на территории города, то нас просто отправят обратно в племя. И за убийство племя расправится с нами не менее круто. Но верно и другое: горожанин, натворивший что-либо на территории племени, отсылается в город, где его и судят. - О! - воскликнул Денат, по-видимому заметив какой-то ориентир. - Вон там. Мы уже почти пришли.

- Объясните мне, разве город нарушает ваши законы, убивая своих собственных горожан? - удивленно спросил Поертена.

- Потому что иначе, - заметил идущий следом Тратан, - мы бы сами сожгли этот чертов город дотла.

Денат захрюкал от смеха и удовлетворенно похлопал руками.

- Они опасаются нас и особо-то не обижают, иначе мы бы давно уже на них напали. Или взяли бы город в осаду, пока бы они там все не передохли или не открыли ворота. Правда, и они могут на нас полезть. Скорее всего, конфликта не избежать. Город слишком разросся, и война станет кошмаром для обеих сторон. Поэтому пока мы пытаемся сохранять мир.

- Пока, - злобно прошипел Тратан.

- Да, пока, - согласился Денат. - Однако мы пришли.

Магазинчик ничем не отличался от остальных, примыкавших к нему с обеих сторон, разве что был немного меньше и сделан из добротного крепкого дерева. Вход наполовину закрывали кожаные занавески, скрывавшие внутренний интерьер. За занавесками, если присмотреться, с трудом можно было разглядеть бесформенные груды сваленных шкур, деревянную тару, мешки и прочее. Часть товара лежала снаружи, на большой кожаной подстилке.

Ассортимент поражал разнообразием: небольшие копья, драгоценности (от приличных до совершенно никудышных), различные инструменты для работы по дереву и металлу, чашки, тарелки, подсвечники из красной меди, кожаные и деревянные шкатулки (некоторые весьма искусно украшенные), мешочки с пряностями - все это и мириады других предметов лежали в ожидании своих покупателей.

Копошившийся среди этого хлама продавец оказался пожилым пенистым. Конец его правого рога был сломан, слизь на теле пообсохла и выделялась отдельными пятнами. Глаза мардуканца светились неподдельным интересом.

- Денат! - Хозяин лавки со скрипом вскочил на ноги. - Вы всегда приносите что-нибудь оригинальное! - сказал он, с любопытством посматривая на Поертену.

- Пришло время поторговаться, Пратол, - засмеялся Денат. - Я принес несколько вещиц, и мой друг тоже жаждет тебе кое-что показать.

- Я к вашим услугам. - Торговец извлек из ящика какую-то бутыль и несколько кружек. - Что ж, поглядим, что вы там принесли. Подозреваю, что вы надуете меня, как всегда, только обещайте, что не запросите слишком много, и тогда мы наверняка сговоримся!

- Ну, прямо как дома, - захихикал Поертена.

Глава 28

Таверна представляла собой просто довольно просторную площадку с натянутым сверху тентом и находилась рядом с входом на базар. С.одной стороны стояли несколько перевернутых бочек, собственно, и составлявших интерьер бара, за которыми виднелась жаровня с вращающейся на вертеле тушей какой-то твари. На длинных столах среди прочих блюд пехотинцы не без удовольствия обнаружили ячменный рис, мясо и овощи. Площадка в точности напоминала мини-базар, с многочисленными киосками, разбросанными тут и там. Отдельного входа в таверну не существовало, забегаловка располагалась между зданием одной из больших фирм и товарным складом. По-видимому, таверна являлась излюбленным местом для охранников. Слоняясь в бронированных кожанках с массивными копьями за плечами, стражники чувствовали себя здесь полновластными хозяевами, что, скорее всего, было недалеко от истины. Торговец с тревогой посматривал на них, и у Коберды возникло резонное сомнение, оплачивают ли эти молодцы свои удовольствия.

Оторвавшись от своего крепко сдобренного специями блюда, сержант помахал появившемуся Поертене. Оружейник привел с собой какого-то пожилого пенистого, и, похоже, оба были довольны друг другом.

- Салют честной компании, - выкрикнул Поертена, подошел к пустующей бочке, подкатил ее и поставил на попа, соорудив себе стул. - Что едим?

- Какую-то жутко острую муть, - ответил Андрас, припадая к кружке с пивом и помахивая ладонью у рта. - Я не знаю, что они сюда намешали, но это кошмар какой-то.

- Звучит неплохо! - воодушевился Поертена.

- Я сговорился с этим парнем, - признался Коберда. - Так что мы спокойно проедаем один из "вечных" фонариков.

- Ах, - пенистый схватился за голову. - Я не знал, что вас так много!

Денат засмеялся и потянулся к кувшину, стоявшему посередине стола. Взболтав его содержимое, он сделал один глоток и поморщился.

- Тьфу! Моча какая-то!

- Все же лучше, чем эта кровавая требуха, - вымолвил, улыбнувшись, рядовой Эллерс. Пожевав еще один кусочек, он запил его большим глотком. - По крайней мере, можете отведать пива.

Поертена вернулся с большой тарелкой в руках, поставив ее на стол. Довольно длинный стол был сделан из толстой доски какого-то черного дерева, очевидно распиленного вдоль ствола. Кроме мяса на столе стояли тарелки с нарезанными фруктами и овощами.

- Пахнет неплохо, - сказал Денат, отправляя в рот кусочек острейшего мяса. - Ой-йй-йй! - Он судорожно схватился за кувшин с пивом.

- Мать твою! - Он сделал огромный глоток и чуть не подавился. - Ай-йй-й! А все-таки пиво не такая уж и гадость, - прохрипел он.

- Коберда, где вы находитесь? - прозвучал по коммуникатору голос Косутик.

- Мои ребята как раз заканчивают обедать, старший сержант, - ответил сержант и огляделся. Отделение расползлось по всем столам. Жара достигла апогея, и большая часть мардуканцев покинули таверну в поисках местечка попрохладнее. И действительно, под шатром температура достигла уже отметки в сорок три градуса по Цельсию.

Поертена засел играть в покер с пожилым мардуканцем, хозяином комиссионного магазина. Оружейнику уже удалось провернуть с ним сделку, всучив несколько зажигалок и фонариков. Теперь ростовщик пытался вернуть свое в игре, в которую никогда доселе не играл.

Коберда перевернул карты рубашкой вверх и поглядел на них с отвращением. Поертена разрешил ему обменять несколько своих имперских кредиток на серебряные и медные монеты. Его поражало, как ловко оружейник заманивал такого с виду опытного и прожженного ростовщика.

- Я выиграл, - произнес Поертена. Мардуканец взглянул на свои карты, затем на куш.

- Я увеличиваю ставку. Против ваших денег этот фонарь, что вы мне продали. Я думаю, он дороже вашей ставки.

- Согласен, - улыбнулся Поертена, - он стоит как... обед на двенадцать персон.

- Ох, не напоминайте мне об этом! - запротестовал Пратол.

- Берите карты. Коберда уже взял свои. - Поертена поглядел на прикуп и покачал головой. - Ваша взяла.

- О, мне нравится эта игра! - Пратол захрюкал от удовольствия и жадно потянулся к банку всеми четырьмя лапами.

- Вот это да! - воскликнул вдруг Тратан. - Взгляните на этих недоносков!

В забегаловку вошла группа из пяти вооруженных пенистых. Мечи, которые они держали в руках, внушали уважение: длинные, прямые и достаточно широкие.

В отличие от остальных стражников, которых земляне видели до сих пор, эти были одеты в объемные кожаные доспехи с круглыми уплотненными пластинами на плечах и груди. По всей видимости, они сопровождали какого-то важного господина. Подопечный был безоружен, а на его шее болталась на ремешке небольшая кожаная мошна. Надо полагать, пенистый не особенно рассчитывал на прочность ремешка, так как крепко придерживал мешочек верхними руками.

- Это что еще такое? - спросил Поертена, изумленно взирая на вошедших.

- Бриллиантовая стража, - ответил Пратол, добирая две карты.

- Отморозки, - негодовал Тратан. - Они думают, что эта кожа делает их неуязвимыми.

Это не простые доспехи, - Коберда приподнял кувшин, оказавшийся пустым, и потянулся за другим. - Если бы у Талберта была такая броня, он бы сейчас был с нами.

- Да уж, - согласился Поертена, тоже взяв две карты. Не спасовали только три игрока, что, конечно, было слишком мало для удачного розыгрыша. Денат упорствовал и карты пока не сбрасывал. Взамен серебра он отдал Пратолу несколько великолепных драгоценных камней. В игре ему не везло, и он взял несколько монет в долг у Тратана. Добрав несколько карт из колоды, он с нескрываемым разочарованием скинул их.

- Пас.

Поертена посмотрел в свои карты.

- Увеличиваю. - Взглянув на уже приличную кучу, лежавшую в банке, он подбросил туда небольшой лазурит. Изящный ярко-синий камешек был исполосован тончайшими медными прожилками.

- Хм-м-м. - Пратол слегка сдвинул кучу серебра и положил рядом свой собственный лазурит, немного большего размера, отшлифованный в продолговатый овал.

- Доставляю и тоже увеличиваю. Поертена посмотрел на кучу и подкинул рубин.

- Ваша очередь.

Пратол подозрительно наклонил голову вбок, затем вытащил блеснувший голубоватым огнем небольшой сапфир и аккуратно положил его сверху.

Пинопанец взял в руку сапфир с рубином и, положив их рядом, взглянул на остальную кучу.

- Маловато будет.

- Ладно, - Пратол подбросил несколько серебряных монет и небольшой цитрин. - Теперь достаточно?

- Открываемся... - промолвил Поертена. - Четыре семерки.

- Мрак! - ростовщик откинул карты. - Но мне все равно нравится эта игра.

- Я закончил, - заявил Денат. - Иначе проиграю свое оружие.

- Что же так, наш юный друг? - раздался чей-то новый голос. - Я бы продала вам еще.

Косутик вместе с дюжим торговцем, с которым она оставалась поболтать, стояли позади игроков и улыбались. Они так тихо подошли к столу, что никто ничего не заметил. Коберда от испуга стал заикаться.

- Ах, старший сержант, я... да мы тут... э-э-э...

- Набираетесь сил перед предстоящим походом? Не перенапряглись, Коберда? Вы бы хоть одного человечка для охраны выставили, что ли. А то вы, по-моему, чересчур расслабились. Что, не ясно?

- Ясно, старший сержант, - ответил Коберда и в изумлении уставился на диковинку, торчавшую за спиной у Косутик. - Неужели это то, что мы искали?

- Да. - Косутик перекинула меч через плечо. Действительно, обладателю такого оружия позавидовал бы любой. - Меч мне, разумеется, нравится, но предназначен он принцу, как сыну королевской семьи.

- Конечно, - кивнул Коберда.-Я все понимаю. А еще какое-нибудь оружие нашли?

- Увы, - ответил торговец. - Это, к сожалению, не то место, где можно выбрать что-нибудь приличное. Оружие изготавливают в основном в других местах. Бывает, привозят из Т'Кунзи или Войтана, как, например, это.

- Ребята, поприветствуйте Т'Лина. Ему пришлось много повоевать, пока он не потерял руку. Сейчас он продает мечи.

- Не только. Также копья и ножи. В основном для телохранителей богатых купцов и мелких торговцев, - сказал Т'Лин, дотронувшись до своего бронзового рога. Иногда заходят охранники.

- Черт, - не мог успокоиться Пратол, перетасовывая колоду. Похоже, ему действительно полюбилась эта игра. По крайней мере, для нее требовались смекалка умение торговаться и, естественно, удача. Очень интересная игра!

- В фирмах сплошные недоноски! - продолжал он. - Притесняют нас, обкладывают непомерными налогами, постоянно вредят, угрожают выгнать из города!

- Да, это стало случаться гораздо чаще, чем хотелось бы, - нахмурившись, согласился Т'Лин. - Гадюшник, а не город.

Словно в подтверждение его замечания, поблизости раздался металлический скрежет.

Сцепилиcь две шайки: наемники местной фирмы и пять бойцов от конкурентов. Численностью местные бандиты намного превосходили чужаков, но этим преимуществом они старались не пользоваться. Казалось, конкуренты действовали грамотнее, особенно двое из них, искусно орудовавшие короткими кинжалами. Остальное оружие использовалось исключительно для блокировки, и Косутик удивлялась, почему бойцы не пользуются щитами. Поскольку все дрались один на один, как того требовала военная этика пенистых, местные несли ощутимые потери, несмотря на численное превосходство.

Копья использовались наподобие штыковых ружей, ими бойцы нападали и парировали удары. Поскольку острые широкие наконечники оставляли глубокие рваные раны, без крови, естественно, не обходилось.

Ранения были достаточно серьезны, но не смертельны. Если кто-нибудь из местных чувствовал, что по каким-то причинам не может продолжать драку, он просто выбывал, и на его место тут же вставал другой.

Чужаки напирали, и казалось, что местным несдобровать, как вдруг двери здания отворились и на пороге возникла группа охранников в бронированных доспехах.

- Сейчас начнется самое интересное, - произнес Т'Лин. - Эти критовские стражники отбирались как лучшие из элитных бойцов. Они заявились сюда, чтобы посмотреть, что собой представляет стража Н'Джиэя, и, похоже, сейчас они это узнают. По крайней мере, н'джиэйские стражники считаются лучшими в городе.

- Так это они?

- Скорее всего, - профыркал торговец оружием. - Но уверенно утверждать не могу.

Между тем битва началась. Местная элитная группа была вооружена более солидно, ее бойцы еще не успели устать и потому действовали яростно и стремительно. Почти сразу же свалились двое критян, очевидно замертво. Уцелевшие бросились врассыпную, преследуемые глумливыми улюлюканиями победителей.

- Во! Видели? - оживленно проговорил Т'Лин. - Заметили, какой ответный удар сделал К'Катал?

- Извините, я не совсем поняла, что вы сказали, - заметила Косутик.

- Великолепный финт! - Т'Лин попытался что-то изобразить нижними руками. - Такое я видел лишь однажды, в Па'алоте. Его очень сложно выполнить - ваши ноги должны занять определенное положение. Но, даже если вам это удастся, в такой позе очень трудно защищаться. - Он попробовал изобразить прием, прогнулся всем телом, но лицо исказилось от боли - дал о себе знать старый шрам. - Ох.

- Где вы научились всему этому? - поинтересовался Коберда. - Наверное, были охранником?

- Да, - ответил Т'Лин. Было видно, что показ трюка его сильно утомил. - Но недолго. Да какой теперь из меня боец.

- Ему довелось побывать в Войтане, - пояснила Косутик.

- Я был учеником оружейника, - начал свой рассказ старый торговец. - Когда я путешествовал с караваном к Т'ан К'тасу, пришло известие, что племя кранолта захватило и обчистило все удаленные города. Пала С'Ленна, сияющий лазуритовый город, пал великолепный Ш'Нар, возможно самый замечательный город, который мне когда-либо довелось увидеть. Такая же участь постигла и все остальные города-побратимы далёкого Войтана.

- Но тем не менее Войтан держался. Нам это было Достоверно известно, так как мы общались с несколькими купцами, которым удавалось-таки торговать с кранолтой.

Варвары непрерывно атаковали город, но безуспешно. Стены Войтана были высокие и крепкие, на складах полно продуктов, но, что не менее важно, Войтан по-прежнему мог торговать с целым рядом городов с противоположной стороны.

- Т'ан К'тас прекрасно понимал значение Войтана. Никто нигде так искусно не изготавливал оружие, как мастера из Стального цеха. Войтан и близлежащие к нему районы являлись единственными поставщиками большинства видов металла, в котором так нуждались Т'ан К'тас и другие южные города.

- Совет Т'ан К'таса обратился с воззванием к другим городам, чтобы собрать войска и послать их против кранолты - в помощь защитникам Войтана. Однако это так и не было сделано. Богатство Войтана застило соседям глаза, и они только смеялись и злорадствовали, не думая, что гибнет прекраснейшая страна.

С горечью произносил торговец последние слова, оживляя в памяти безвозвратно ушедшие годы.

- Король Па'алота и все фирмы этого прогнившего Ку'Нкока не признавали нас. Это было еще до того, как нынешний король захватил престол. Сейчас вроде бы Хья с нами либеральничает. По крайней мере, я такое слышал.

- Помню, как Т'ан К'тас делегировал нас в Па'алот с просьбой помочь Войтану, на что нам ответили, что каждое государство должно само за себя бороться - и либо выжить, либо погибнуть. Они интересовались, что такого особенного дает Войтан, чтобы ради него рисковать своими жизнями и деньгами. На этот вопрос я не знал что ответить. - Торговец печально похлопал своими нижними руками. - Так что Т'ан К'тасу пришлось воевать одному. И мы сцепились с кранолтой в Дантарских холмах. - Мар-дуканец опять тихо похлопал руками. - Нас разгромили. У кранолты воинов, как звезд на небе, как деревьев в лесу. Они жестоки и беспощадны!

- Мы сражались целый день... и следующий тоже. Мы проиграли, пришлось отступить. Воины кранолты преследовали нас до самого Т'ан К'таса.

- И им удалось захватить город, - мрачно резюмировала Косутик. - И еще два других в том же районе. Больше о Войтане никто ничего не слыхал.

- Нас осталось очень мало, - печально произнес Т'Лин. - Те, которым удалось улизнуть... Впрочем, некоторые устроились здесь неплохо, кое-кто даже в банке работает. Мы встречаемся время от времени. Но уцелели немногие...

- Как давно это было? - спросил Коберда.

- Я был совсем юным. Очень, очень давно.

- У них же нет времен года, - Косутик пожала плечами. - Они не отсчитывают время, как мы.

- Секунду, - вскинулась Боем, опуская на стол стакан с водой. - Это то самое место? Наш следующий пункт назначения?

- Примерно так, - Косутик зловеще улыбнулась. - По крайней мере, мы должны пройти где-то рядом. Короче говоря, кра...

- Кранолта, - подсказал Поертена.

- Короче, кранолты нам не избежать, - добавила с усмешкой Косутик. - Но я надеюсь, братцы, что ваши плазменные ружья в порядке? Не так ли?

Глава 29

Роджер медленно поворачивал меч, пытаясь припомнить правильные движения рук.

- Что это? - спросил Корд.

Шаман приступил к обучению землянина, давая ему собственные полузабытые уроки по технике владения мечом. Однако с последним движением мардуканец не был знаком.

- Когда я учился в школе, то целый семестр занимался в группе кендо, - ответил насупившийся Роджер. Принц чувствовал, что его ноги стоят неправильно. - Черт, не могу вспомнить!

Он немного изменил положение, но опять вышло плохо. От расстройства он чуть не зарычал на себя, словно ощутив, как дух Роджера Третьего и остальных фанатиков рода Макклинтоков потешаются над его жалкими потугами. В школе принц всеми правдами и неправдами старался увильнуть от посещения уроков кендо. Чисто формально он пытался убедить себя и других, что они отнимают слишком много времени, которое он потратил бы на занятия ) другими видами военного искусства. Своей же матери он недвусмысленно заявлял, что отказывается просто потому, что не желает следовать идиотским традициям. Он даже считал, что одерживает этим маленькую победу, и носился с ней как с писаной торбой до тех пор, пока императрица наконец ему не уступила.

Но все это было в прошлом, а вот сейчас...

Корд покачал головой и попытался изменить стойку. У мардуканца было четыре руки, а не две, как у Роджера, и это, естественно, означало, что его методы и методы землянина должны существенно разниться, и не только в плане владения оружием. Корд довольно быстро осознал, что техника Роджера куда более продвинутая, чем ему доводилось до сих пор видеть.

Итак, в течение последних дней дружная парочка усиленно работала с косутиковским мечом, пока остальные члены команды отдыхали, а командиры ожидали поступления информации. Панер время от времени подходил к тренирующимся, наблюдая за обучением, и, в принципе, остался доволен. Принц получал от Корда нечто гораздо более ценное, чем просто инструкции; вероятно, Роджер давно уже нуждался в опытном наставнике.

- Не забывайте о равновесии, юноша, - произнес мардуканец, похаживая вокруг Роджера. - У вас не прикрыт центр.

Роджер остановился, и Корд обратил внимание на положение его ног: постучав кончиком копья по стопе принца, мардуканец весело захрюкал.

- Попробуйте отсюда, - посоветовал он, и Роджер повторил требуемую последовательность.

- Первое, чему вам необходимо научиться, - лучше сохранять равновесие, - сказал мардуканец, поклацав зубами. - Без этого не обойтись.

Неожиданно появился рядовой Крафт.

- Ваше высочество, капитан Панер просил передать, что желает вас видеть, как только вы закончите.

Раздраженный, что его прервали, Роджер открыл было рот, чтобы выступить с гневной тирадой, но тут же закрыл его снова. Корд положил руку ему на плечо.

- Мы освободимся через пару минут, - ответил мардуканец. - Передайте капитану наше почтение.

Когда дверь за Крафтом захлопнулась, Корд рассмеялся.

- Следите за центром, мой юный друг. Мудрый монарх всегда прислушивается к советам генералов, если речь идет о войне, к советам министров относительно порядка в государстве и к народу в вопросах морали.

- Ха, - засмеялся Роджер. - Где вы такое услышали?

- Прочитал в сочинении одного мудреца из К'ланда, - сознался шаман.

- Скажите, Корд, а на кой ляд вам возвращаться в джунгли? - поинтересовался принц, вытираясь полотенцем.

Он давно обратил внимание на незаурядный ум пенистого, на его начитанность и проникся к нему огромным уважением. Недаром же Хья Кэн с таким вниманием прислушивался к советам Корда. Да, мардуканец был кем угодно, но только не "невежественным варваром"!

- У меня священный долг перед племенем. Вы же знаете, что я шаман.

- Мне кажется, что Делтан вполне мог бы оправдать ваши надежды. - Роджер опять взял в руки самоочищающееся полотенце и помахал им, стряхивая налипшую пыль. Эти специальные полотенца довольно эффективно удаляли грязь с любой поверхности, а главное, легко восстанавливались для повторного использования. К сожалению, от частого применения они довольно быстро изнашивались и приходили в негодность, так что компания уже подумывала, чем бы их заменить. Мардуканцы, как известно, не мылись. У них просто не было в этом необходимости, так как слизистый слой на их коже исключал возможность использования какого-либо мыла. Впрочем, у них имелось какое-то чистящее средство, напоминавшее невероятно жесткую мочалку. Интересно было бы поставить эксперимент и... все же попытаться вымыть мардуканца.

Собственно, накопилось много и других проблем. В условиях жестокой жары и невероятной влажности оборудование постепенно выходило из строя. Шлемофоны некоторых солдат, например, уже не функционировали, Поертена умудрился испортить два плазменных ружья. А ведь путешествие фактически только начиналось... "Что же будет по его завершении? - недоумевал принц. - Будем шагать, напялив на себя шкуры и размахивая копьями? И с таким оружием брать с боем космопорт?"

- Каждый из нас отвечает за порученное ему дело, - промолвил Корд. - Жизнь человеку для того и дается, чтобы выполнять свой долг. И в этой борьбе он либо погибает, либо празднует победу, - спокойно продолжал шаман. - Каждого судят по его делам.

Командиры подразделений сидели на подушках на полу помещения, выделенного под штаб-квартиру. Фактически после высадки на планету им еще ни разу не удавалось спокойно собраться всем в одном месте.

Панер чинно ждал, стоя в углу комнаты. Вошел лейтенант Яско, последний член командной группы, и занял свое место. Убедившись, что все включили свои электронные блокноты, Панер откашлялся.

- Лейтенант Гиляс и сержант Джулиан проанализировали информацию, полученную от прослушивающих устройств, и готовы доложить нам результаты. Гиляс предлагает, чтобы это сделал Джулиан. Джулиан? - Панер обратился к отрешенно сидящему в углу сержанту.

Неугомонный Джулиан, по-видимому успевший притомиться от вынужденного бездействия, вскочил на ноги и вышел вперед.

- Леди и джентльмены, - начал он, посматривая на Корда, сидевшего на корточках позади Роджера. То, что я скажу, получено из разных источников, не только от прослушивающих устройств. Однако достоверно ясно одно: мы оказались... в настоящем гадюшнике.

В городе имеется несколько группировок, каждая из которых преследует свои собственные цели, зачастую вступающие в противоречие с целями других. Этих планов, замыслов и интриг такое количество, все это так хитро переплетено между собой, что я бы очень удивился, если бы нашелся хоть один мардуканец, не исключая самого короля, который бы смог разобраться во всем этом.

Отдельная тема, которая нас особенно интересует, - это, конечно, вырубка леса. Нужно было узнать, почему лесорубы продолжают нарушать принятые соглашения, несмотря на неоднократные предупреждения Корда. - Джулиан вопросительно посмотрел на Гиляса, пытаясь найти в его взгляде поддержку; тот утвердительно кивнул и сделал знак рукой, что все правильно. - И вот мы с Гилясом поразмыслили, - Джулиан повернулся к аудитории, - и решили, что в этой ситуации можем и для себя извлечь выгоду. Нам нужно лишь...

- Не могли бы вы объяснить мне это еще раз? - осторожно спросил король.

Быстро разобраться во всех нюансах отчета было довольно трудно. В число приглашенных к королю на сей раз попали Роджер, О'Кейси, Панер, Ш'Нал Грэк, начальник королевской стражи (единственный, кто оказался при оружии) и сержант Джулиан. Сначала гадали, кого послать - Джулиана или смышленого лейтенанта. Но Гиляс порекомендовал сержанта, поскольку сам план и ценные указания принадлежали именно ему.

- Если выражаться попроще, то вы оказались в дерьме, ваше величество, - ответил Джулиан. - Вокруг вас происходят весьма грязные делишки.

- Стало известно, что три большие фирмы совместными усилиями планомерно вставляют вам палки в колеса. К примеру, именно они через посредников посылают дровосеков и охотников в леса, чтобы разжигать в Народе недовольство. Опять же их рук дело, что последние две партии высококачественных товаров заменили, мягко говоря, барахлом. Кроме того, стало ясно, почему они сопротивляются вашим призывам усилить оборону города. Оказывается, они тайно замышляют захватить город, причем не без помощи кранолты.

- Боюсь, это вообще недоступно моему пониманию, - признался король. - Неужели даже Си'Ртена настолько глуп, что всерьез думает, будто они смогут что-то там указывать кранолте, когда племя войдет в город?

- Если откровенно, ваше величество,-отвечала О' Кей-си, - то это именно то, во что они свято верят. Отряд кранолты, который они наняли, не особенно велик, всего несколько сотен бойцов, но большая часть наемников будет сражаться с Народом за стенами города, за что в награду им отдадут несколько городских территорий, и в первую очередь базары, где торгуют независимые купцы. Заговорщики почему-то убеждены, что кранолта вполне удовлетворится базарами и небольшими зданиями.

- Они с ума посходили! - прорычал Грэк. Зловещая улыбка пробежала по лицу старого вояки. - Да кранолта камня на камне от города не оставит!

- Ну, это еще неизвестно, - отвечал Джулиан. - По нашим... последним сведениям, хоть Войтан в итоге и пал, кранолте тоже пришлось несладко. Племя сильно поредело и измотано в боях. - Сержант пожал плечами. - Однако, даже учитывая все это, соотношение сил все равно оказалось бы не в вашу пользу.

Грэк переварил информацию и опять засмеялся.

- И что же они думают, мы станем делать, когда они впустят кранолту в город?

- Они, генерал, разумеется, рассчитывают на то, - ответил Панер, - что вы все будете мертвы. Королевская охрана отвечает за защиту города. А вам вместо этого придется воевать с Народом. Тут как раз и придет кранолта, расправится с остатками обоих войск, уничтожит конкурирующие малые фирмы и разграбит базары. Ну и король, понятно, останется с носом. Он, конечно, может попытаться удержаться в замке, но, скорее всего, будет свергнут оставшимися в живых стражниками.

- Потрясающе, - воскликнул король. - Однако мне не терпится узнать, как вы все это выяснили.

Земляне переглянулись и стали перешептываться. Панер с самого начала старался уклоняться от ответов на подобные щекотливые вопросы. Признаться королю в том, что они шпионили за представителями фирм, значит, вызвать у монарха естественное подозрение, что и за ним самим могут следить.

И тут с резонным замечанием выступила О'Кейси. По ее мнению, Ку'Нкок и весь уклад его жизни соответствовали довольно примитивной стадии развития, но отсюда ведь не следовало, что Хья Кэн должен быть наивным. О том, что за ним могут следить, король и сам бы мог догадаться. С другой стороны, расположение короля к землянам требовало от наших путешественников, чтобы они все-таки попытались убедить его в отсутствии другого, более надежного способа шпионить. В конце концов Джулиан решился.

- Ваше величество, - начал он, - информация, которую мы вам сообщили, была собрана с использованием так называемых технических средств.

Король на мгновение задумался.

- Что-то типа насоса на полях, что ли?

- Боюсь, что на вашем языке довольно трудно это объяснить, ваше величество, - дипломатичным тоном заметил Роджер, заставив Панера невольно улыбнуться. - Но я все же попытаюсь. В ваших ирригационных системах действительно используются насосы, и для их обслуживания требуются высококвалифицированные механики. Мы не случайно поэтому воспользовались словом "средство", поскольку для возможности применять наши "средства" также необходимы мастерство и длительные тренировки. Помните, мы вам уже показывали наши мультиинструменты? Разве смогли бы ваши кустари сделать то же самое? Или объяснить другим, как они функционируют?

- Нет. - Было видно, что признание не доставило королю особого удовольствия, но он ответил сразу.

- А все это потому, что наши кустари умеют делать вещи, которые вы еще не открыли, ваше величество, - вмешалась О'Кейси. - И те же самые кустари сконструировали приспособления, которые можно использовать для... наблюдения и прослушивания на расстоянии.

- У вас есть механические шпионы? - Король с любопытством оглядел собравшихся и снова обернулся кт О'Кейси.

- Да. Можно сказать и так.

- Но это же дает потрясающие преимущества, конечно если... все это правда. И если то, что сообщили ваши шпионы, действительно имеет место.

- Вы совершенно правы, что не торопитесь верить нам на слово, - любой мудрый правитель поступил бы так же на вашем месте, - холодно заметил Панер. - Однако теперь вы можете перепроверить эту информацию любым другим способом. Я надеюсь, весь этот разговор не станет известен вашим врагам?

Король задумался и взглянул на Грэка. Старый солдат от волнения замахал руками, потом похлопал ими в знак согласия и повернулся лицом к чужестранцам.

- Согласен, - ответил генерал.

- Если все подтвердится, то метод, которым вы пользовались, уже не будет иметь значения, - заявил король Панеру. - Главный вопрос в другом: что нам делать, если вы окажетесь правы?

- На самом деле, - на лице Панера появилась зловещая улыбка, - как раз здесь-то все просто, ваше величество.

- Убьем их всех, да и все дела, - выпалил Джулиан.

- И пусть боги с ними разбираются, - прохрюкал Грэк. - Кстати, вы употребили тут одно выражение, я не совсем понял. Три фирмы против королевской стражи это?.. Что за слово вы использовали?

- Неблагоприятное соотношение сил, - ответил сержант. - Но в вашем случае это соотношение примерно равное, поскольку хорошо известно, что у сплоченной группировки больше шансов на победу, чем у разрозненных заговорщиков. Мало того что они сами не вполне доверяют друг другу, но они также в любой момент могут передумать и отколоться. В общем, я думаю, шансы пятьдесят на пятьдесят. Однако не забывайте, ваше высочество, и вы, генерал Грэк, что и мы преследуем определенные интересы. Мы нуждаемся в оборудовании, продовольствии и транспорте. Честно говоря, нам нужны деньги.

- А вам нужна сила, которая сметет заговорщиков, не так ли? - отрезала О'Кейси. - И как раз тут мы вам и поможем. Мы раскроем тайный сговор, разоблачим ваших недругов, представив все доказательства их намерений снюхаться с кранолтой, укажем вам фирмы, незаконно вырубающие лес, ну а дальше они уже будут в ваших руках. Взамен мы хотим не так много: использовать ваше влияние и поддержку для приобретения всего, что нам необходимо.

- По принципу "ты - мне, я - тебе", ясно, - пробормотал король, почесав свои рога. - При условии, что заговор действительно существует.

- Мы вас не обманываем, - заверил Панер. - Но, повторяю, вы должны все проверить сами. Так что пожалуйста. А нам тем временем хотелось бы приступить к тренировкам с вашими стражниками. Пусть научат нас обращаться с оружием.

- Мы были бы вам очень признательны, ваше величество, если бы вы по возможности ускорили наведение справок. Помните, мы назначили аукцион. Кстати, большие фирмы и тут что-то темнят в отношении цен, - поморщился капитан.

- С них станется, - проворчал Хья Кэн. - Не волнуйтесь. Я быстро все выясню. И если действительно окажется, что они в тайном сговоре с кранолтой, то наша реакция последует незамедлительно.

- И последнее, - сказал Роджер. - По поводу вырубки леса. В кризисе, который происходит, не только вина заговорщиков.

Неожиданная выходка принца вывела из себя даже Панера, крайне выдержанного и сверхдисциплинированного человека, настоящего профессионала своего дела, и он чудом сдержался, чтобы не испепелить принца яростным взглядом. Надо отдать должное Роджеру: перед королевской аудиенцией он довольно логично разъяснил, почему не стоит объяснять королю, как работают "механические шпионы". Его предложение приняли и заблаговременно детально обсудили. Высокое воинское звание Роджера в сравнении с остальными посетителями, его потрясающая способность к языкам - все это нельзя было сбрасывать со счетов.

Однако кто же мог представить, что его высочеству вдруг приспичит вставить какую-то отсебятину. То, что это экспромт, сомнений не вызывало. Панер стоял, стиснув зубы. Не мог же он учинить Роджеру разнос в присутствии посторонних. Капитану оставалось только молиться, чтобы в воспаленную голову молодого идиота не пришла еще какая-нибудь дурацкая идея, способная испортить все дело, которое уже почти наладилось.

- Согласен с вами, - промолвил Хья Кэн не без разочарования. - Это и не может быть иначе, им одним такое не под силу. Чтобы выжить, Ку'Нкоку действительно пора искать новые источники древесины. Но область Экс'Интай, разрешенную для вырубки, мы уже истощили полностью, а леса по ту сторону реки удерживаются кранолтой. Лесорубы, проникавшие на тот берег, обратно не возвращались. Какое-то решение должно быть найдено, но вряд ли это прекратило бы заговоры и нападки экс'интайцев.

- Насколько я вас понял, - сказал Роджер, кивнув головой, - помимо строительства зданий большая часть древесины используется для приготовления пищи и обработки металлов. В качестве древесного угля. Правильно?

- Да, - ответил Грэк, - в основном как топливо для костров.

- А чем хуже каменный уголь?

- Каменный уголь? - Хья Кэн нахмурился. - Может быть. Да, его вроде бы используют в каких-то городах. Но у нас поблизости нет каменного угля.

- На самом деле, - усмехнулся принц, - такое месторождение существует и расположено на территории кордовского племени, вниз по течению реки от его деревни, в горах. Я собственными глазами видел признаки породы, целую угольную гору, - это примерно там, где река становится судоходной.

- Так, значит, этот уголь можно было бы довезти до деревни, погрузив на флер-та, - задумчиво произнес король, - а затем переправить на лодках к городу. Я слышал об этой долине. Но там ведь полно ядэнов. Какой дурак попрется туда выкапывать какие-то камни?

- Я думал на эту тему, - лицо Роджера исказила холодная улыбка. - Для начала вы могли бы направить туда, например, членов свергнутых семейств и их охранников.

Панер во все глаза уже смотрел на принца - раздражение прошло, осталось одно любопытство. В голосе принца, в тоне, которым он произнес последнюю фразу, сквозили нотки, которых Панер не слышал доселе. Командир подозревал, что эта неожиданно проявившаяся безжалостность должна была изумить и всех остальных, кто знал Роджера. Тон голоса не был грубым, скорее холодным, как лед. Когда Роджер произносил свою тираду, капитану неожиданно пришло на ум, что в принце, очевидно, проснулись повадки его пра-пра-прабабушки Миранды Первой, прославившейся своей беспощадностью к врагам. Конечно, бабка жила очень-очень давно, но корни есть корни.

Однако надо было как-то загладить возникшую неловкость.

Король в ответ лишь захрюкал от смеха, а затем, переглянувшись с генералом, снова посмотрел на Роджера и похлопал руками в знак согласия.

- Оригинальное решение, молодой человек. Когда-нибудь вы станете выдающимся монархом. Я, кстати, заметил одну вещь: если у вас только одна проблема, то она так и остается неразрешенной, если же проблем много, то они как-то разрешаются друг через друга. Вы нам пояснили, как раскрыть заговор, как помочь выполнить ваши пожелания, и даже подсказали, кто все это будет делать. Потрясающе!

- Для того чтобы все это осуществить, мне еще надо многое обсудить со своими офицерами, - заметил Панер.

Возвращаясь в свою комнату, Роджер заметил, что, кроме капитана, рядом никого не было.

- По крайней мере, моя мать никогда не церемонилась с заговорщиками, - сказал он. - Я тоже ненавижу этих уродов: Н'Джиэя с Кесселотом.

Панер резко остановился и уставился на принца, который по инерции прошагал еще пару метров, прежде чем заметил, что командира рядом с ним нет.

- Ну что? Что я опять не так сказал? - Принц чувствовал, что опять чем-то обидел офицера, но, убей его бог, совершенно не представлял чем. Панер стоял безмолвно, словно потерял дар речи. У него в голове не укладывалось, как можно не понимать очевидных вещей. Неужели принц настолько наивен и слеп? В конце концов капитан решил, что лучше все же сказать правду.

- Вы... - Панер едва не выговорил "идиот" и закашлялся. - Ваше высочество, - продолжал он сурово. - Ваша мать на интригах собаку съела. Ей, как в древней Византии, приходилось разбираться с этим каждый божий день. Она бы уж сообразила, как поступить с этими фирмами, как следует переориентировать руководство Ку'Нкока. Так вот, зарубите себе на носу, что мы собираемся поступить точно так же. Конечно, как это ни печально, при этом погибнет множество ни в чем не повинных людей, но таков закон "большого топора", который, разумеется, не доставляет мне радости. К сожалению, никто из нас не может похвалиться таким умом и проницательностью, какими обладает императрица, так что нам остается только надеяться, что когда-нибудь мы все же отсюда выкарабкаемся, и уповать на то, что, пока мы отсутствуем, вашей матери удастся одержать верх над всем дерьмом, которое ее окружает!

Роджер вылупился на командира, но тот лишь язвительно фыркнул. Что бы там принц ни думал, но Панер слишком хорошо знал, насколько призрачны и обманчивы внешняя безоблачность и безмятежность, царившие в Империи. Мало кому еще из капитанов довелось просмотреть такое количество тайных доносов...

- Вы, наверное, думаете, что я преувеличиваю, ваше высочество? - гремел Панер. - Отнюдь. Так что ради бога откройте глаза и сбросьте розовые очки. Вы, наверное, думаете, что все мы очутились на этом солнечном Мардуке, потому что давно сюда стремились? Или полагаете, что на "Деглопере" просто произошли небольшие технические неполадки, не имевшие к вам ровно никакого отношения? Но ведь кто-то протащил зомби на наш богом проклятый корабль и заставил нас высадиться на этой чертовой планете. Так вот, я заверяю вас, что это был не Н'Джиэй!

Глава 30

Темнело быстро. Джулиан смотрел на мокрую от дождя эазарную площадь.

Таверна закрывалась, продавцы упаковывали товар. Все, вроде, выглядело как обычно, город готовился к длинной ночи, но во всем ощущалось какое-то напряжение, томительное ожидание и страх. На улицах не видно ни одного прохожего, шторы на окнах домов давно опущены - верный признак, что горожане чувствовали приближение беды.

Не более дня потребовалось королю, чтобы подтвердить информацию землян. Последние сомнения рассеялись после того, как вернулись посланные на разведку дровосеки, сообщившие, что войска кранолты ждут только сигнала к штурму и что засели они именно в том месте, которое указали земляне. Не теряя времени даром, король сразу же приступил к активным действиям.

На сей раз совет назначили на вечер. Члены совета в этот момент обедали. Три взвода землян уже заняли свои позиции и изготовились к бою. Бронированное отделение Джулиана рассредоточили по всем опасным участкам. Дело в том, что облегченные хамелеоновские костюмы оказались совершенно непригодными и не защищали от ударов копья или меча. Поэтому Панер и решил сформировать группу прикрытия наиболее ответственных участков из надежно экипированных пехотинцев. Сам Джулиан в момент, о котором идет речь, находился прямо перед дверью в здание фирмы Н'Джиэя, внимательно сканируя окрестности и размышляя, существует ли, в принципе, на этой планете оружие, способное пробить его хромированную броню.

- Всем группам! Сообщите о готовности, - раздалось в коммутаторе. Голос лейтенанта Савато, казалось, шел издалека, напоминая речитатив механического робота или забарахлившего автоответчика.

- Н'Джиэйская группа заняла позицию, - отчитался сержант Джин. Здание Н'Джиэя, как самое большое и опасное, предстояло брать третьему взводу. Этот взвод славился самыми опытными бойцами, но численностью составлял не больше отделения.

- Группа Кесселота на позиции, - прозвучал очередной голос.

- Группа Си'Ртены на позиции, - лейтенант Яско ответил не сразу, и Джулиан вызвал на экране своего шлемофона схему расположения си'ртеновской группы и поморщился: задняя дверь здания была еще никем не прикрыта. Но лишь он об этом подумал, как там появились несколько бойцов.

Итак, перед входными дверьми каждого из особняков, стараясь быть незамеченными, замаскировалось по две трети людей от каждого взвода и по паре бронированных с ног до головы пехотинцев для подкрепления.

Третье отделение каждого взвода блокировало задние входы зданий, и кроме этого в поддержку каждому взводу приставили группу королевских стражников.

- Отлично, - подвел итог старпом. - Все изготовились к бою, обеденный перерыв в самом разгаре. Всем подразделениям: выполняйте приказ!

Джулиан глубоко вздохнул. Нервничать было ни к чему: опасность практически равнялась нулю. К тому же волнением делу, как известно, не поможешь. Настало время исполнять приказ... Он поднял руку и настойчиво постучал в дверь...

К'Лус Бай уже было закончил играть в свои любимые бабки, заметив, что напарники затеяли какую-то другую развлекуху, как вдруг раздался звонок.

- Кого там черт несет? - спросил он риторически, поглядев на остальных. Т'Сел Коб пожал в ответ плечами и похлопал нижними руками, затем поднял свой любимый топор. Стук в дверь повторился.

- Не знаю, но я сейчас разнесу его на кусочки.

- Откройте! Именем короля Хья Кэна! - загрохотал голос.

- Ах, - вымолвил Бай, хватаясь за копье. - Может быть, стоит подождать остальных?

Бронированный скафандр постоянно раздражал Джулиана, поскольку стеснял свободу движений. Захочет ли он вытянуть палец или откусить ноготь - невозможно. Поправить волосы? Тоже никак. Единственное, что ему удавалось в совершенстве, это прицеливать свою пушку туда, где шлемофонные датчики улавливали скопление пенистых. Звонкий грохот неожиданно нарушил тишину подобно раскатистому удару грома; индикаторы, зафиксировав акустические и электромагнитные потоки, известили Джулиана, что полноценный заряд, вылетевший из плазменной пушки, попал по назначению.

Приятно все-таки сознавать, что датчики работают исправно.

Он кивнул рядовому Стиклесу и шагнул в распахнутую дверь.

- Пушечка, я знал, что мы с тобой сработаемся, - сказал он и нажал на кнопку, чтобы затемнить шлемофонную маску. Предполагалось, что это должно происходить автоматически, но перестраховаться не мешало. Если это вовремя не сделать, можно запросто ослепнуть.

- Стиклес, затемните шлемофон.

- Так точно, сержант, - проворчал рядовой, словно вспыльчивый ребенок. - Уже готово.

Стиклес был самым молодым в отделении, потому Роджер и цеплялся к нему постоянно, как к собственному дублеру. Конечно, опека новобранцу не повредит, но если откровенно, то "новичка" в их полку едва ли можно было сравнить с каким-нибудь новобранцем обычной регулярной войсковой части.

- Что это было? - встрепенулся Н'Джиэй. Прокатившееся эхо чем-то напомнило раскаты грома, но не совсем. - Вам не кажется, что это было похоже на залп орудия пришельцев, людей то бишь? - промолвил, нахмурившись, босс.

В Ку'Нкоке мардуканцы обедали обычно прямо на полу, и эта трапеза не являлась исключением. После нескольких перемещений и пересаживаний гости оказались сидящими прямо напротив местных фирмачей, которые уже явно начинали чувствовать себя не в своей тарелке. Каждого гостя к тому же почему-то сопровождал морской пехотинец в бронированной одежде.

- Что это было? - с невинным видом повторил вопрос Хья Кэн.

- Да, что это за шум? - промолвил в поддержку Н'Джиэя Кесселот еще более подозрительным тоном, чем его приятель. После последнего безобразного собрания Кесселот стал настаивать на том, чтобы привести с собой всю свою стражу. Фактически на обеде присутствовали свыше двадцати личных охранников фирм, гораздо больше, чем допускалось на королевской аудиенции. Очевидно, наступило время действовать. Ведь бывает так, что, для того чтобы воспользоваться представившейся возможностью, охотно перекраивают даже глубоко продуманные планы, а такой удобный момент, как этот, вряд ли еще представится. Взбудораженный Кесселот с немым вопросом поглядел на Н'Джиэя. У него в голове еще продолжал звучать только что прогремевший выстрел, как вдруг раздались два новых залпа. Они прозвучали так же громко, как и первый. Лицо Кесселота вытянулось, когда он услышал последовавший за этим странный треск и грохот.

- Братья! - он вскочил на ноги. - Вероломный Хья Кэн напал на нас. Мы должны...

Кесселот не успел договорить, как к нему подошли двое офицеров и наставили на него стволы.

Панер приходил в ярость от упрямства Роджера, а в результате вынужден был соглашаться с его требованиями. Хорошо хоть в этот раз разговор прошел без свидетелей!

Когда Панер доставал пистолет, вышло так, что принц оказался совсем рядом. Слава богу, О'Кейси хватило ума поспешно ретироваться: сначала она спряталась за надежной спиной одного из бойцов, а затем выскочила за дверь.

Представитель каждой из фирм, участвовавших в пресловутом "плане вырубки леса" привел с собой по три охранника, так как больше не разрешалось. Такое же количество стражников имели еще две фирмы, осведомленные об этом плане, но вынашивавшие собственные тайные замыслы против короля. На пехотинцев легла трудная и ответственная задача помешать караульным наломать дров.

Как только земляне открыли огонь, два телохранителя Хья Кэна вскочили, заслонив собой повелителя.

Надо сказать, что за свои семьдесят два года Арманд Панер успел освоить многие виды оружия и к пистолету М-9, например, относился как к проверенному доброму другу. Рука командира работала с точностью исправного метронома, и буквально за первые четыре секунды он уложил восьмерых: перед тем как рухнуть на пол, стражники обильно забрызгали кровью противоположную стену.

Все закончилось довольно быстро.

Шестнадцать охранников представляли особую опасность, однако плазменные пушки решили не применять, поскольку для относительно небольших закрытых помещений это было бы чересчур, тем более что "господ" убивать не следовало. Пришлось остановиться на пистолетах.

Панер стремительно метался во все стороны, концентрируясь на самых шустрых. Первыми отреагировали стражники из элиты Н'Джиэя, но они не успели даже выхватить мечи или метнуть дротики, как моментально превратились в кровавое месиво. С остальными тоже долго возиться не пришлось, однако к моменту, когда Панер расчистил свою зону, принц уже успел справиться со своей.

Взглянув на восемь кровавых пятен, красовавшихся на стене, Панер перевел взгляд на восемь обезглавленных тел.

- Это все вы? - спросил он недоверчиво.

В ответ Роджер лишь пожал плечами и пригладил волосы. "Начальнички", с трудом выходя из оцепенения и ужаса, издавали скорбные вопли. Кровью было забрызгано буквально все: люди, пол, стены, потолок, пища...

- В мой чип заложена очень хорошая программа уничтожения, - сказал Роджер.

- Программа уничтожения? - поразился Панер. - Но почему же мне об этом никто не сообщил, ваше высочество?!

- Я подозреваю, потому, что секретное оружие становится гораздо менее эффективным, если его рассекречивают, - улыбнулся принц, затем покачал головой, заметив, как сузились глаза командира. - У меня и в мыслях не было насмехаться над вами, капитан. Я же не знал, что вы не в курсе.

- Хм. - Панер снова посмотрел на трупы. Каждый пистолетный выстрел принца поразил жизненно важные центры. Выходило, что многие императорские пехотинцы и, естественно, императрица знали несколько больше о том, как усовершенствовать характеристики боевых чиповских программ.

В чипе Панера, разумеется, также было припрятано несколько пакетов программ подобного сорта. Прекрасно разбираясь во всех их плюсах и минусах, он в то же время отдавал себе отчет, что у любой, пусть даже самой распрекрасной, программы есть свои ограничения. По-видимому, подпрограмма, на которую намекал принц, использовалась в основном для тренинга, повышавшего качество прицеливания у ее владельца. Но поражало другое. Кто еще кроме опытнейшего боевого ветерана Арманда Панера так хорошо представлял себе, что значит впервые убить человека, тем более выстрелив ему в голову.

Капитан, как никто другой, знал, какую надо иметь для этого выдержку и силу духа, как трудно новичку не утратить сосредоточенность и уверенность в себе даже после первого выстрела. А уж после восьми...

- Да, это все ваша работа, - повторил Панер, покачав головой. - Все пули попали в голову.

- Ну, я же старался бить наверняка, - вымолвил Роджер. - В голову вернее!

- Итак, главное - осторожнее, ребята, договорились? - увещевал сержант Джин, когда первое отделение вошло в здание. Главная опасность, как это ни смешно, заключалась в самих бойцах. Бесспорно, они обладали прекрасной техникой стрельбы, но случайно могли ранить своих. Диспреукс и командиры подразделений не раз повторяли, что каждый моряк должен следить за своим собственным участком и не соваться в "чужой огород".

- Джулиан, - произнес Джин в микрофон, как только они вошли в сад, окружавший внутренний дом. - Мы на открытой местности. Осторожнее, когда будете стрелять.

Снаряды, вылетавшие из плазменных пушек, пробивали тонкие деревянные стены, словно бумагу. Последствия разрушений впечатляли: словно стадо взбесившихся животных разнесло все в клочья.

- Нет проблем, - ответил Джулиан. - Мы закончили стрельбу. Большинство обитателей убежали в тыл. Проверьте, чтобы за ними последовало третье отделение.

- Движение! - воскликнул Лайзес. - Балкон. Джин проследил, как два или три бойца рванули в том направлении. Какой-то мардуканец, очевидно напуганный выстрелами, бежал по балкону. По виду он напоминал невысокую женщину.

- Не стрелять. Опасности нет.

- Не стрелять, - продублировал команду Лайзес. Женщина скрылась за углом.

- Цель! - Это была Эйкен. Ее гранатомет выстрелил как раз в тот момент, когда попавший на прицел мардуканец метнул дротик. Взрыв сорокамиллиметровой гранаты, упавшей левее туземца, подбросил его вверх, словно детскую игрушку. - Готово.

- Центральное здание очищено, - сообщил Джулиан. - Приступайте к остальным помещениям.

- Не углубляйтесь слишком далеко, - предупредил его Джин и огляделся. - Так, разделяемся. Диспреукс, двигайтесь с командой Альфа к левому крылу. Я пойду с Браво правее. Прочистите все - от входа до задней стены.

- Слушаюсь, - ответила Диспреукс и резко обернулась к Беклей. - Альфа, двигаемся левее. Пошли!

Убедившись, что приказ понят правильно, Джин кивнул головой. Диспреукс уже заприметила внизу какую-то дверь и направила на нее луч лазера.

- Все туда. Кейн, прикройте нас!

Группа рысью понеслась к двери, пропустив вперед бойца с плазменной пушкой. Когда до двери оставалось метров пятнадцать, боец выстрелил, разметав ее в клочья.

В образовавшийся проем метнулись Кайроу и Беклей. Кайроу проскочил первым, резко свернул вправо и присел на колено. Не далее чем в пяти метрах нарисовался пенистый, уже изготовившийся метнуть копье. К глубокому несчастью для него, Кайроу оказался не промах: тысячи часов тренировок не прошли даром, и сверхскоростные пули, ударившиеся в грудь копьеметателя, резко отбросили его назад. Еще одна граната, разорвавшаяся впереди, попала в группу мардуканцев, не успевших определиться, атаковать им или нет.

- Справа все чисто.

Еще один взрыв прогремел где-то сзади.

- Слева чисто, - доложил Беклей. Снова рвануло. - Все чисто.

Неожиданно Диспреукс заметила пенистого с другой стороны дверного проема и чисто рефлективно выстрелила, не успев осознать, что перед ней особа женского пола. Мало того что мардуканки совершенно не умели воевать, так их еще и держали в постоянном заточении. Быть может, сейчас впервые в жизни туземки случилось что-то более экстравагантное и возбуждающее, чем секс. И вот пожалуйста, даже этот миг оказался таким кратким.

Диспреукс посмотрела на жалкое искромсанное тело, перевела дыхание и огляделась.

- Лестница и подвал очищены, - доложила девушка. Ступая назад по коридору, она отмахнулась рукой от кровавых брызг, слетевших с отскочившей щепки. Назад она старалась не оглядываться.

Глава 31

- Чисто, - повторил Панер, прослушав последнюю радиограмму. Лучше бы его тут убили, а командиром поставили лейтенанта Савато... Но нет, он должен нести свой крест! Да и кто лучше него разгребет все это дерьмо? Кроме, впрочем, Роджера... Принц продолжал его изумлять.

Панер не привык судить о людях лишь по тому, как они стреляют. Он знавал слишком много законченных придурков, хорошо владеющих оружием. Что же касается Роджера, то, постоянно открывая для себя все новые и новые грани его таланта, Панер испытывал двойственное чувство. В девяти случаях из десяти он готов был собственными руками придушить зарвавшегося баловня, но в последнее время тот поражал его все больше и больше.

Капитан сверился со схемой и позабавился, услышав отчет Джина.

- Хорошо, я обговорю это с его величеством. Убедитесь, что с городской казной все в порядке, и пока ничего не предпринимайте.

Он поглядел в сторону Хья Кэна. Кровь кое-как уже вытерли, но король сидел словно мумия, кусочки засохшей крови прилипли к его украшенным рогам и лицу. Заметив движение командира, король бросил на него тревожный взгляд.

- Да? Все нормально?

На самом деле все прошло как нельзя лучше. Главари были схвачены, а об их преступлениях подробно проинформировали руководителей остальных фирм. Им велели приказать свой страже сдаться добровольно, чтобы не повторять печальный опыт других. На время расследования преступлений Н'Джиэя, Кесселота и Си'Ртену заключили в отдельные камеры. Тех, кто не знал о тайных планах, освободили и отпустили по домам. Остальных все еще держали в столовой, среди трупов и начинавших попахивать кровавых луж. Психологический эффект был налицо.

- Все идет нормально, - сказал Панер. - Мы подобрали раненых. Сопротивлявшихся пришлось уничтожить. У Си'Ртены и Кесселота какие-то поджигатели устроили пожар. Необходимо кого-то послать потушить. Между прочим, ваши стражники вовсю мародерствуют и грабят все подряд. Мои люди не в состоянии их удержать.

- Известное дело, - промолвил Грэк, похлопав руками в подтверждение своих слов. - Разве возможно удержать солдат от грабежа?

"Это пожимание плечами, эта уклончивая позиция типа "а черт его знает" - подобные вещи не характерны для Роджера", - подумал Панер. Существовала тонкая грань между жестокостью и злом, между сентиментальностью и варварством. Где-то из закоулков его сознания вдруг выплыли слова известной песни: "Труба зовет, ты слышишь, брат? Хватай скорее автомат!"

- Я пошлю прислугу потушить пожар, - сказал король. - Найдите тех, кто это сделал, - Хья Кэн многозначительно посмотрел на Грэка, - и запретите им грабить. Ясно?

- Ясно. Ну, я пошел. - Грэк поднял свое копье и прохрюкал:

- Может, я для себя тоже отыщу что-нибудь этакое. Когда генерал вышел, Панер остался с королем тет-а-тет.

Охранников распустили, а Роджер пошел умываться. Ситуация сложилась нетипичная, но капитан не обратил на это внимания, погруженный в мысли о перемещениях своих групп, отображавшихся на экране электронного блокнота.

Хья Кэн наблюдал за землянином. Такой угрюмый и серьезный... Такой педантичный.

- Вы видите какие-нибудь различия между нами и кордовским племенем? - спросил король, с любопытством ожидая ответа.

Панер поднял глаза, затем набрал на клавиатуре какую-то команду, послав тем самым половину резерва для усиления первого взвода, и задумался.

- Ну, тут трудно так с ходу ответить, сэр. Вообще, я считаю, что лучше поддерживать цивилизованный мир. Варварство - оно и в Африке варварство, как ни крути. Чуть лучше, чуть хуже - все равно отвратительное явление. В конце концов, цивилизация может вытащить за уши любого дикаря и поместить его в условия, в которых ему же будет лучше.

- Интересно, а помогли бы вы мне, если бы вам от меня ничего не было нужно? Я имею в виду запасы, сырье и тому подобное, - пояснил монарх, смахивая со своих рогов прилипшие сгустки крови.

- Нет, ваше величество, - Панер покачал головой. - Не помог бы. У нас есть главная миссия - доставить Роджера в космопорт. Если бы мы сочли, что помощь вам не будет способствовать выполнению нашей основной задачи, то не стали бы помогать.

- Так, - захохотал монарх. - Интересная постановочка...

- Ваше величество, - медленно проговорил Панер, вытащив пластинку жевательной резинки и не торопясь развернув ее. - Моя задача - успешно завершить миссию. И я должен добиться цели, чего бы мне это ни стоило. Это же справедливо и в отношении моих солдат. Главное в миссии - не выживание каждого отдельного индивидуума, а, наоборот, его обязанность лечь костьми, но поддержать преемственность императорской династии. - Панер засунул жвачку обратно в карман и мрачно улыбнулся. - Вот это, ваше величество, и есть цивилизация.

Принц наблюдал за туземцем-погонщиком, грузившим его скафандр на гигантскую скотину. Животное удивительно напоминало тварь, преследовавшую Корда, но марду-канец уверял, что это совершенно разные виды. На Земле также встречались подобные странные аналогии. К примеру, прирученный домашний буйвол в сравнении с диким выглядит просто жалким ягненком. Туземная вьючная тварь походила не на буйвола, а скорее на огромную рогатую жабу, "рогожабу", как решил ее назвать принц. Принцу стало интересно, сумеет ли его чиповская программа заменить слово "буйвол" на "рогожабу".

Неожиданно Роджер захотел выяснить, правда не без некоторого внутреннего трепета, сможет ли он управиться со скотиной так же, как это делает погонщик. За свою жизнь принцу не раз приходилось иметь дело с животными. Он помнил, как его, еще совсем маленького, даже не научившегося говорить, уже сажали в седло на крошечного пони, а в десять лет он уже верхом на пони побольше играл в футбол. В общем, он думал, что обуздать тварь не так уж сложно. Впрочем, Роджер так и не успел выяснить, что испытывали остальные члены экипажа при виде этих гигантских, ростом со слона, флер-та, так как с погрузкой было покончено.

Чтобы оседлать рогожабу, требовался определенный навык, и земляне стали тренироваться. Роджер, как бывалый охотник, отдавал себе отчет, что солдаты, даже если учесть всю их колоссальную подготовку, были совершенно не приучены к езде на "живом" транспорте в суровых условиях неприветливой планеты, поэтому он поразился, узнав, что Панер намеревался просто закупить этих животных и управляться с ними собственными силами, без местных погонщиков.

Но тут как нельзя вовремя подвернулся некто Д'Лен Па, сделавший компании более удачное предложение, вызвавшись сопровождать землян до самого Войтана. Надо сказать, что в самом Ку'Нкоке рогожаб было не так уж много, и, несмотря на расположение короля, сумма, требовавшаяся для их приобретения, достигала астрономической величины. У путешественников просто не хватило бы денег для закупки всего остального.

Д'Лен Па и его клан напоминали собой какую-то помесь цыган и профессиональных караванщиков - полубродячих погонщиков, владеющих собственным табуном этих самых флер-та. Принц крайне удивился, когда Па пришел к Джулиану со своими предложениями, поскольку до сих пор во всем Ку'Нкоке не нашлось ни одного смельчака, дерзнувшего вообще приблизиться к "ненормальным", всерьез собиравшимся идти на Войтан. Обратив внимание на колоссальные разрушения, оставшиеся в результате недавней боевой операции, а также пообщавшись с местными очевидцами, Д'Лен Па пришел к выводу, что если уж кому штурмовать Войтан, так это компании Браво.

Роджер, правда, догадывался, что у Д'Лен Па были на то и свои причины. Во-первых, наверняка сам король убеждал Д'Лен Па, что путешествие сулит тому несомненную выгоду. Во-вторых, главный погонщик предвкушал получить в награду несколько диковинных заморских вещиц и чему-нибудь поучиться у пришельцев. Ну и, наконец, пенистый потребовал уплатить вперед две трети от общей суммы вознаграждения еще до выхода из Ку'Нкока с обещанием не требовать возврата денег в любом случае, даже если земляне, наткнувшись на кранолту, поймут, что у них нет других шансов, кроме как вернуться обратно или погибнуть.

Несмотря на все это, Д'Лен Па и несговорчивые члены его клана вели себя не как гости, а как полновластные хозяева. Они были прекрасно, по мардуканским меркам, вооружены и связаны круговой порукой. Не было никаких сомнений, что они потащат с собой свои многочисленные семьи, включая женщин и детей. С них, правда, взяли обязательство быть достойной опорой и помощниками землянам и, по крайней мере, дать Панеру гарантию, что он не растеряет половину своих бойцов, едва те обнаружат, что езда на рогожабах чуть-чуть сложнее, чем на аэромобиле.

Улыбнувшись своим мыслям, Роджер огляделся вокруг: компания совершала последние приготовления к старту. Было еще довольно рано - солнце только-только показалось над линией горизонта. Но все понимали, что совсем скоро утренняя свежесть сменится привычной жарой, которая в сочетании с кошмарной влажностью устроит путешественникам очередную бесплатную парилку.

Каждый осматривал свое оружие и личные вещи, стараясь ничего не забыть. Какой-нибудь плохо затянутый ремень рюкзака, натерев на плече мозоль, мог испортить весь день.

Все оружие было отремонтировано, кроме пресловутых плазменных пушек, еще одна из которых вышла из строя. Роджер сказал бы "пару ласковых" разработчикам этого оружия; земляне пробыли на планете от силы несколько недель, а не в меру усложненные пушки ломались одна за другой.

Капитан прохаживался взад-вперед вдоль каравана вьючных тварей, отдавая последние указания. Поскольку рогожаб было очень много и каждая тащила массу жизненно важного груза, Панер придумал одну хитрость: прикрепил к каждому животному по небольшой взрывчатке, предварительно продемонстрировав их действие погонщикам. Если какой-нибудь твари взбредет на ум ускакать, то далеко она не убежит.

Это, правда, была не единственная "предосторожность", предпринятая наученными горьким опытом героями. О'Кейси, к примеру, убедила Панера в том, что Хья Кэну и Д'Нэт Делкре необходимо поведать истинную причину их появления на Мардуке. Капитан, конечно, был не в восторге от этой идеи, но ему пришлось согласиться с разумными доводами Элеоноры, намекавшей, что, во-первых, Народ и Ку'Нкок и так давно уже в курсе их кораблекрушения, а значит, никакого риска тут нет, а во-вторых, туземцы совершенно искренне желали им добра, и проявленный знак доверия только помог бы делу.

- Ваше высочество, - обратился к принцу капитан, осматривая его "клячу". - Будьте поосторожнее, пожалуйста.

Роджер улыбнулся и взял в руки ружье.

- Постараюсь, капитан. Однако путь неблизок.

- Вы правы, ваше высочество, - Панер полез было в нагрудный карман за жвачкой, но передумал. - Предстоит грандиозное путешествие, - вымолвил он и вдруг с удивлением уставился на мешок, лежащий у ног принца. - Неужели?..

- Довольно набитый, не правда ли? - Роджер приподнял рюкзак и повесил его на место. - Не мог же я допустить, чтобы все это нес Мацуга!

- Нет конечно,- ответил Панер, поймав взгляд Косутик, которая помахала ему рукой, сигнализируя, что все в порядке.

- Ну что же, ваше высочество, пора трогаться в путь, - сказал Панер, окидывая последним взглядом вытянувшийся караван, Элеонору, с жаром убеждавшую в чем-то провожавшего ее короля, Корда, отдававшего последние указания специально прибывшей из поселка делегации по вопросам горных выработок, Джулиана, флиртующего с девушкой из первого взвода, Поертену, о чем-то горячо спорившего с местным торговцем. - Да, пора отправляться...

- Согласен, капитан, - ответил принц, поглядев на холмы за рекой. Совсем скоро им придется прокладывать свой путь к окутанному легендами городу сквозь непроходимые дебри джунглей, кишащих страшными и опасными тварями.

- Пора!

Глава 32

Роджер наклонился к большому кипящему котлу и принюхался. - Что там варится, неужели это?..

Команда вела непрерывный изматывающий поединок с природой, пробиваясь сквозь холмы. Если когда-либо и существовали какие-либо тропы, то они давно уже заросли, и приходилось прорубать новые. Движение сквозь труднопроходимый подлесок было для флер-та и так достаточным испытанием, попадавшиеся же на пути омерзительные хищники превращали путешествие в совершеннейший кошмар.

Для начала одна из таких тварей, которых Корд называл атул, напала на сержанта Коберду, и отряд лишился еще одного бойца. После этого происшествия бойцы нарекли гадину "чертовой тварью". Тварь оказалась невысокой, весившей около двух килограммов, довольно шустрой и, как выяснилось, очень голодной. Голова у нее была странной треугольной формы, а пасть усеяна острейшими, как у акулы, зубами.

Первым же выстрелом чертову тварь разорвало на куски. Но, к сожалению, было поздно - гадина уже успела наброситься на сержанта. Парень целый день гонялся за дичью, а теперь вот сам оказался невольной жертвой. Помочь командиру отделения, любимцу экипажа, было уже невозможно: рваные раны оказались слишком глубокими. Его тело упаковали в мешок и сожгли. Капитан Панер произнес скорбную речь, и все двинулись дальше, навстречу неизвестному...

Мало-помалу люди начинали привыкать к постоянной опасности, научившись по неуловимым признакам чувствовать угрозу, таящуюся повсюду. Главным занятием солдат помимо караванных хлопот была охота, и добытые трофеи никогда не были лишними. Между делом выяснилось, что яд мерзких древесных червей, получивших столь печальную известность в начале похода, оказывается, бывает двух видов и очень ценится мардуканцами как лечебное средство.

Многие земляне очень изменились. Несколько одичав, люди одновременно сделались более предусмотрительными и изворотливыми. Каждый, по крайней мере, четко усвоил одно правило: "если какая-нибудь тварь на тебя нападает, то наверняка и сама съедобна".

Размышляя, принц снова заглянул в котелок.

Мацуга улыбнулся, помешал варево и пожал плечами.

- Да, ваше высочество. Это та самая чертова тварь, которую вы подстрелили. Замечательный выстрел. Правда, пока нашел ее тушу, из нее столько крови вытекло.

- Даже не верится, что у нас на ужин будет эта гадина, - сказал Роджер, смахивая с глаз непокорную прядь волос.

- Между прочим, вы не один такой, - опять ухмыльнулся Мацуга. - Хотите полюбопытствовать, что едят офицеры?

- Все равно не верится, что буду есть эту тварь, - повторил Роджер, устраиваясь поудобнее и доставая вилку. ;

Расторопному Мацуге не только удалось припрятать большое количество весьма неплохого вина, но и массу мардуканских пряностей. Бойцы часто видели, как он болтал с владельцами Ку'Нкокских ресторанов и забегаловок, знакомясь с местной кулинарией. Поэтому он сразу заделался признанным шеф-поваром, одновременно справляясь с функциями караванщика.

У погонщиков Д'Лен Па был солидный опыт бывалых кочевников, и Мацуга довольно быстро его усвоил. Он видел, как время от времени погонщики, давая возможность отдохнуть одной из флер-та, перегоняли животное в хвост процессии, временно перекладывая поклажу на плечи пехотинцев. Кочевники также не раз намекали, что глупо не пользоваться "бесплатно бегающим белком", как они называли пригодных в пищу лесных животных, и не охотиться.

Заметив, что почти все увлеклись охотой, Панер, если можно так выразиться, решил призвать охотников к порядку. Современные наземные методы ведения войны, естественно, требовали, чтобы солдаты умели воевать в различных условиях, поэтому охота, тем более в джунглях, являлась замечательной тренировкой, развивающей выносливость, реакцию, умение бить без промаха и многие другие навыки. Кроме того, запасы продовольствия истощались, и охотники, по сути, оказывались единственными кормильцами. Но чтобы не пустить повальное увлечение на самотек и не стрелять подряд во все, что летает, или ползает, или просто кажется опасным, Панер, с присущей ему дотошностью, и здесь установил своеобразный порядок: право охотиться получал лишь тот, кто зарекомендовал себя самым метким стрелком, - его и отправляли вперед за трофеями.

Однако, как это ни смешно, именно таким снайпером чаще всего оказывался принц, и, несмотря на раздраженные протесты Панера, именно Роджер чаще других гнался за очередной добычей. Со стороны было довольно забавно наблюдать, как принц, подобно новоиспеченному радже, сидящему на огромном слоне, преследовал свою жертву. Но лучший обзор сверху и то обстоятельство, что со стороны флер-та хищник не чувствовал для себя никакой опасности, приводили к тому, что принц попадал в цель раньше "официального" охотника. А промахивался Роджер редко.

В этот день единственный хищник, который попался принцу в поле зрения, на солидный трофей явно не тянул. Крадущуюся, прижимающуюся к земле чертову тварь было совершенно не видно до тех пор, пока принц чуть ли не наткнулся на нее. Может быть, гадине и удалось бы ускользнуть... Однако Роджер не промазал.

Подхватив на вилку кусочек слегка приправленного специями мяса, принц покачал головой.

- Превосходно! Последний раз, когда вы попытались из нее что-то приготовить, напоминал... нечто вроде...

- Резины,-- засмеялся Мацуга. - Правильно?

- Да, - согласилась подошедшая О'Кейси. Элеонора по-прежнему страдала от невыносимой жары, от влажности и надоедливых насекомых, но, по крайней мере, теперь ей не нужно было идти пешком, по уши увязая в грязи. Теперь она восседала на гигантской слоноподобной рогожабе и чувствовала, что так жить еще можно. Вначале она немного расстраивалась при мысли, что ей специально создали тепличные условия, что ее балуют. Но ведь никто из экипажа не намекал, будто она на это напросилась. В конце концов она решила больше не беспокоиться на эту тему.

Вытерев влажные от пота брови, Элеонора глубоко вздохнула. В закрытой палатке было душно, но, по крайней мере, она защищала от насекомых и от ядэнов. Эти жуткие черви никогда не нападали на двигающихся людей. Ночью же каждый забирался в свою одноместную палатку, наглухо закрывая ее на молнию. Неукоснительно следуя такому правилу, отряд больше не потерял ни одного бойца. Каждый, помня о печальном опыте, резонно считал, что лучше уж перетерпеть духоту и смрад, чем погибнуть.

- Однако действительно очень вкусно, - продолжала Элеонора, потянувшись еще за одним куском. - Даже чем-то напоминает говядину. - Дичь и в самом деле смахивала по вкусу на обычное мясо, только очень постное. Жирная пища на такой жаре сильно истощала бы силы.

- Эму, - сказал лейтенант Яско, потянувшись за добавкой. - По вкусу - как эму.

- Эму? - удивился Корд. - Никогда не слышал. - Шаман скатал себе из риса комочек и засунул в рот. Рис он взял из общей лохани, следуя традициям своего Народа. Не по душе ему были эти странные вилки и тому подобное...

- Птица, не умеющая летать, - небрежно заметил Роджер. Он отломил кусочек от порции чертовой твари, лежащей на тарелке, и стал кормить им свою ящеропсину, терпеливо сидевшую возле его ног. - Родом из Южной Америки, из пампасов. Сейчас распространена повсеместно. Размножается очень быстро.

- Мы разводили их в Ларсене, - с ностальгией в голосе заметил Яско. - Словно дома побывал. Если позволите мне доесть остатки в котле, я вас непременно женю, - улыбнулся он Мацуге, и лакей засмеялся вместе с остальными.

- К сожалению, лейтенант, у меня уже есть супруга. Одной мне вполне достаточно.

- И как же вы сделали ей предложение? - поинтересовалась Косутик. Она сделала глоток вина и положила себе порцию какого-то поджаренного овоща. Овощ окрестили джуккини, потому что в сыром виде, в отличие от цуккини, он имел горьковатый вкус. Однако в сочетании с мацуговским маринадом, приготовленным на медленном огне, кушанье оказалось превосходным. Кусочки овоща покрылись аппетитной сахарной корочкой и напоминали медовую глазурь.

- Ээ... - опять улыбнулся Мацуга. - Секрет шеф-повара. - Он приложил палец к своему носу и снова улыбнулся, затем под взрыв аплодисментов чинно поклонился и выкатился из палатки.

- Все отлично, - сказал Панер. - Я хочу убедиться, что всем все ясно в отношении завтрашнего похода. Гиляс, по-моему, вы что-то хотели сказать.

- Я разговаривал с Кордом и его племянниками, - начал лейтенант, положив в рот ложку риса и запив его глотком вина, чем-то напоминавшего херес. - Как всем известно, - продолжал он, - мы уже на территории кранолты.

- Да, - кивнул Яско. - Очень вероятно, что мы пройдем вблизи отряда, который собирался напасть на Ку'Нкок.

- Это еще не факт, - вмешался Корд. - Они вовсе не обязаны торчать так долго в одном месте. Полоса ровной земли вдоль реки слишком узка для хорошей охоты.

Поэтому, кстати, Народ никогда на эту землю и не претендовал.

- Но ведь очевидно, - кивнул Гиляс шаману, - что их охотники в поисках дичи могут переходить и на другую сторону реки. И так как основная часть войск кранолты дислоцируется в определенном месте, то получается, что отряды племени могут быть временно разделены.

- Очень похоже на правду, - поддакнула Косутик.

- Значит, не исключена возможность, что они нас уже заметили, - предположил Гиляс. - А в этом случае они нас легко выследят и быстро догонят.

- Вы серьезно допускаете, что это возможно? - спросил Панер. Командир уже беседовал с Гилясом на эту тему, но хотел вовлечь в разговор остальных.

- Нет, сэр, - ответил лейтенант. - По крайней мере, вряд ли это произойдет скоро. Они ведь все еще ожидают сигнала от заговорщиков из города. Даже если гонец уже оповестил их, все равно им потребуется какое-то время, чтобы собраться и все обсудить, прежде чем что-то предпринимать. К тому же даже кранолта наверняка уже в курсе, что мы представляем для них серьезную военную угрозу.

- Кроме того, - заметил Корд, почесываясь коленом о пол палатки, - эта банда находится сейчас за пределами их основной территории, и потому они не рискнут напасть на нас малыми силами. Вот когда мы вступим на их кровные земли, тогда драки не миновать. Ведь чем глубже мы будем забираться к ним в тыл, тем многочисленнее и смелее они будут становиться.

- Так или иначе, - сказал Панер, - нужно повысить бдительность. Племена не охотятся в районе холмов, которые мы только что миновали, но зато охотятся в долинах. Движутся уже враги по нашему следу или нет, в любом случае мы находимся в потенциальной опасности.

- Это будет непросто, - призналась Косутик. - В последнее время люди слишком разболтались. В течение двух недель мы неоднократно предупреждали всех, что вражеские происки вполне возможны, однако воины кранолты так и не объявились; кроме мерзких лесных тварей - никого... В общем, с людьми нужно серьезно поговорить.

Панер кивнул.

- Передайте по цепочке командирам всех подразделений, - обратился он к лейтенантам. - Убедитесь хотя бы в том, что они осознают угрозу. Нам необходимо, чтобы бойцы были в повышенной боевой готовности. У нас не сборище новобранцев. Напомните об этом всем.

Джулиан, облокотившись на рюкзак, прислушивался к тишине спящего лагеря. Облака рассеялись почти сразу же после захода солнца. Появившаяся над вершинами деревьев небольшая луна Шарма отбрасывала на округу тусклый красноватый свет. Казалось, что лес тоже уснул. Мертвая тишина лишь изредка нарушалась шорохом какого-нибудь животного.

Все было как обычно. Два часа еще предстояло ему пробыть начальником караульной смены, и затем он мог преспокойно идти спать. А завтра - еще один долгий переход через джунгли. Было довольно прохладно. Постовых он расставил по своим местам и не далее как полчаса назад совершил последний обход, убедившись, что никто из них не спит.

Устроившись поудобнее, Джулиан принюхался. Запах от костасовского жаркого еще не успел выветриться, и сержант покачал головой. Кто бы мог подумать, что этот нелепый лакей окажется таким выносливым? Или что станет таким замечательным поваром? Готовили стряпню, собственно, пенистые погонщики, но ведь именно Мацуга неусыпно отслеживал, чтобы все шло как надо. И, кажется, недовольных не было. Слава богу, что пока никто не голодал, хотя, черт его знает, что бы вышло, если бы закончился ячменный рис или сушеные овощи с фруктами. Но есть надежда, что и до следующего города запасов хватит.

Неожиданно Джулиан замер, уловив где-то впереди еле заметный шорох. Звук был такой тихий, что другой на его месте, может, ничего бы и не услышал, но сержант славился обостренным восприятием. Он решил включить шлемофонную подсветку, и тут снова раздался какой-то скрип - похоже, прямо перед ним.

Неяркий красноватый луч мгновенно высветил... пять каких-то медленно подползавших к нему фигур. Своей формой существа напоминали ночных бабочек - черные с отдельными пятнистыми вкраплениями, они выглядели бледно-розовыми при красном освещении. Несколько горящих красных глаз неотрывно смотрели на него, а ядовитые клыки поблескивали...

Принц встал, вылез из палатки и, сделав несколько шагов, только тогда смутно сообразил, что вроде проснулся. Оглядев себя, он обнаружил, что в одной руке у него ружье, в другой - пистолет и что сам он стоит в одной фуфайке. Медленно приходя в себя, принц почувствовал, как кто-то догнал его и хлопнул по плечу. Это оказался сержант Энджил - со сна принц чуть не налетел на их караульную палатку.

- Позвольте пройти, сэр, - засмеялся сержант и протянул принцу его доспехи. - Старайтесь не забывать сразу их надевать. И нам будет спокойнее.

Роджер уже почти пришел в себя и заметил, что вокруг него толпятся телохранители из третьего взвода. В центре небольшой группы, прямо на земле, сидел Джулиан, держа кувшин с вином и качая головой.

- ...Медленно подползали ко мне, - рассказывал сержант. Обычно уравновешенный, он явно находился в шоке. - Ничего удивительного, что мы потеряли Вилбера.

Завязывая волосы в пучок, Роджер посмотрел вниз. Лежащая на земле тварь напоминала гигантскую шестикрылую бабочку, пригвожденную к земле длинным солдатским ножом.

Уорент Добреску направил на животное какой-то датчик и дотронулся до рукоятки ножа. Тварь пару раз конвульсивно хлопнула крыльями, ее зубы слегка задрожали, и она снова затихла. Врач вытащил нож и осторожно перевернул им животное на бок.

- Хм, - пробурчал он, приподняв бровь. - Потрясающе.

- Что случилось, Джулиан? - спросил неожиданно появившийся Панер. Джулиан в ответ лишь покачал головой и заткнул пробкой глиняный кувшин с вином.

- Я нес вахту, сэр. За полчаса до этого обошел всех своих постовых. А потом просто... сидел и прислушивался. Неожиданно донесся звук, словно кто-то скребся. Я направил туда свой фонарик и... - Он сглотнул и показал на "бабочку", распростершуюся на земле. - Пять таких тварей медленно подползали ко мне. Как вооруженный отряд.

- Из той же породы, что прикончила Вилбера в первую ночь, - заметил Добреску, продолжая разглядывать клыки все еще дергавшейся гадины.

- Ладно, - решительно вымолвил Панер. - Теперь мы знаем врага в лицо. Оставьте ее здесь и идите спать. Завтра у нас длинный и трудный день.

Проследив, чтобы бойцы надежно укрылись в своих палатках, Панер повернулся к Джулиану.

- Ну, как вы?

- Все в порядке, капитан, я в норме. Шок был, конечно, приличный. Они так...

- Ужасны, - подсказал Добреску, взглянув на Панера. - Ну и что мне делать с этой прелестью?

- Перенесите ее к центру лагеря. Сожжем ее утром вместе с мусором.

Рогожаба остановилась, и принца слегка качнуло. Глаза Роджера невольно закрывались, и он щурился от предрассветного тумана.

Один из впереди идущих бойцов резким взмахом разрубил преградившую путь длинную лиану. Острейшее, острее чем бритва, мономолекулярное лезвие из мульти-инструментального набора способно было мгновенно перерубать даже очень густой кустарник, но пехотинцы старались пользоваться им как можно реже. Слоноподобные рогожабы, идущие следом, сами, в силу своей массивности, преодолевали большинство препятствий, а дополнительная расчистка требовала лишних затрат энергии. Бойцы старались разрубать лишь самые толстые ветви.

В передовой группе, как успел разглядеть принц, на сей раз оказалась девушка. В этот момент она как раз приподнимала верхнюю плеть лианы, чтобы помочь напарнику справиться с нижними ветвями. Всегда, когда происходила вынужденная остановка, Роджер нервничал, беспокоясь за работавших впереди людей, так как из-за густых зарослей их зачастую было не разглядеть, а значит, трудно прийти на помощь, если что-то случится.

Ящеропсина, доселе безмятежно спавшая у Роджера на спине, проснулась, вытянула головку и принюхалась. Но, не почуяв ничего подозрительного, улеглась обратно. Все спокойно, опасности нет, можно спать дальше.

Патриция Маккой швырнула ружье на землю и стала пробираться сквозь ветвистые корни. С одним мачете в руке она всегда чувствовала себя неуверенно. Но ведь сразу за ней стоял Поум, да и принц служил замечательным прикрытием.

Перешагнув небольшую петлеобразную лозу, Патриция огляделась. Почва в этом месте выглядела несколько более влажной, да и растительность казалась сочнее. Создавалось ощущение, что скоро начнется болото, хотя пока был виден лишь кустарник. Рогожабы вполне могли пройти здесь и без ее помощи.

Она сделала очередной шаг и... упала, захлебнувшись кровью. Копье вонзилось ей прямо в шею.

При виде вылетавших из джунглей копий глаза Роджера округлились, но он среагировал мгновенно. Резко перекинув вторую ногу через спину рогожабы, принц быстро перекатился немного вбок, чтобы уйти в сторону от града смертельно опасных стрел, оттолкнулся, ловко, как кошка, прогнулся в воздухе и приземлился на обе ноги. Однако тут же ему пришлось опять швырнуть свое тело на землю, животом вниз, чтобы успеть уклониться от двухтонного хвоста флер-та, просвистевшего у него над головой.

Кучер рогожабы, насквозь пробитый копьем, был уже мертв; из тела флер-та также торчало несколько дротиков. Доселе кроткое животное буквально преобразилось: разъяренная, рогожаба вращалась во все стороны, пытаясь отбиться от жалящих игл. Но удары хвоста не достигали цели, и она ревела в бессильной ярости.

Заметив тучу взвившихся дротиков, Панер скомандовал:

- Засада. Близкая.

На лексиконе морских пехотинцев засада могла быть двух видов: близкая и дальняя - и определять, какой тип подразумевался в каждом конкретном случае, входило в обязанность командира части.

Два типа засад существенно разнились, поскольку диаметрально противоположными оказывались и защитные действия. В случае дальней засады отряд сразу же должен был укрыться, занять оборону и отстреливаться, периодически переходя в контратаки. Разумеется, здесь существовали свои нюансы, но общая стратегия была именно такой.

Близкая засада вообще не оставляла времени для размышлений, поскольку вынуждала немедленно вступить в бой. В этом случае совершенно бессмысленными оказывались любые имевшиеся в распоряжении мины и ловушки.

Косутик добежала уже до злополучного куста и понеслась дальше, в сторону врага. Ружье она перевела в автоматический режим и стреляла от бедра, регулярными очередями, уничтожая все, что попадалось у нее на пути, - как говорится, "расчищая дорогу". Но врага видно не было, а шлемофонными датчиками фиксировались лишь эфемерные предметы. Массированный огонь по скоплению врага - вот наилучший вариант в создавшейся ситуации, но пока сверхскоростные пули крошили лишь стволы деревьев и лианы, разбрызгивая во все стороны древесный сок и листья, смешанные с комьями грязи.

Прорвавшись через низкорослый кустарник, она вдруг заметила пенистого, в ярости метнувшего дротик. Одной очереди оказалось достаточно, чтобы разметать его останки по траве. Косутик обернулась вокруг оси, напряженно вглядываясь в окрестности. Пока никого видно не было, но это ничего не значило. Она знала, что сейчас оказалась впереди всего отряда. Когда она оглядывалась назад, на экране загорались голубые "дружественные" иконки, поворачивалась опять вперед - та же история. Ясно было только одно: враги где-то рядом и вот-вот появятся. Единственный вопрос, стучавший в висках: бежать вперед или ждать подкрепления?

В нерешительности Косутик пару секунд помедлила, затем бросилась на землю, так как слева от нее раздался выстрел из плазменной пушки. Кто-то из стрелявших явно не заметил ее.

Насина Боем выругалась про себя, едва до нее дошло, что она чуть не прихлопнула старшего сержанта. Боем даже подумала, что позже Косутик наверняка скажет ей "пару ласковых", но сейчас не было времени переживать по этому поводу.

Насина перевела огонь немного в сторону, и ее лицо просветлело, когда она наконец увидела, как кувыркающиеся в пламени туземцы падают штабелями, подрезаемые шквальным огнем Косутик.

По изменившемуся тону звука Насина почувствовала, что заряд плазменной пушки почти истощился; вытащив использованную обойму, она вставила новую.

К слову сказать, в свете имперских технологий устройство пушки выглядело относительно простым. Ее патронник был наполнен литиево-дейтериидными шариками, а аккумулятор питал лазерные компрессоры, инициируя реакцию синтеза, приводящую оружие в действие. Частый же выход пушки из строя объяснялся двумя факторами: либо отдел по контролю качества относился к делу недобросовестно, либо условия стрельбы не соответствовали штатным.

В данном случае было и то и другое. Шарик, попадавший в камеру сгорания, был уже частично "испачкан" углеродом. Уровень смешивания был невысоким и составлял от силы одну десятую процента от массы материала, но результаты получались катастрофические.

При излучении заряда углерод вел себя непредсказуемо, нарушая реакцию синтеза "микровспышками". Эти вспышки, в свою очередь, приводили к превышению расчетных параметров магнитного поля. Но даже это еще можно было бы пережить. Система изначально задумывалась как самовосстанавливающаяся, предназначенная специально для того, чтобы предотвращать неконтролируемые выделения, как в данном случае.

Но, к несчастью, свою лепту вносил еще отвратительный мардуканский климат. Резкие перепады температуры, сильная влажность нарушали надежность конденсатора, и он мог сдетонировать в самый неподходящий момент.

Что и произошло: раздался оглушительный взрыв, и отряд потерял еще одного бойца.

Грохот битвы не умолкал, пугая животных. Участившиеся взрывы усугубляли ситуацию, усиливая панику рогожаб. Дротиковый кошмар не прекращался.

Панер пытался вызвать подкрепление, чтобы заткнуть неожиданную брешь, образовавшуюся в секторе первого взвода. Разрыв возник из-за того, что отделение второго взвода, прикрывавшее штаб, ушло слишком далеко вперед, преследуя копьеметателей. Шлемофонный экран капитана был буквально испещрен непрерывно загоравшимися и гаснувшими иконками и изображениями, но колоссальный опыт Панера по их раскодированию приводил к тому, что он разбирался в ситуации уже на чисто подсознательном уровне.

Внезапно загоревшаяся одиночная золотая иконка сообщила капитану больше, чем сотня слов.

- Роджер! Ваше высочество! Скорей в укрытие, черт возьми! Вы не обязаны возглавлять наступление этих кретинов!

Из гранатомета, оставшегося от убитого гренадера, Роджеру стрелять еще не приходилось, но, используя возможности шлемофонной системы, разобраться было проще простого. Перезарядив гранатомет, принц перекинул перевязь бойца через плечо. "Восседая на флер-та, его королевское высочество снова возглавляет караван! - повторял про себя принц, словно в угаре. - Однако неплохо бы посоветоваться с Панером".

В коммутаторе, как всегда, что-то щелкало, трещало, и было практически невозможно выделить полезную информацию. С другой стороны, судя по изображениям шлемофонного экрана, принц по-прежнему находился позади основной массы мардуканцев, однако впереди всех остальных. Он задумался об этом на пару секунд, затем улыбнулся, посмотрел вниз и покачал головой: его любимая ящеропсина неслась за ним со всех ног.

"Я сумасшедший? Или просто идиот?"

Косутик вытащила нож из головы пенистого и огляделась. Она далеко забралась в кустарник, а "наступающие кретины" увязли в середине болота. Не важно, сколько раз их предупреждали; совершенно не имеет значения, сколько раз они это отрабатывали, но почему-то всегда что-то мешало довести все до конца. Вот и сейчас... Недобитые пенистые и пехотинцы перемешались до такой степени, что стрелять стало немыслимо, - с равной вероятностью убьешь либо своего, либо врага.

Панер резко нагнулся - просвистевший над его головой дротик вонзился в рядом стоявшего бойца. В ответ капитан выстрелил в копьеметателя одиночной пулей. Прицеливание происходило почти автоматически, следовало лишь следить за перемещающимся крестиком шлемофонного экрана.

Низкорослый кустарник ограничивал видимость, но, где хватало глаз, Панер видел солдат, сцепившихся в рукопашном бою с гигантами-мардуканцами.

- Немедленно выходите из болота! - проорал он в микрофон и помчался вперед - как раз в тот момент, когда от взрывов гранат деревья вокруг него стали падать как карточные домики.

Роджер смеялся как дитя. Он наконец выяснил, как прицеливаться, и стал метать гранаты во всех направлениях - лишь бы подальше от голубых иконок. Поскольку гранаты при взрыве выбрасывали летящую с высокой скоростью шрапнель, она, в отличие от дротиков и копий, не могла пробить хамелеоновские защитные костюмы пехотинцев, поэтому чисто теоретически враг должен был понести несравнимо больший урон. Но только теоретически.

Джулиан довольно быстро почувствовал, что бороться с взбешенным четвероруким громилой, размерами и мощью напоминавшим раненого гризли, - гиблое дело. Сжав Джулиана мощной медвежьей хваткой, мардуканец уже занес над ним нож и медленно, но неотвратимо пытался всадить его в шею сержанта.

Рядом что-то рвануло, и сцепившихся в смертельной схватке взрывной волной со всего размаха шмякнуло о ствол рядом стоящего дерева. Хамелеоновский костюм Джулиана, среагировав на удар, мгновенно затвердел и вздулся в точке удара, так что его обладатель отделался легким испугом.

Туземец оказался менее удачлив. Осколками от гранаты ему снесло голову и плечо.

Джулиан с трудом поднялся, опираясь на левую руку, и огляделся в поисках своего оружия. Откопав его в конечном итоге из-под груды осколков, он еще раз осмотрелся, соображая, куда же его занесло.

По всей площади болота происходило примерно то же самое. Кто-то, вероятно, с упоением обстреливал видимое пространство из гранатомета, усеивая площадь трупами пенистых.

Заметив Джулиана, Панер направился к нему.

- Сержант, соберите свое отделение и немедленно покиньте этот участок. Затем сместитесь еще метров на двадцать вперед и организуйте периметр. - Двинувшись было дальше, капитан заметил, что Джулиан стоит на месте, и остановился. - Сержант?

Джулиан покачал головой и перевел дух.

- Так точно, сэр. Будет исполнено.

Панер кивнул и побрел по полю боя, приводя в чувство попадавшихся на пути бойцов и вызывая в случае надобности врача. Травмы и увечья возникали в основном в результате схваток с мардуканцами, а не от взрывов гранат, которыми какой-то маньяк буквально усеял болото. Но кем бы ни оказался этот придурок, шею он ему намылит, уж это точно.

Дойдя до границы поля сражения, Панер увидел быстро шагавшего к нему принца. Свисавший с его плеча гранатомет раскачивался при ходьбе, словно туша громадной дичи, подстреленной на охоте.

- Ну как? - сияя, поинтересовался принц.

Косутик выбралась из куста и огляделась. По-видимому, ее стрельба была напрасной, так как за болотом пенистыми и не пахло - ни живыми, ни мертвыми.

Подойдя к Панеру, она уже открыла было рот, чтобы что-то сказать, но вдруг обратила внимание, что капитан как бы малость не в себе: лицо его сделалось жестким и словно окаменело, глаза гневно горели. Косутик приходилось видеть капитана обеспокоенным, даже рассерженным, но взбешенным, причем до такой степени, - никогда.

- Что случилось? - спросила она.

Этот выскочка, этот невозможный, невыносимый, маленький сопляк... именно он и стрелял из гранатомета! - яростно выкрикнул Панер.

- Однако... - сказала Косутик. - Однако... И кто же он в итоге - идиот или гений?

- Идиот, - ответил Панер, уже немного успокоившись. - По количеству раненых мы в этот раз побили рекорд. Мардуканцы уже готовы были ретироваться - или, по крайней мере, больше не высовываться. В любом случае обычный прицельный огонь решил бы все дело. А в итоге мы имеем покалеченные руки и ноги, сломанные ребра, ну и шрапнельные раны, естественно.

- И что теперь? - спросила Косутик. У нее было свое собственное мнение относительно действий Роджера. Кроме того, она не сомневалась, что рано или поздно капитан смягчится.

- Пристраивайтесь в хвост, - отрубил капитан. - Нужно вернуться немного назад, найти сухую почву и разбить лагерь. Пошлите несколько групп, чтобы отыскали разбежавшихся флер-та. Лагерь окопать и укрепить. Скорее всего, мы наткнулись на ту самую банду кранолты, что собиралась штурмовать Ку'Нкок. Запомните, что расслабляться рано. Мы все еще находимся в лесу.

- Поняла вас, - согласилась Косутик, окидывая взором окружавшую растительность, размолоченную взрывами и усеянную телами туземцев.

Глава 33

Корд разглядывал лезвие при свете костра. Это был трофейный двуручный трехметровый мардуканский меч. Землянин рядом с таким мечом выглядел довольно уморительно. Серебристые рисунки и искусная гравировка отсвечивали в мерцающих бликах костра.

- Потрясающая вещица,-прошептал шаман.-В Войтане отливали, без сомнения.

Большинство рисунков было покрыто налетом ржавчины, которую чья-то рука весьма грубо и неумело пыталась соскрести, испортив при этом, естественно, сами рисунки.

- Чертовы кранолта, - заметил Корд.

- Да, но вещица явно не для нас, - сказал лейтенант Яско, покачав головой. Его поврежденная в локте, забинтованная рука висела на перевязи. К счастью, быстро заживлявшие активаторы уже выполняли свою незримую работу, и через день-два бинт наверняка можно будет снять.

Другим тоже досталось.

Из темноты вынырнул Панер. Подойдя к костру, он воткнул в землю не то небольшой меч, не то длинный нож и кивнул лейтенанту.

- Безусловно, - согласился он. - Но в бою он был бы незаменим. Между прочим, у большинства нападавших были такие же мечи. - Он помолчал, с любопытством поглядев на Корда. - Некоторые, кстати, еще что-то несли. Какие-то рога, похожие на...

Шаман утвердительно похлопал своими верхними руками и поморщился.

- Кранолта коллекционируют рога своих жертв как сувениры. Предпочитают рога самых отважных воителей, а из остальных делают музыкальные инструменты, - добавил он, покрутив в руках нож. - Неплохая работа, однако это всего лишь кинжал.

- Ну, для вас, мардуканцев, конечно, - заметил Панер, присаживаясь у костра. - Для нас же это небольшой меч. В сочетании со щитом и дротиком получится уже кое-что.

- Вы собираетесь использовать "римскую модель"? - поинтересовался Яско. Решение использовать местные виды оружия обсуждалось уже давно. Сражение на болоте они выиграли, но количество боеприпасов для плазменных ружей уменьшилось на десять процентов. Если дело так пойдет и дальше, то скоро придется стрелять вхолостую, и то, что случилось с капралом Боем, покажется цветочками. Следовало начинать тренировки немедленно, но до сих пор мардуканское оружие, имевшееся в их распоряжении, можно было пересчитать по пальцам: на Ку'Нкокских базарах размеры, пригодные для землян, почти совершенно отсутствовали.

Яско выступил с предложением использовать так называемую "шотландскую модель", с длинным мечом и небольшим щитом. Он справедливо считал, что более длинный меч окажется эффективнее в битве с высокорослым противником. Естественно, схватка с владельцем меча, принесенного Кордом, была заранее обречена на провал.

- Я думаю, что "римскую модель" легче изучить, - вставил Гиляс, только что подошедший к костру. Прихлопнув усевшееся на шею насекомое, он покачал головой.

Земляне понесли серьезные потери, особенно это касалось первого и второго взводов. Хотя большинство погибло от дротиков и мечей, очень многие получили незначительные увечья в результате устроенной Роджером пальбы. Тут мнения разделились. Уцелевшие хвалили принца, поскольку его вмешательство спасло им жизнь, покалеченные же, естественно, возмущались. Среди колеблющихся оказался лишь Джулиан, который спасся, уже будучи покалеченным. Он сказал, что отложит свое окончательно мнение по этому вопросу до момента, когда заживут его ребра.

- Слава богу, мы выдержали это испытание, - со стоическим самообладанием произнес Панер. Сражение изрядно измотало бойцов, отряд потерял лейтенанта Савато, одного сержанта взвода и двух командиров отделений. Однако это не означало, что миссия провалена. Или что ее завершение стало невозможным. - В дальнейшем надо действовать хитрее и умнее. Будем посылать вперед каравана отделение, разбитое на три части, по типу трезубца. В этом случае мы избежим любой засады.

Этот план не годится, сэр, - возразил Яско, указывая на свою перевязь. - Во-первых, он не сработает в случае дальней засады. А кроме того, отправляя вперед целое отделение, мы, по сути, жертвуем всей группой, а не одним солдатом.

Капитан сердито покачал головой.

- Вы забываете, что мардуканцы, по крайней мере те, с которыми мы до сих пор имели дело, способны эффективно нападать лишь в том случае, если противник находится в непосредственной близости от них, - все, естественно, может измениться, но туземцы с ружьями пока еще не попадались. Так вот, пока мы прикрываем фланги, кранолте не удастся пробиться к основной группе - дротики просто не долетят. Поэтому я настаиваю на своем плане.

- Да, и убрать с глаз долой эти чертовы плазменные ружья, - выпалил Гиляс и поморщился. Смерть Боем послужила наглядным уроком, и почти все пушкари уже успели разрядить свое оружие, чтобы не испытывать судьбу. Никто не жаждал стать очередной жертвой.

- Согласен, - отрезал Яско. - К чертовой бабушке их!

Из-за неполадок с этими пушками он уже потерял командира группы и добрую половину отделения. Злосчастные ружья послужили причиной гибели Коберды и большинства людей из отделений команды Альфа, поэтому сержант Лэй оказалась вынуждена объединить то, что осталось от второго и третьего отделений, и главным в переформированной группе назначить командира третьего отделения.

- Точно, - согласно кивнул Панер. - Если у вас только одна проблема, то часто она бывает неразрешима, а если у вас несколько проблем, то бывает, как верно заметил король Ку'Нкока, что они как-то решают одна другую, Мы уже потеряли достаточно бойцов из-за этих чертовых пушек, и я считаю, что пора переходить на что-то другое. В скором времени нам придется ограничить себя также в количестве гранатометов.

- Да, как только наши бронекостюмы полностью развалятся, - откликнулся Яско.

- И поэтому тоже, - подтвердил капитан с мрачной улыбкой.

Роджер знал, что ката не получится до тех пор, пока он совершенно не успокоится. Но все попытки вернуть себе душевное равновесие оставались тщетными. Однако самолюбие заставляло его не прекращать попыток, и он, чтобы преодолеть свое разочарование, гнев и страх, до изнеможения крутился в темноте позади своей палатки - подальше от любопытных глаз.

Потери, которые понесла его команда, потрясли принца. До этого он как-то всерьез не задумывался, что смерть вполне реальна и может скосить столько людей. Чисто абстрактно он, конечно, допускал такую возможность, но только абстрактно, не эмоционально, сердце его при этом оставалось холодным. Вооруженные по последнему слову военной имперской техники солдаты, естественно, обязаны были справиться с врагом, не имевшим ничего, кроме копий, мечей и самых примитивных огнестрельных ружей.

Но последние события показали, что противник вовсе не стремится погибать. Кроме того, выяснилось, что крайне необходимо засечь и убить врага раньше, чем ему удастся подобраться достаточно близко, поскольку в этом случае преимущество в дальности и мощности стрельбы сведется к нулю. Получилось, что датчики автоматического обнаружения неприятеля не оправдали ожиданий.

Хотя теоретически предполагалось, что эти индикаторы должны обнаруживать достаточно широкий спектр возможных источников сигнала, на деле получалось, что встроенные программы сильно завязаны на фиксировании инфракрасного излучения и эманации, исходящих от различных источников питания.

Понятно, что от мардуканцев никаких подобных эманации не исходило, поэтому датчики и отбрасывали львиную долю сигналов, считая их химерами. Иногда в самом разгаре битвы на шлемофонном щитке неприятель вообще не помечался никаким значком, что, естественно, сбивало солдат, которых специально натаскивали ориентироваться в этой информации, потому что считалось, что шлемофонные сенсоры - самое последнее достижение эволюции. Роджер разобрался с проблемой по-своему: он напрочь игнорировал шлемофонные значки, полагаясь лишь на голографический прицел своего ружья, и затем просто стрелял в скопление врагов, почему-то совершенно убежденный в том, что своих там быть не должно. Естественно, взрывом от гранаты накрывалась немаленькая площадь, что создавало проблемы, но все же...

Держа в руке тяжеленный меч, Роджер стоял одной ногой на мяче и пытался повернуться, но в попытках сохранить равновесие взмахивал руками, словно травмированная бабочка. Да, плохо дело. В сражении принц слегка повредил спину, поэтому некоторые движения причиняли боль. Но он не отчаивался. Пусть Панер думает что угодно, но его действия в ходе недавнего побоища диктовались отнюдь не страхом, не глупостью и не самоуверенной беззаботностью.

Жалко только, что никто этого не знает, кроме разве его любимицы ящеропсины...

Неожиданно раздавшийся вблизи звонкий голос заставил Роджера замереть, и он грациозно обернулся. Скрыв лицо за свою обычную маску невозмутимости и надменности, принц плавно воткнул меч в землю рядом с ногой. От его позы так и веяло высокомерием, и он знал это, но не изменил положение. Пусть идут к черту все, кому это не по нраву.

- В чем дело? - спросил он Диспреукс. Он не слышал, как девушка подошла, и с изумлением глядел на нее. На принце были лишь шорты. От жары и затраченной энергии с Роджера пот лил буквально градом. Большая луна Ханиш пробилась сквозь облака. От бликов костра и лунного света пятнышки пота на груди принца переливались подобно патине на бронзовой статуе. Пожирая глазами волнующий облик принца, Нимашет ощутила, как горячее пламя словно обожгло нижнюю часть ее живота, но не подала виду.

- Я лишь пришла поблагодарить вас, ваше высочество. Возможно, мы и так прорвались бы через засаду - неизвестно, - но нас зажали в очень тесное кольцо. И хотя некоторые до сих пор считают, что вы действовали как безумец, поверьте, что если бы не вы, то результат был бы гораздо плачевнее. Так что лично от меня вам еще раз большое спасибо.

Диспреукс не добавила, что один из мардуканцев, пробегавший мимо, непременно снес бы ей голову - она бы даже не успела перезарядить ружье, - если бы не вовремя взорвавшаяся граната.

Несмотря на то, что это были именно те слова, которые принц желал услышать, он никак не мог понять, почему ее речь вызвала в нем неожиданную вспышку гнева. Однако было именно так. Он знал, что это очень странно, но ничего не мог с собой поделать. Усилием воли он попытался - действительно попытался - погасить раздражение, но безуспешно.

- Благодарю вас, конечно, сержант, - ответил он жестко. - Но в дальнейшем я попытаюсь придумать более... элегантное решение.

Почему принц так взбеленился, что его задело, Нимашет оставалось только гадать, но, будучи девушкой неглупой, она все же сочла за лучшее ретироваться.

- Ладно, в любом случае спасибо, ваше высочество, - спокойно произнесла она. - Доброй ночи.

- Доброй ночи, сержант, - голос Роджера прозвучал уже спокойнее. Его гнев почти прошел, и он хотел как-то загладить свою резкость, но не мог найти нужных слов. Что, естественно, еще более усугубляло ситуацию.

Обиженная, Нимашет холодно кивнула и направилась обратно в лагерь, оставив Роджера наслаждаться своим мечом и... дурацким упрямством.

Глава 34

Я принес всю фигню, какую только смог распаковать, - пробормотал Поертена. - И на черта мы брали эти плазменные ружья?

Капитан Панер решил, что экспедиции необходимо два-три дня, чтобы привести все в порядок и сделать ревизию материальной части. Поначалу он хотел было поторопиться, чтобы выиграть время и не позволить кранолте сконцентрировать свои силы. Но, поскольку многие рого-жабы оказались травмированы и погонщики настаивали на том, что животным требуется несколько дней отдыха, Панеру пришлось согласиться, потому что это было и в интересах личного состава. Итак, весь следующий день они потратили на совершенствование лагерных укреплений и на восстановление сил.

Пока большинство отдыхало, Джулиан с Поертеной занимались делом.

- На кой дьявол, спрашивается, я тащил этот чертов супермощный тестер для М-38? А? - не унимался Поертена.

- Ну чего ты пристал - откуда я знаю? - огрызался Джулиан.

Оружейники уже успели разобрать и осмотреть двенадцать плазменных ружей, от первого до последнего. На первый взгляд все они казались исправными. Что же касается несчастья, произошедшего с Насиной Боем, то опытные мастера с почти стопроцентной уверенностью предполагали, что тогда могло случиться. Впрочем, они не знали надежного способа для проверки нестабильной конденсаторной системы, поскольку настольный тестер, по адресу которого прохаживался Поертена, после аварии на "Деглопере" превратился в бесформенный ком плазмы.

Панер заглянул в палатку и посмотрел на разобранные ружья.

- Ну, как дела?

- Так себе, сэр, - устало ответил Джулиан. - Кроме обычных дефектов, мы ничего не обнаружили. Какая неисправность приводит к детонации - совершенно непонятно.

- Я слышал, вы что-то говорили про конденсаторы. Ну и что там?

- Да ничего. Из-за плохих конденсаторов ружья обычно и взрываются, но...

- Но у нас нет долб... Я хотел сказать, что я не мог поднять тестер, - вставил Поертена. - Он оказался чересчур офиген... слишком тяжелым.

- О, - улыбнулся Панер. - Это единственная проблема?

- Да, сэр, - Джулиан кивнул в сторону разобранного оружия. - У нас есть один измеритель, но дело в том, что мы не можем подавать большую нагрузку на конденсаторы, так как она превысит предельные возможности измерителя.

- Ладно, - Панер повернулся к Поертене. - Послушай, вырежи, пожалуйста, системный блок из бронированного костюма и принеси сюда. Лучше из костюма Русселя. - Гренадер Руссель из третьего взвода оказался в числе погибших, и одежда ему больше не требовалась.

- Слушаюсь, капитан.

Поертена помчался рысью выполнять приказ, а Панер опять обернулся к Джулиану, извлек из кармана пластинку своей любимой жвачки и машинально засунул ее в рот.

- Джулиан, сходи-ка принеси мне плазменное ружье, которое окончательно сломалось, и обрывок сверхпроводника двенадцатого калибра.

- Есть, сэр. - Джулиан полез в загашник палатки искать требуемое. Он не был уверен, что капитан придумал что-то стоящее, но, по крайней мере, предполагал, что это будет интересно.

Панер крепко придерживал одной рукой круглую микросхему, тыкая в базовый контакт лезвием походного ножа.

- Настольный тестер по сути идентичен системе, встроенной в бронекостюм. - Капитан аккуратно отрезал один контакт. - В старой тридцать восьмой модели использовались другие контакты, но к ней прилагался специальный набор подручных средств. Вы наверняка слышали жалобы, что для девяносто восьмой модели нет портативного тестера. Однако с помощью такого трюка, кстати довольно популярного, можно выйти из положения.

- И почему же они не разработали такой же дизайн? - поинтересовался Джулиан. - Или тестер?

- Неужели вы не в курсе, как все это происходит, Джулиан? - Панер криво усмехнулся и вытер со лба пот, тонкой струйкой стекавший на его костюм. Обращаясь к сержанту, капитан сосредоточенно подсоединял сверхпроводник к контакту.

- Та же самая компания, которая поставляет плазменные ружья, поставляет и тестовое оборудование. Само собой, они хотят продать и то и другое. Если они говорят, к примеру: "Эй, вы можете использовать те же самые тестеры, что вы применяете для бронекостюмов", то в этом случае вы уже не сомневаетесь и покупаете модель. Однако при этом совершенно не упоминается тот факт, что настольный тестер в три раза дороже походного. Я, например, этого до сих пор не понимаю. Так что, я думаю, здесь такая же ситуация.

Капитан покачал головой, но на этот раз его улыбка была грустной.

- Девяносто восьмая модель примерно в два раза мощнее тридцать восьмой. Внешний вид обоих моделей полностью идентичен. До меня доходили слухи, что у девяносто восьмой модели есть такая тенденция - иногда взрываться, но на практике я в этом убедился только здесь.

- Неужели нельзя позвонить и сообщить им об этом? - спросил Джулиан. - Непонятно.

- Да, - засмеялся Поертена. - Вам предложат какую-нибудь идиотскую идею и скажут, сколько чертовых денег вы им за нее должны.

- Если они не смогут ничего продать, то переведут деньги в фонд кампании по переизбранию сенатора, - спокойно продолжал Панер, - или устроят пышный банкет для снабженцев, или придумают какую-нибудь высокооплачиваемую работу для отставных адмиралов.

Капитан не стал упоминать о том, что имперское бюро расследований достаточно много сделало в последние годы, выслеживая различных заговорщиков, пытающихся свергнуть правящих монархов. Но при этом бюро почему-то совершенно не беспокоилось о таких мелочах, как взрывающиеся ружья. Да, мрачное время настало для военных.

Подсоединив к контакту сверхпроводимый провод, Панер залепил место соединения кусочком жевательной резинки.

- Резина затвердеет, когда пойдет ток, - улыбнулся командир. - А вы, небось, подумали, что на меня блажь напала? - добавил он, выдувая изо рта пузырь.

Из взятых на пробу тридцати плазменных конденсаторов у шести наблюдался один и тот же изъян: если сила тока резко возрастала, конденсаторы начинали барахлить. При предельных нагрузках они бесповоротно ломались с уже известными последствиями.

И, похоже, вся эта партия пришла от одного производителя.

- Мать твою!.. - капитан Панер выдул очередной пузырь и зловеще улыбнулся.

- На стенках конденсатора видны микроскопические повреждения, - сказал Поертена, следя за показаниями осциллографа. Какая-то маленькая букашка ползала по экрану, но оружейник ее даже не замечал.

- Короче говоря, если резкого скачка напряжения нет, то все прекрасно, - Джулиан покачал головой. - Если произошел скачок, но конденсатор исправен, то также будет все замечательно. Если не то и не другое, тогда... сами понимаете.

- Верно, - сказал Панер. - Хорошо. Испорченные конденсаторы можете выбросить, оставьте лишь пару штук. Когда вернемся на Землю, я думаю, что ее величество повесит половину субподрядчиков.

- Когда управитесь, - продолжал капитан, - соберите лучшие плазменные ружья вместе. Чем больше, тем лучше. Проверьте каждую деталь, каждое соединение. Затем упакуйте их в герметичные мешки и проследите, чтобы туда не попала влага.

Джулиан поморщился.

- Потеря плазменных пушек не сулит ничего хорошего, босс.

- А что я могу сделать? Я не хочу потерять из-за них еще одно отделение. Будем держать их в резерве, пока не возникнет острая необходимость.

- Нам потребуется еще время, чтобы их собрать, - сказал Джулиан.

- Я пришлю вам помощников. У вас в запасе два дня - сегодня и завтра.

- О'кей, - Поертена утвердительно покачал головой. - Ваш чертов трюк замечателен. Где вы ему научились?

- Парень, мне уже семьдесят два, - заметил капитан. - Наверное, это кое о чем говорит.

Костас Мацуга всегда с удовольствием кашеварил для небольшой компании, но приготовить обед для такой массы народа было непросто. Особенно если не разбираешься ни в приправах, ни в продуктах. Но шустрый лакей знал свое дело. Когда отряд встал лагерем, у него было достаточно времени для экспериментов. Он знал, что бойцы уже жаловались по поводу однообразия меню, но он не осуждал их за это. Поскольку времени по вечерам обычно не хватало, а нужно было успеть приготовить большое количество еды, Костас "заладил" готовить тушеное мясо почти каждый день. Появилась даже расхожая шутка: "У нас каждый день разная еда - сегодня мясо с рисом, а завтра рис с мясом".

Солдатом лакей, естественно, быть не мог, но прекрасно понимал важность правильного питания для поднятия боевого духа людей. Хотя Костас в основном придерживался той точки зрения, что в большом котле всегда должно быть густо, это не означало, что он готовил одно и то же.

Мардуканцы выращивали, но почти не применяли в пищу овощ, слегка напоминавший помидор. Мацуга закупил большую партию этих плодов и теперь кипятил их в котле, в который предварительно бросил что-то типа перца и пучок местной травы перуз, а также насыпал коричневатых диких бобов, по виду напоминавших чечевицу, весьма распространенную в Ку'Нкоке. От блюда шел довольно аппетитный запах. Впрочем, если блюдо окажется несъедобным, всегда можно переиграть и быстренько сварганить снова... ячменный рис с тушеным мясом.

Подошедшая Диспреукс наклонилась над котлом и принюхалась.

- Божественный запах, - произнесла она.

- Спасибо, - просиял Костас, помешал варево деревянной ложкой и снял пробу. - Переложил перузы, похоже, - едва выговорил он, замахав рукой у рта.

Ручная ящеропсина умиротворенно дремала на крошечном, освещенном солнцем пятнышке под тентом, но от звона ложки о стенки котелка она проснулась, вскочив на все свои шесть ног, и стремглав поскакала на запах. Костас извлек небольшой кусочек мяса и бросил ящерке. Юркое животное чем-то напоминало вечно голодную собачку, без разбора уплетавшую все, что ей перепадало. За время, прошедшее после ухода отряда из деревни Корда, она уже успела прилично вырасти. Если так пойдет и дальше, то скоро она превратится в настоящего гиганта.

Диспреукс оглянулась и, понизив голос, обратилась к лакею.

- Можно задать вам один нескромный вопрос? - произнесла она серьезным тоном.

Костас наклонил голову в сторону, затем утвердительно кивнул.

- Разве я могу нарушить доверие леди? - произнес он, и Диспреукс сдержала смешок.

- О, сэр. Какая же я леди. Леди и любопытство несовместимы.

- Не преувеличивайте, пожалуйста. Однако каков ваш вопрос?

Диспреукс еще раз огляделась, затем посмотрела на котелок, чтобы не встретиться со взглядом лакея.

- Вы ведь давно знаете принца, не правда ли?

- Я стал его слугой, когда ему было лет двенадцать, - ответил Костас. - До этого я числился главным лакеем императорской семьи. Вот так. В общем, до некоторой степени я знаю Роджера.

- Он гей?

Костас аж хрюкнул. Не потому, что вопрос был неожиданный, - он, собственно, почти уже ответил на него - а потому, что этот, в принципе, совершенно безобидный вопрос задала такая чувствительная и далеко не глупая амазонка.

- Нет, - Костас не мог сдержать улыбки. - Не гей.

- Что вас так рассмешило? - спросила Диспреукс. Она ожидала любой реакции, но только не смеха.

- А то, что вы даже не догадываетесь, сколько раз мне приходилось отвечать на этот вопрос, - улыбался Костас. - Или выслушивать подобные сплетни. Но, с другой стороны, я нередко слышал и прямо противоположное мнение. Принца частенько домогались "голубые", возможно даже гораздо чаще, чем девушки, и его реакция на непрошеных ухажеров была однозначной.

- Ну, и как же мне быть? - спросила она осторожно.

- Не переживайте, моя дорогая. - Голос лакея потеплел. - На самом деле, если это вас хоть немного успокоит, мне кажется, что Роджер находит вас привлекательной. Но это только мое предположение, вы же понимаете. Императорская семья всегда придерживалась общепринятых аристократических традиций, давая детям первоклассное сексуальное образование и снабжая их ценными рекомендациями в этой области. Принц, естественно, не был исключением. Единственное, что я знаю наверняка, это то, что с сексуальной ориентацией у него все в порядке: он предпочитает женщин. Мне известен лишь один случай его интимной близости с некой юной леди. И вроде бы с тех пор он отвергает всяческие заигрывания. - Костас пожал плечами. - Мне не раз приходилось это наблюдать. Откровенно говоря, если бы принц всерьез кем-нибудь увлекся, он бы горы свернул, ей-богу.

- Спасибо, - Нимашет улыбнулась. - Что-то подобное я уже слышала. Но вы не скажете, что с ним такое? Он... как бы это сказать. Бесполый, что ли?

- Нет, не то, - Костас покачал головой, его взгляд сделался задумчивым, почти печальным. - Я не обсуждал с ним эту тему и не в курсе, есть там у него кто-то или нет, но если вы хотите выслушать мнение человека, который знает его, наверное, лучше, чем другие, то я бы сказал, что он не то чтобы не испытывает интереса, а, скорее, сдерживает себя. Точно объяснить, почему он так себя ведет, я не могу, я это просто чувствую. - Лакей покачал головой. - Принц вообще не склонен откровенничать с другими, да и мне-то он не много говорит...

- Это... потрясающе, - промолвила девушка.

- Да, таков мой Роджер, - сказал Костас с улыбкой.

Глава 35

- Ну вот мы и снова вместе, Пэт, - сказал Роджер, похлопав рогожабу по спине.

Из всех флер-та только три животных были серьезно искалечены и не могли расчищать дорогу. Интересно, что попавшие в переделку рогожабы вели себя совершенно по-разному. Большинство опрометью бросилось прочь, испугавшись огня и грохота сражения, но две флер-та, на одной из которых оказался Роджер, приняли полноправное участие в атаке против кранолты.

Кличку Пэт Роджер придумал своей рогожабе не случайно. Прозвище, которым снабдил погонщик эту скотину, Роджер выговорить не смог, но это звучало приблизительно как Патриция. Девушку с таким именем Роджер помнил еще по школе-интернату и называл ее тогда просто Пэт.

Отряд подвергался нападениям еще раза три, но, во-первых, атаки были уже не столь серьезными, а во-вторых, тройка самых мощных флер-та прорубала довольно широкую тропу, так что мардуканцам было трудно застать землян врасплох. Кроме того, следуя приказу Панера посылать вперед несколько буферных групп, путешественники не потеряли больше ни одного человека.

По словам Корда, до владений Войтана было уже рукой подать, однако никаких признаков цивилизации по пути не наблюдалось, серьезных скоплений кранолты тоже. Участники экспедиции не знали, что и подумать: радоваться этому или огорчаться.

Неожиданно Роджер заметил, как один из впереди идущих поднял руку, а затем присел на колено. Погонщики как по команде остановили животных.

Караван уперся в болото. Береговая кромка была довольно узкой и грязной. Дальше виднелась сплошная топь, поросшая травой.

Пейзаж выглядел довольно безрадостно. Все болото было завалено упавшими деревьями и гнилыми лианами, в большинстве своем черно-серого цвета. Роджер огляделся, подошел к одиноко стоявшему дереву и, срезав его мечом под корень, обрубил ветки.

Прощупывая срубленным посохом чавкающую под ногами болотину, Роджер осторожно двинулся вперед. Панер неторопливо пошел следом.

- А вы знаете, ваше высочество, - сухо сказал капитан, - что в подобных местах водятся твари, которые могут и человека сожрать.

Хоть и казалось, что Панер уже почти простил Роджеру его выходку с гранатометом, принц старался держать язык за зубами, чтобы не будить лихо.

- Да, я знаю, - согласился Роджер. - Я даже охотился на многих из них. Однако тут немелко, - заметил он, вытаскивая посох из трясины, которая немедленно запу-зырилась, ударив в нос мерзким запахом.

Заметив, что непосредственной опасности нет, Косутик подошла к Панеру. Взглянув на черную словно деготь грязь, прилипшую к посоху, она рассмеялась.

- Чем-то напоминает Мохииингу, - произнесла Косу-тик зловещим, завораживающим голосом, каким обычно профессиональный чтец рассказывает леденящий душу ужастик.

- О нет! - нехарактерно звонко вскрикнул Панер и засмеялся. - Только не Мохииинга!

- Что? - не понял Роджер, продолжая тыкать палкой. - Что за странные шутки?

Ящеропсина, проследив взглядом, куда принц воткнул посох, уже было дернулась в том направлении, но, принюхавшись к зловонию, исходившему от воды, вдруг зашипела и остановилась, по всей видимости решив, что благоразумнее будет стоять на месте.

- Шутка есть такая, - улыбаясь, объяснила Косутик. - В центральных провинциях Земли существует специальная тренировочная зона, своеобразный тренинг-центр. Так вот, есть там огромное болото, история которого уходит в глубь веков. Могу вас заверить, что еще во времена инков завоеватели утопили там кучу народа. Несколько раз на протяжении последних тысячелетий болото пытались осушить, но каждый раз все кончалось тем, что оно попадало в лапы военных. Оно называется...

- Мохииинга, я уже понял.

- Это поистине Содом и Гоморра, ваше высочество, - улыбался Панер. - Туда посылали самых отчаянных храбрецов - они должны были осваивать новые навигационные маршруты, причем без всякой электроники, - капитан зло рассмеялся. - Так каждый раз приходилось вызывать подъемные шаттлы, чтобы спасать оттуда этих горе-рейдеров.

- Неужели вы и там умудрились поработать инструктором, сэр? - поразилась Косутик.

- Да, было дело.

- Значит, все пути ведут в Мохииингу, - звонко расхохоталась Косутик. - Но оттуда нет ни одной дороги!

Капитан покачал головой.

- Я все же надеюсь, что это не Мохииинга, и мы выберемся отсюда.

Наконец к группе развеселившихся командиров подошел Корд.

- Роджер, капитан Панер, старший сержант Косутик, - с вежливым поклоном приветствовал их шаман.

- Д'Нал Корд, - поклонился в ответ принц. - Есть ли какой-нибудь выход отсюда? Я, конечно, понимаю, что с тех пор, как вы здесь были, прошла уйма времени. Но, может быть, вы все же что-то помните?

- Я помню все прекрасно, - промолвил шаман. - В бытность моего отца тут все выглядело по-другому: тянулись обширные поля Войтана и Ш'Нара. На месте этого болота раньше была долина, идущая вдоль берегов реки Хертан и простиравшаяся до самого Т'ан К'таса.

- И далеко это? - спросила Косутик.

- Несколько недель пути, если обходить болота с юга.

- А на севере у нас что? - спросил Панер.

- Северная область еще во времена Войтана принадлежала кранолте, и никаких караванов через свои земли они не пропускали.

- Насколько я понял, - неуверенно подытожил Роджер, - у нас три варианта: либо отклониться от нашего основного маршрута и шагать в течение нескольких недель на юг, рискуя постоянно натыкаться на засады кранолты; либо пойти на север, прямиком в самое логово врага; либо... пуститься во все тяжкие через болото.

- Может быть, у ваших и моих людей и будут какие-то проблемы, - признался Корд, - но только не у флер-та. Животные довольно легко преодолевают не особенно глубокие болота.

- Серьезно? - с сомнением в голосе промолвила Косутик. - Но ведь та тварь гналась за вами по пустыне, а эти, - Косутик показала пальцем на Пэт, - по виду мало чем отличаются от нее.

- Флер-та и флет-ке обитают повсеместно, - заметил Корд. - Предпочитают высокие, засушливые места, потому что там нет атул-грэков, но встречаются и в болотах.

Панер оглянулся и посмотрел на главного погонщика Д'Лен Па. После того как в перестрелке убили первого хозяина Пэт, животное по наследству перешло к Па.

- Вы тоже думаете, что рогожабы смогут здесь пройти? - скептически обратился к погонщику капитан.

- Без сомнения, - прохрюкал Па. - Вы об этом только что болтали, что ли? - Он подергал Пэт за уздцы; та, увидев смрадную жижу, печально застонала, но двинулась вперед.

У рогожаб на каждой ступне было по четыре пальца, заканчивающихся массивными когтями, соединенными перепонками. Благодаря таким широким и крепким лапам флер-та не проваливались в трясину.

- Неужели пройдет? - с сомнением произнес принц.

Па снова кивнул в ответ, Пэт зарычала, но пошлепала дальше. Стало совершенно ясно, что болото для рогожаб такой же родной дом, как и джунгли. Сделав несколько шагов, Патриция вдруг издала утробный звук и резко попятилась назад; прямо перед ней по воде пошла рябь, и к ногам покатилась одиночная волна.

Роджер метнулся к своему ружью, которое он прислонил к дереву, и почти одновременно раздалось несколько выстрелов - пехотинцы стали палить по воде. Панер даже не успел прицелиться, как принц бабахнул из своего тяжеленного ружья и, по-видимому, попал, потому что вода в этом месте забурлила, из центра образовавшейся воронки выскочило какое-то животное и забилось в конвульсиях. Дергающийся хищник чем-то напоминал чертову тварь - такая же слизь на коже, только тело было немного уже и длиннее. По всей видимости, рана оказалась смертельной, и агония вскоре прекратилась.

- Вот и обед, - невозмутимо заметил Роджер, перезаряжая ружье.

- Прекрасно, - проговорил Панер, разглядывая тварь. - Смотришь, часть проблем решена. По крайней мере, с голоду не помрем.

- К тому же маловероятно, что кранолта нас здесь потревожат, - задумчиво промолвил Корд. - Болото есть болото, они и не подумают, что мы здесь пошли. Однако, - продолжал он, - где-то неподалеку протекает река Хертан - для флер-та она станет непосильной преградой.

- Соорудим какой-нибудь мост, - засмеялась Косу-тик. - Какие, право, мелочи.

Поертена оступился, и его сразу же стало засасывать. Неясно, чем бы дело кончилось, не очутись рядом Денат - причитая и сопя, он вытащил побледневшего оружейника, который таки умудрился даже не замочить свое ружье.

- Благодарю, Денат, - произнес Поертена, выплевывая изо рта комья грязи.

Отряд упорно продвигался вперед. Каждый шаг давался с трудом. Зловонная жижа пыталась просочиться сквозь одежду, невидимые подводные корни и упавшие ветки цеплялись за ноги. От постоянных падений все были по уши в грязи, кроме... сидевших на флер-та.

Ты только посмотри туда, - ворчал Поертена, с завистью поглядывая на принца, важно восседавшего на идущей впереди каравана рогожабе.

- Вы вполне могли бы оказаться на его месте, - парировала Диспреукс, - если бы умели стрелять так же, как он.

- Вот заладила, - проворчал оружейник. - Смотри лучше под ноги, а то одна из этих болотных тварей тебя сожрет!

Роджер резко повернул голову вправо, проводив взглядом небольшую, уходящую в сторону волну. Езда не сильно отличалась от обычной, разве что была более плавной. Рогожабы монотонно двигались почти без остановок, подминая под себя ветви упавших деревьев.

Растительность здесь не баловала таким разнообразием, как в джунглях, была невысокой и, по всей видимости, относительно молодой, наглядно подтверждая уже замеченный Кордом факт, что болото возникло недавно.

Принц, нежно погладив дремавшую ящеропсину, оглянулся назад, окинув взглядом едва ползущую процессию бойцов. Усталые, с ног до головы покрытые толстым слоем мерзкой грязи люди были измочалены вконец. Особенно тяжело приходилось гранатометчикам, вынужденным тащить на голове и плечах патронташи с гранатами и постоянно следить за свисавшими гранатометами, не давая им погрузиться в воду.

Чувствуя неловкость перед остальными членами экспедиции за свое привилегированное положение, принц утешался мыслью, что он все же вносит свой посильный вклад в общее дело. Караван привлекал стаи окрестных хищников, и хотя ружья пехотинцев заряжались специальными бронебойными пулями, все же его любимое ружье одиннадцатого калибра действовало гораздо эффективнее: возможно, тяжелые пули летели несколько медленнее, но уверенно пронзали плотный слой воды, не разлетаясь от удара на части.

Д'Лен Па подошел к Панеру и махнул палкой в направлении заходящего солнца.

- Животным необходимо отдохнуть, - сказал он. - К тому же в темноте двигаться сложно.

Неизбежность остановки Панер осознал еще час назад. Казалось, болото тянется бесконечно, не было даже намека на какой-нибудь остров или возвышенность. Но даже если бы и попался какой-то островок, еще неизвестно, что бы им там встретилось...

- Согласен, - сказал капитан. - Привал нужен всем.

- Животных надо разгрузить, - заметил погонщик. - Флер-та спят стоя, но, если не снять поклажу, они за ночь не отдохнут.

Панер огляделся и кивнул головой. Безрадостная перспектива не оставляла выбора.

- Ладно, встаем. Пойду распоряжусь о разгрузке.

- Мы не можем просто так выгружать вещи в трясину, - заявил Роджер. Его замечание прозвучало как протест.

- Само собой, ваше высочество, - раздраженно парировал Панер. Вечно, когда принц принимался руководить, получалось глупо и не к месту. - Разумеется, мы не собираемся кидать груз прямо в воду.

- Будем развешивать? - поинтересовался лейтенант Гиляс.

Точно, - ответил Панер, оглядываясь. Растущие вокруг деревья были, естественно, гораздо меньше лесных гигантов, к которым путешественники уже привыкли за столько недель. Они были значительно ниже их и напоминали кипарисы, простиравшие свои многочисленные раскидистые ветви во все стороны.

- Прежде всего нужно натянуть стропы и ремни и развесить бронекостюмы с оружием. Оставшиеся вещи упакуем и тоже повесим.

Каждому солдату было положено иметь с собой сорок метров веревки, так что с этим проблем не возникло.

- А с людьми как, интересно? - спросил Роджер. - Как они-то спать будут?

- Вот влипли, мать их за ногу. - Измученный Поертена даже не пытался устроиться поудобнее.

- Ой, да не так уж все плохо, - заметил Джулиан, закрепляя на груди ремень. - Могло быть гораздо хуже. - Неунывающий сержант был облеплен черной вонючей грязью с головы до пят, но по-прежнему бодрился, хотя усталость брала свое.

- Куда хуже? - вспылил Поертена, прилаживая собственный ремень.

Приятели вместе с остальными членами отряда готовились к ночевке. Подготовка, собственно, заключалась в том, что они привязывали себя спиной к деревьям. Поскольку отдых в горизонтальном положении был исключен, ничего не оставалось, кроме как спать стоя. Если же не привязаться, то очень легко угодить лицом в грязь, а потом, учитывая смертельную усталость, и вовсе не проснуться.

- Ну, например, - задумчиво произнес Джулиан, когда небеса по обыкновению разверзлись и ливанули типичным мардуканским дождем, - например, какая-нибудь тварь захочет нас сожрать.

Панер назначил сменных караульных, обязав их совершать непрерывный ночной обход лагеря и поочередно освещать фонарем каждого спящего. Капитан рассчитывал, что перемещающийся луч света будет отпугивать летающих вампиров. Конечно, в болоте могли оказаться и прочие гады, которых движущийся свет, наоборот, мог привлечь, но всего все равно не предугадаешь.

Так или иначе, предстоящая ночь не сулила ничего хорошего.

- Нет, Костас, - упорно твердил Роджер, отрицательно качая головой. - Это для вас.

- Да я и так в порядке, ваше высочество, - устало улыбаясь, промолвил слуга. Предельно аккуратный и опрятный в обычных условиях лакей был вымазан до неузнаваемости. - Ну что вы. Вы не должны спать в такой грязи, сэр, это неправильно.

- Костас, - промолвил Роджер, поправляя нагрудный ремень, чтобы иметь возможность быстро выхватить ружье, если возникнет необходимость. - Это приказ. Вы должны взять этот гамак, повесить его где-нибудь и проспать в нем всю ночь. Вы заслужили нормальный отдых. Ведь завтра я снова поеду верхом, а вы нет, так что ничего страшного, что одну ночь я просплю стоя. Не умру же я от этого.

Мацуга положил руку Роджеру на плечо и отвернулся - он не хотел, чтобы принц увидел слезы в его глазах.

Глава 36

- Просыпайся, - Джулиан потряс бойца за плечо.

Девушка стала вяло сползать с дерева, ее полуоткрытый спросонья глаз с любопытством уставился на Джулиана. Устало окинув взглядом неприветливую округу, она застонала.

- Ах, лучше убей меня, - запричитала она. Рассмеявшись, сержант покачал головой и двинулся дальше. Откуда-то послышался храп. Приглядевшись, Джулиан с изумлением обнаружил, что храпит старший сержант: медленно поворачиваясь на свисающей с дерева веревке, Косутик сладко спала. "Все это было бы смешно, не будь столь печально", - подумал про себя сержант и опять покачал головой.

- Старший сержант, просыпайтесь, - громко произнес он, дотронувшись до ноги спящей как раз в тот момент, когда веревка качнулась в его сторону. Рефлекторно выхватив пистолет, Косутик направила дуло на Джулиана.

- Джулиан? - хрипло прокашляла она, постепенно приходя в себя.

- Доброе утро, старший сержант, - осклабился Джулиан. - Подъем, подъем!

- Очередной "радостный" денек настает, - съязвила Косутик и принялась отвязывать веревку. Сопроводив свой прыжок вниз смачным фонтаном брызг, она тут же покрылась слоем свежей грязи. - Утреннее омовение закончено. Танцуем рок-н-ролл.

- Эк хватили, - засмеялся Джулиан.

- Идем со мной, малыш,-бодрилась Косутик.-Я покажу тебе вселенную.

- Мы повстречаем экзотических людей, - послышался невдалеке голос Панера.

- И прикончим их всех, - резюмировал Джулиан. Переодевшись, путешественники наскоро перекусили сухим пайком и отправились дальше, мечтая добраться до мало-мальски сухого места...

День был уже в разгаре, а болото и не собиралось кончаться: куда ни кинь взгляд - все та же унылая промозглая беспробудность. Впрочем, хотя люди и не улавливали никаких изменений пейзажа, рогожабы, казалось, забеспокоились.

Кончилось тем, что одно из животных просто встало как вкопанное, наотрез отказываясь двигаться дальше.

- Что с ними такое? - спросил Панер у Д'Лен Па.

- Скорее всего, мы попали в зону атул-грэков, - нервно ответил погонщик. - Флер-та их очень боятся.

- Атул-грэков! - переспросил Панер, завидя, как тревожно замахал всеми своими четырьмя руками племянник Корда Тратан.

- Мы должны возвращаться!

- Что? - очумел Панер. - Но почему?

- Да, - подтвердил погонщик. - Мы вынуждены повернуть назад. Если вокруг атул-грэки, нам грозит опасность.

- Ну, допустим, - продолжал командир. - Но все же хотелось бы выяснить точно, есть они или их нет.

- Не знаю, - вымолвил Па. - Но животные явно чего-то боятся, а единственной причиной их страха могут быть атул-грэки.

- Может мне кто-нибудь объяснить, черт возьми, что это за напасть такая, ваши атул-грэки! - недоумевал Панер.

В ответ раздался оглушительный рев.

То, что вдруг предстало глазам наших героев, было настоящим кошмаром. Внушительного вида монстр, слегка напоминавший чертову тварь, только раз в пять массивнее, своими размерами не уступал рогожабе. От широченной пасти, усыпанной острыми, как у акулы, зубами, мороз пробирал по коже. Казалось, заглотит человека целиком и глазом не моргнет. Бестия неслась по болоту словно смерч, звонко хлюпая всеми своими шестью лопатовидными лапами, из-под которых вверх летели фонтаны брызг.

Выстрелы захлопали разом со всех сторон. Принц перекатился через спину Пэт, которая, завидев разъяренного хищника, собиралась уже броситься куда глаза глядят. Не выпуская из рук ружья, Роджер спрыгнул в воду.

Ящеропсина, доселе мирно дремавшая, последовала за ним. Плюхнувшись в воду, она наполовину погрузилась в нее задними ногами. Развернувшись в сторону атул-грэ-ка, она мгновенно оценила ситуацию, нырнула и на всех парах погребла назад. К охотникам она себя явно не причисляла, тем более к охотникам на атул-грэков.

Между тем монстр явно намеревался заполучить на обед одну из рогожаб. Складывалось ощущение, что многочисленные выпущенные в него пули были ему как слону дробины. Панер, стоявший прямо на пути мчавшегося атул-грэка, пытался как мог ускользнуть в сторону, стреляя в монстра из пистолета. Казалось, еще несколько секунд - и чудовище просто раздавит капитана.

Плавно приподнимая ружье, Роджер аккуратно прицелился в висок чудовища, немного выждал и выстрелил...

Косутик с трудом выпрямилась, отхаркиваясь и отплевываясь. Мощный хвост одной из рогожаб с такой силой ударил старшего сержанта, что ее бронекостюм мгновенно затвердел, а сама она отлетела метров на десять в сторону и ударилась о дерево. Не растерявшись, Косутик мгновенно развернулась, приподняла ружье, замерла и, прицелившись в голову монстра, переключила оружие в бронебойный режим...

Два выстрела прозвучали почти одновременно. Панеру ничего не оставалось, как, отбросив всякие приличия, резко нырнуть в сторону и проплыть пару метров под водой. Не сделай он этого, его бы моментально расплющило.

Вынырнув с пистолетом в руке, он тут же собрался снова прицелиться, но опасность миновала: чудовище обмякло и затихло, только жуткий хвост еще продолжал конвульсивно барабанить по поверхности. Даже лежа, полосатая гадина на добрых полметра превышала рост капитана. Панер взглянул на Роджера, трясущимися руками перезаряжавшего ружье.

- Большое спасибо, ваше высочество, - произнес Панер, убирая пистолет.

- Ай, перестаньте, - произнес Роджер. - Надо делать ноги из этого проклятого болота, и чем быстрей - тем лучше.

- Чья работа, ваша или моя? - спросила Косутик. Подойдя к твари, она разрядила полмагазина в голову чудовища.

Присмотревшись к убитому хищнику, Роджер уже не сомневался, чьи пули оказались решающими.

- Я думаю, моя.

- Да, похоже, - согласилась старший сержант. - Это вы его сделали.

Новость, чрезвычайно обрадовавшая землян, заключалась в том, что атул-грэки, оказывается, встречаются достаточно редко, по одному на обширном участке. Кроме того, каждый такой хищник, которого бойцы тут же нарекли "большой бестией", обитает непременно в сухом возвышенном месте. Это вселило надежду, и через некоторое время удалось найти такую возвышенность, правда не без помощи племянников Корда.

Рядом оказалась и река Хертан.

Насыпь была явно искусственного происхождения и, по-видимому, представляла собой остатки бывшей запруды, когда-то соединявшей берега реки. На искусственном островке сохранился обгоревший остов вышки, почти полностью изъеденной местными сапрофитами, а параллельно реке просматривались очертания бывшей дороги.

Хертан не производила впечатления могучей реки, но была достаточно широкой и с довольно быстрым течением, весьма нехарактерным для болотистой местности.

- Есть проблема, - заметил Д'Лен Па. - Плавать флер-та умеют, но плохо.

Возвышенность позволила путешественникам осмотреть окрестности - вдали виднелись невысокие холмы и горы, куда, собственно, и стремились попасть наши герои. По общему мнению, оставался всего день пути.

Сейчас же нужно было сообразить, как переправиться на тот берег реки.

- Может быть, можно перейти ее вброд? - предложил принц.

- Навряд ли, здесь не так мелко. Вот разве что плот...

- Ха! - недвусмысленно пресек его Панер, оценив приличную ширину реки.

- Наведем мост? - спросила Косутик.

- Вполне возможно, - ответил капитан. - Попробуем запустить рогожаб. Па! - обратился он к погонщику, - животные умеют плавать, но течение слишком сильное, и проблема именно в этом, не так ли?

Точно, - ответил Па. - Флер-та - хорошие пловцы, но переправляться верхом слишком рискованно: если не удержишься, можно утонуть. Рогожабы, оставшись без наездника, запаникуют и, сносимые течением, также рискуют пойти ко дну. - В подтверждение своих слов он несколько раз похлопал верхними руками. - Я надеюсь, что вы достаточно благоразумны...

- Конечно, конечно, - успокоил его Панер. - Но так или иначе, переправляться как-то надо, и желательно именно в этом месте.

- И на кой фиг мне это надо? - запричитал Поертена, снимая ботинки.

- Потому что ты из Пинопы, - отвечала Косутик. - А всем известно, что пинопанцы плавают как рыбы.

- Не равняйте всех под одну гребенку, - огрызнулся оружейник. С трудом стянув с себя вдрызг перепачканный бронекостюм, он остался стоять в одном исподнем. - То, что я из Пинопы, вовсе не означает, что я умею плавать!

- Неужели не умеешь? - ухмыльнулся Джулиан. - Что ж, придется тебя бросить насильно. Вот повеселимся-то!

Ящеропсина обнюхала солдат, неторопливо приблизилась к кромке воды, опять принюхалась, зашипела и побрела обратно.

- Ладно, я готов, - согласился Поертена.

- Точно? Не передумаешь? - Косутик не могла представить, чтобы пинопанец не умел плавать. Это все равно что вообразить себе жителя планеты Шерпа, сплошь усеянной горами, который боится высоты.

- Хорошо, согласен, - кисло повторил оружейник. - Я занимался плаванием в школе, даже участвовал в соревнованиях, но отсюда ничего не следует. - Он сделал красноречивый жест.

- Ладно, давай, надежда наша, - проговорил Джулиан, обматывая веревкой тщедушную талию пинопанца. - Вперед, принесем тебя в жертву речным богам!

Роджер сидел на дереве, прислонив к стволу ружье, и покачивал головой, посматривая вниз и прислушиваясь к добродушным подтруниваниям друзей. На первый взгляд казалось, что безмятежное течение реки не готовит смельчаку каких-то непредвиденных испытаний, но почему-то больше никто не жаждал проверять это на практике.

Обычно к ружью подсоединялся небольшой, рассчитанный всего на три пули патронник. Цель была очевидной: не увеличивать и так достаточно внушительный вес оружия. Однако в дополнение к штатному набору производитель иногда предоставлял и резервный десятипатронный магазин. Поначалу Роджер не мог себе даже вообразить, зачем стрелку может понадобиться такое количество пуль - разве что против танка, однако два таких магазина Роджер на всякий случай таскал с собой.

Мардук заставил принца пересмотреть первоначальное мнение, и отныне принц почти всегда использовал именно десятизарядник. Вот и теперь, изготовив ружье к бою и положив сменные магазины на широкую ветку дерева, прямо перед собой, принц ожидал, как будут разворачиваться события. Рядом стоял верный Мацуга, готовый моментально перезарядить использованные магазины.

Остальные снайперы рассредоточились вдоль реки, каждый на своем дереве. Меткость ценилась необычайно, и первенство принца оспорить было уже невозможно - многолетняя практика охотника приносила свои ощутимые плоды.

В конце концов Поертена успешно доплыл и закрепил канат на противоположном берегу. Солдаты в спешном порядке готовили к переправе многочисленный скарб. Первый канатный мост был готов уже через двадцать минут. Через полчаса натянули еще два моста.

Первый мост представлял собой простейшую конструкцию: два туго натянутых каната, один над другим на расстоянии примерно в полтора метра, прикрепленные к деревьям, стоявшим на противоположных берегах реки. Переправить по этому мосту людей и вещи не составило особого труда.

С флер-та дело обстояло намного сложнее. Для них, кстати, и навели два дополнительных моста, существенно отличавшиеся от первого. Прежде всего к основному канату прикрепили специальный металлический карабин, через который пропустили веревку, намертво привязав ее к ремням, опоясывавшим животное. Второй канат протянули от рогожабы к одному берегу реки, а третий - к противоположному. Такая относительно несложная конструкция гарантировала, что можно будет совладать с самой строптивой рогожабой. Управляя натяжением канатов, животное заставляли доплыть до места назначения, не позволяя ему повернуться вспять.

Итак, флер-та вошли в воду и поплыли. Основной канат не давал течению сбить животных с курса, а с помощью двух других пехотинцы понукали рогожаб, как извозчики лошадей.

Тем временем вода вокруг переправы забурлила, и к стаду устремились мардуканские крокодилы: завидев такое количество дармовой вкуснятины, зубастые хищники, широко разинув пасти, плыли наперерез флер-та. Впрочем, их ждал сюрприз.

Принц уже в который раз мысленно порадовался, что забрал с "Деглопера" чертову уйму боеприпасов. Примечательно было то, что за время экспедиции он уже использовал больше патронов, чем за всю свою предыдущую жизнь. К примеру, здесь, на переправе, Роджер вместе со своим верным Мацугой израсходовал все патроны, разложенные на дереве, плюс дополнительные сто штук, которые он позаимствовал у Диспреукс, - в общей сложности он выпустил по крокодилам около четырехсот пуль.

Разумеется, не все пули попадали в цель, однако из пятидесяти туш, сносимых течением, добрые две трети принадлежали принцу. Во всем этом, правда, был один существенный недостаток: запах крови, разносимый вниз по течению, привлекал все новых и новых хищников.

Противоположный берег реки, к великой радости землян, оказался выше и суше, так что путешественники смогли наконец просушить свою амуницию и якобы водонепроницаемые рюкзаки.

- Да, последние несколько дней - это какая-то сплошная борьба за выживание, - заметил Роджер. Достав ружье, он уже собрался было его почистить. - Бог мой, как я устал!

- Ваше высочество, позвольте я почищу, - предложила капрал Хукер. - Все равно свое придется драить, ну так и ваше заодно.

- О, благодарю, капрал, - засмущался принц, - но мы все одинаково устали.

Ящеропсина побегала вокруг, попринюхивалась, осваиваясь с новой обстановкой, затем угомонилась и, свернувшись колечком, задремала. Любимица Роджера росла как на дрожжах: лишь за последние две недели она умудрилась прибавить килограммов пять, так что весила уже, наверное, с пуд - не особенно потаскаешь.

- ... Вполне возможно, что по эту сторону реки вражеские атаки участятся, - произнес Гиляс.

Совещание происходило в командной палатке. Тент над противоположными входами в нее специально подвернули вверх, чтобы не было душно.

Так какие же у нас варианты? - поинтересовался принц, смахивая жука с блокнота. - Либо мы остаемся здесь, окапываемся и ждем, пока враг сконцентрируется и нападет на нас, либо без промедления движемся дальше, а там... будь что будет?

- Второй вариант меня больше устраивает, - заметил Панер. - Это место совершенно непригодно для обороны.

Местность вокруг представляла собой поросшую лесом плоскую равнину, немного возвышающуюся над болотом, но все равно часто затопляемую. Никаких естественных или искусственных сооружений поблизости не наблюдалось. Единственное, что можно было сделать, так это срубить несколько соседних деревьев, использовав их для укрепления огневых рубежей и периметра лагеря.

- По мере приближения к Войтану, - рассуждал Корд, - удобных для защиты стоянок будет попадаться гораздо больше. Останки разрушенных крепостей, карьеры и тому подобное.

- А вы что думаете, капитан? - зевая, спросил Роджер. Все смертельно устали, и принц, естественно, тоже.

- Я думаю, что завтра утром мы аккуратно снимемся и на всех парах двинем к Войтану. Оперативно соберем вещи, погрузим их на флер-та - и в путь, причем как можно быстрее. Я очень сомневаюсь, что они предполагали, будто мы именно здесь форсируем болото. У них наверняка есть более оптимальный и короткий маршрут, и если они захотят устроить нам засаду, то это случится где-то в другом месте. Так что, к несчастью для них, мы окажемся достаточно "глупыми" и не воспользуемся "правильным" путем.

- Так, значит, вперед на Войтан? - промолвила Ко-сутик.

- Точно. - Панер размышлял пару секунд.-- Если верить Корду, то до вечера мы должны успеть. Длинный мардуканский день сыграет нам на руку.

- А если все же не успеем? - поинтересовалась Косутик.

- Ну что же, нам не привыкать, - мрачно заметил капитан.

Мацуга ухватил кусочек своего коронного блюда - тушеного мяса с рисом, попробовал сам и протянул ложку погонщику, - тот в восхищении вытянул вверх большой палец. Рядом жена одного из погонщиков помешивала на противне тонко нарезанные ломтики мяса, переложенные ячменным рисом.

Капитан разбил лагерь почти на берегу реки, на небольшом возвышении. Остаток дня экипаж чистился, мылся и занимался лагерными работами. Мацуга тоже даром время не терял - наконец-то, впервые за последние три дня, ему представилась возможность приготовить что-то изысканное. Во время странствий по болоту удалось заполучить немало дичи: некоторых подстрелили, других поймали на крючок, как рыбу. Поскольку в мясе недостатка не было, при разделке туш отбирались самые вкусные куски. Не забыли и про подстреленных крокодилов: некоторых удалось заарканить, часть просто прибило к берегу. Погонщики тут же занялись разделкой кожи, которая, как и на Земле, весьма ценилась.

Ящеропсина постоянно крутилась возле костра, млея от запахов. Мардуканка периодически отгоняла ее, и та подбегала к Мацуге, жалобно заглядывая ему в глаза. Животина, как уже отмечалось, выросла необычайно, поход ей явно шел на пользу.

- Костас, блюдо было восхитительно, как всегда. - Произнося комплимент, Роджер, не сдержавшись, зевнул. - Ой, извините ради бога.

- Не беспокойтесь, ваше высочество, - сказал Па-нер. - Мы все сейчас как побитые собаки. Я молю бога, чтобы нам дали передохнуть хотя бы эту ночь. Люди совершенно измотаны.

- Мне кажется, вы их недооцениваете, - вмешалась О'Кейси. Элеонора постепенно втянулась в суровый походный ритм, сбросила лишний вес и немного окрепла физически. По возвращении на Землю она даже собиралась издать специальное пособие, рекомендующее аварийную высадку на какой-нибудь враждебной планете, кишащей плотоядными хищниками и кровожадными варварами, с тем, чтобы закалить характер и достичь прекрасной физической формы. Недавняя наставница принца сидела и добродушно улыбалась. - Ваша команда просто великолепна, ваше высочество. Мне кажется, вы должны ею гордиться. Будет что вспомнить, когда вернемся.

- Спасибо на добром слове, конечно, - ответил Панер, - но до завершения миссии еще очень далеко, всякое может случиться. Так или иначе, я ценю ваше мнение. Мы сражаемся не за награды, вы же знаете.

Роджер сонно покачал головой.

- Кстати, а кто-нибудь знает, как зовут капрала Хукер?

- Конечно, ваше высочество. Айма, - ответил Панер. - Между прочим, ее история весьма интересна. Она занималась тем, что угоняла аэромобили. Когда ее поймали, суд предложил ей на выбор: либо длительное тюремное заключение, либо... "Деглопер".

- Неужели ворам место в Империи? - О'Кейси от изумления чуть не поперхнулась.

- Зато она умеет почти мгновенно открывать дверь любого аэромобиля и управлять им, - серьезно заметила Косутик. - Если вы думаете, что это умение вряд ли пригодится, то сильно ошибаетесь.

- Кроме того, она весьма предана Империи, - добавил капитан. - Солдата с таким устойчивым коэффициентом преданности я еще не встречал. Между прочим, он выше вашего, мисс О'Кейси. Ребята вытащили ее из такого болота, вернули ей чувство собственного достоинства и смысл жизни. Она первый кандидат в Золотой батальон.

- Как странно, - пробормотала Элеонора, чувствуя, что существуют вещи, пока недоступные ее пониманию.

- А какие у вас способности, капитан? - спросил Роджер.

- Ну... - улыбаясь, командир откинулся в кресле. - Ничего выдающегося.

- Капитан - прекрасный механик, он способен собрать и разобрать любой аэромобиль, - Косутик с улыбкой посмотрела в сторону командира. - А еще он замечательный организатор. Я думаю, никто не станет это отрицать.

- Ну хорошо. А вы, старший сержант? Вы чем можете похвастаться? - Элеонора специально улучила подходящий момент, зная, что Косутик не любит откровенничать.

- Главное мое занятие... - Косутик помедлила и красноречиво поглядела на Панера, - вязание.

- Вязание? - Роджер взглянул на "железную леди", которая с трудом сдерживалась, чтобы не засмеяться. - Нет, серьезно что ли?

- Ну да, мне это нравится, а что?

- Но это так...

- По-женски? - вставила О'Кейси.

- Да, пожалуй, - согласился принц.

- Ну хорошо, хорошо, - ухмыльнулся Панер. - Разумеется, не только вязание. Старший сержант родом с Армы. Она также умеет прясть - или что-то в этом роде, может смастерить даже целый костюм...

- Надо же! - изумился Роджер.

Планета Арма в свое время была небольшой колонией, заселенной бывшими ирландцами, и характеризовалась невысоким уровнем развития технологии. К несчастью, подобно большинству таких колоний, арманцы были разъединены и постоянно враждовали между собой. В связи с возникновением первых кораблей с туннельными двигателями и постепенным присоединением Армы к Империи число кровопролитных междоусобиц значительно сократилось, но раздоры продолжались. Армовцев не удавалось утихомирить ни уговорами, ни бомбежками с воздуха. Складывалось ощущение, что воинственность у них в крови.

- Да ладно вам, - запротестовала Косутик. - В Новом Белфасте, в самом центре города, вы бы чувствовали себя гораздо безопаснее, чем в вашей имперской столице. Следует только обходить стороной злачные кабачки...

- Ладно, мы еще побеседуем с вами на эту тему как-нибудь в другой раз. - Роджер зевнул и погладил ящеропсину по голове. - Ну, подымайся, несносное создание. - Ящерка приподняла свою красноватую в черных полосках головку, возбужденно зашипела и ринулась вон из палатки. - Что-то я притомился. Пойду спать, пожалуй.

- Да, пора, - поднялся капитан. - Завтра длинный день. Нужно хорошо отдохнуть.

- Спокойной ночи, - промолвил принц.

- До завтра, - откликнулась О'Кейси.

Глава 37

- Мы отыскали гнездо этих иноземцев! - кричал Данал Фар. - Завтра мы расправимся с ними и навсегда очистим наши земли от пришельцев! Это наша страна!

Шаман, главный вождь кранолты, победоносно потряс копьем, и тут же со всех сторон затрубили трофейные горны. Много воды утекло с той поры, когда приходилось собирать столько войск в этой долине. Если удастся навсегда покончить с этими людишками, это необычайно повысит авторитет шамана среди соплеменников.

- Это наша страна! - орал вождь под оглушительный рев трубачей. Некоторые горны были настолько древними, что помнили падение Войтана.

- Я хочу говорить! - раздалось из толпы.

Данал Фар что-то прохрюкал себе под нос и скривился в саркастической улыбке, следя глазами за прихрамывающей походкой приближавшимся воином. "Пусть уж выскажется этот юный олух", - подумал про себя шаман.

Павин Иске был вождем племени вум-ди, входившего в состав кранолты. Его племя почти исключительно состояло из наемников, направлявшихся для осады Ку'Нкока. После схватки с чужестранцами в племени не осталось никого, кроме голодных женщин и горстки уцелевших искалеченных бойцов.

Павин Иске уже вполне созрел как воин, но в отличие от большинства старейшин, собравшихся на совет, был сравнительно молод. Многие старцы когда-то очень-очень давно участвовали в битвах при взятии Войтана, однако воспоминание о тех далеких, полных славы и триумфа днях было еще очень свежо. И все же многие понимали, что их клан сейчас совсем не тот, что раньше, и что глупо все списывать на недостаток боевого духа молодых бойцов.

- Все обстоит гораздо серьезнее, чем вы думаете. Мы идем на верную смерть, - горячился юный вождь. Всего каких-то несколько дней назад он не испытывал ни тени сомнений, веря в успех, в свою бьющую через край м